Разделяя любовь и нелюбовь к лесу, он снова слышал далекую песню и почувствовал, что его руки стали невесомыми до прозрачности. В самом деле, глянув на них, Дик не увидел своих пальцев. Голова была легкой, как одуванчик. И когда он сообразил, что спускался на цепи вниз, только потому, что поверил, будто должен спускаться вниз, а с тем же успехом мог лететь по колодцу вверх, он действительно оторвался от серого мрака участка 3008 и стал подниматься совершенно другой дорогой.
Он не мог оглянуться на всё, что осталось внизу. Этого больше не существовало. Вместо тела колыхались волны, Дик верил, что чувствует сейчас то же, как если бы умер и улетал светящемся облачком. Интересно взглянуть со стороны, светятся ли те мысли, благодаря которым он поднимался из бездны. Но легкость в сознании стала такой, что оно ускользало. Дик не мог уследить за своим полетом.
* * *
[1] (прим. Лины) Теперь меня это явление совершенно не удивляет. А раньше всё время думала, почему этот вид смерти для Дика страшнее всех? Сильный ход из области запрещенных приемов. Но Дик этого ожидал. Уверена, в кипящих тенях на стенах ему тоже показывали эту площадь и казнь. Верю, что он был рад видеть Чарли хоть так.
Глава 27
* * *
Он очнулся посреди роскошного луга, в сочном хрусте травы. Небо, солнце, мелкие облачка, легкий ветер, всё на месте! Меч тоже на боку, как обычно. Даже подковы на каблуках, и сами каблуки позволяли снова твердо держаться за скользкую почву.
Первый, кого Дик увидел, оказался белый дракон. Теперь он выглядел иначе. На траве лежал растерянный юноша лет шестнадцати, не верящий до конца в свое избавление. В белой крестьянской одежде он казался прозрачным. Рядом с ним сидела красивая молоденькая девица, гладила бывшего дракона по голове и называла его Немор. Без этого обращения трудно догадаться, что парень и белый дракон одно лицо.
Оказалось, эти двое сами себя загнали в бездну любовной жестокостью. Немор думал, что полюбил первую красавицу селения. И она думала, что отвечала ему взаимностью, но стеснялась признать свои чувства и всячески подчеркивала, что скромный юноша ей не пара.
Все вокруг смеялись над Немором, потому что он на четверть дракон. Но неразделенное чувство и медленная злость на односельчан привели к тому, что Немор почувствовал, как дракон растет в нем. Четвертушка выросла до настоящего монстра. Он решил убить свою избранницу, чтобы она прекратила смеяться над ним.
Убийство не совершилось. Пока Немор предавался мечтам о мести, он провалился в бездну и там сидел в образе дракона. Нам ним снова смеялись, но теперь его это уже не трогало.
— А что ты так вцепился в то яблоко? — спросил Дик.
— С него ведь всё началось… Сотия как-то угостила меня таким. До этого, в детстве, со мной никто не дружил, все только дразнили. А она пожалела. И мне показалось, что в этом чувстве есть… в общем, что это другое чувство, не только жалость к уроду.
— Я тогда не думала, что это серьезно, — призналась Сотия. — Когда поняла, что он ходит за мной и вздыхает, решила поиграть с ним. А потом сама стала думать о Неморе чаще, чем о забавном поклоннике. Я испугалась своего чувства, и стала унижать его, как только могла. Он разозлился, конечно. Не думала, что Немор способен на убийство. Но я сама долго убивала и его, и себя… Как я оказалась в бездне, не помню. Зато помню, как выбралась. Благодаря ему, — Сотия нежно прижалась к бывшему дракону, который осторожно обнимал ее за талию.
— А я, благодаря ей, — сказал Немор. — Мы попросили прощения друг у друга. А теперь не знаем, начать нам сначала или лучше расстаться?
— Он-то ладно, — скептически глянул на Сотию Дик. — Даже смешанное потомство драконов с трудом разбирается в любви. Но ты, красавица… Он занимал твои мысли до бездны и после. И, наверно, в ней тоже. Сейчас можешь честно ответить, это любовь или игры?
— Не знаю, — смущенно потупилась Сотия. — Я не хочу его потерять. Но и навредить не хочу.
Немор поддержал ее.
«Ничему их бездна не научила. Не соображать, что вывести их оттуда могла только истинная любовь, это надо иметь особенный ум. Редкая парочка! Двоих вижу, а где ещё сто шесть человек?»
— Ваше счастье, что сейчас не в состоянии на вас злиться, — Дик вытащил из внутреннего кармана куртки договор и раскрыл его. — Огонь есть?
Немор развел руками. Он ведь не настоящий дракон, чтобы дышать огнем. Дик порылся в карманах. Всё имущество уцелело, кроме яблок. Он чиркнул кремниевым фонариком себе по плечу и поднес огонь к подписи демона, так, чтобы бумага не загорелась.
Злобный вопль и затмившая солнце густая завеса пыли нарушили мирный день.
— Вы с ума сошли? Могли просто позвать! — захлебывался от возмущения выросший перед ними знакомый комендант бездны.
— Откуда мне знать, как полагается звать духов зла? — фыркнул Дик. — Выполняйте наш уговор. Или с этим документом пойти к князю бездны?
— Вы рискнете вернуться? — сделал удивленное лицо главный демон участка 3008.
— Рискнете проверить, вернусь ли? — переспросил Дик.
— Забирайте! Забирайте всех, — сдался черный охотник. — Они и так уже на полпути к вам. Всё-таки, в чем наше упущение? Не понимаю… На всех бездна действует, отнимая силы. А вам, похоже, прибавила…[1]
Дик не стал отвечать. И не отдал договор, который комендант просил вернуть, когда все пленники появились из-под земли. Он дождался, пока демон пропадет окончательно. Пожелал спасенным держаться вместе, удачно вернуться домой и не становиться больше рабами злых чувств. Сам простился с Немором и Сотией и свернул без дороги в лес.
До ближайшего селения рукой подать, не заблудятся! Эти люди смогли ускользнуть из бездны, что им может грозить в ясный день на просторах лугов? Дик сейчас сам нуждается в помощи и защите и знает, где их просить.
* * *
Келлерлиса ждала на пороге. Словно так и стояла с тех пор, как провожала крестника. Она ни о чем не спрашивала. Увела Дика в гостиную и не отходила ни на шаг, пока он поел и заснул на ее зеленом диване,