— Ви! Ты жива! Ты все еще ты! — пробивается сквозь мои крики голос Саймона. — Ви! Ты вернулась! Все хорошо!
— Нет! Нет! Нет! — я пытаюсь сорвать себя ремни, дергаюсь, а затем когда Богар щелкает пальцами, растекаюсь подрагивающей амебой в кресле. — Какой ужас… Это было не смерть… А куда хуже… Я — ничто… Я — космическая пыль… И нет никакой души… Есть только бездна…
— Дыши, Ви, дыши, — шепчет Саймон. — Прислушайся к сердцебиению, почувствуй, свои руки и ноги…
— И вспомни о членах, — цыкает Богар.
И его гнусные слова срабатывают. Страх отступает, сердце разгоняется, и я поскрипываю зубами от злости.
— Ну, в принципе, можно и так, — соглашается Саймон. — Показатели Ви пришли в норму. Запрашиваю разрешение на стыковку, а вы пока можете выдохнуть и развлечь себя увлекательными беседами.
Глава 22. Добро пожаловать на Астерион
— Офигеть, — шепчу я.
Мы стремительно приближаемся к городу-станции посреди открытого космоса, который окружен астероидным поясом и спутниками.
Если бы Саймон не пояснил, что это за мега-огромный куб из металла, камня и крошечных вспышек света, то я бы и не поняла, что это такое.
Мозг просто отказывается осознавать масштабы этого технологического чуда в открытом космосе.
Да я читала про космические города, станции и крепости, но для меня, девочки из трущоб, они были красивыми и недосягаемыми сказками.
А теперь эти сказки претворились в жизнь.
— Астерион приветствует Син Вэ, — вещает строгий женский голос.
Я взвизгиваю и прикрываю рот рукой.
— Син Вэ приветствуют Астерион, — скучающе отвечают Богар, Оран и Лирам.
— Ваш живой груз Виа Разнер-Вали зарегистрирован в системе.
— Чего? — охаю я. — Я уже и не рабыня, а груз?
— Это только формальности, — беспечно отзывается Богар.
— Формальности? Я — не груз. Я — человек.
— Однако рабы при транспортировке — живой груз, Ви, — вздыхает Лирам. — Тут нет противоречия.
Медленно выдыхаю. Как же унизительно. Я сижу в одеяле, меня называют грузом и регистрируют в системе, как какой-нибудь ящик с картошкой!
Тем временем мы пролетаем над астероидным поясом. На верхнем ярусе станции ритмично вспыхивают полосы огоньков и медленно разъезжаются шлюзовые ворота. Между ними натягивается голубоватый энергетический барьер. Он переливается мягкими и едва заметными полосами, за которыми нас ждет шлюзовой ангар.
— Запрашиваю теперь уже доступ для себя в отдельные каналы системы, — говорит Саймон. — Да-да, вы от меня не отвяжетесь.
— Ну, мы можем запретить тебе покидать шаттл, — хмыкает Оран.
— Можете, конечно, но по протоколу я должен интегрироваться в систему Астериона. И да, доступ мне разрешили.
— Слушай, Сай, — Богар зевает, — а у вас среди ИИ бывают тусовки? В Астерионе дохрена таких же, как ты.
— Ты сейчас серьезно спрашиваешь?
— Да.
— И как по-твоему мы проводим вечеринки?
— Ты мне скажи.
— Ты спроси еще, а бывают ли на этих вечеринках случайные связи, — вздыхает Саймон.
— А бывают? — удивляется Богар.
— Каким образом?
— Не знаю… кодами обмениваетесь, — Богар усмехается, — интегрируетесь друг в друга скриптами.
Шаттл замедляется, и с гулом проходит через энергетический барьер в пустой шлюзовой ангар.
— Богар, — спокойно отзывается Саймон, — вечеринок мы не проводим и не интегрируемся друг в друга скриптами в случайных связях. Если бы это было возможно, то после танцев мы бы устроили апокалипсис.
— Звучит заманчиво, — разочарованно вздыхает Богар. — Танцы и смерть всему живому.
— Сарказма ты не уловил?
Шаттл зависает в воздухе и медленно опускается на площадку. Я нервно сглатываю, когда ангар заполняется густым белым паром. Через пару секунд он рассеивается.
— Ворота закрыты, — отчитывается Саймон, — гравитация восстановлена, давление нормализовано, дезинфекция проведена. Уровень кислорода в норме.
В глубине ангара открываются новые ворота, и к шаттлу в сопровождении охраны плывет полная старушка в белых шелковых одеяниях. Две седые косы до колен, босые ноги. Вскидывает руку, машет и улыбается.
— Лирам, да твоя бабуля здесь! — Бога хмыкает и тоже машет в ответ. — Вот так сюрприз.
— Да твою ж мать… — шипит Лирам и зло отстегивает ремни. — Какого хрена…
— Это твоя бабуля? — шепчу я. — Та самая…
Замки на моих ремнях щелкают и с шуршанием прячутся в незаметных пазах подлокотников кресла.
— Что она тут делает? — Лирам медленно выдыхает и поднимает руку, приветствую старушку, которая посылает воздушный поцелуй.
— Наверное, хотела сделать тебе сюрприз, — ехидно отвечает Оран и встает.
— Заткнись.
Лирам проходит мимо моего кресла размашистым и твердым шагом.
Его бабуля тем временем машет уже двумя руками, и Богар отвечает ей взаимностью. А затем она указывает пальцем… на меня и опять машет. Оран оглядывается:
— Поприветствуй Провидицу.
— Как она меня увидела?
— Я думала это она мне, — Богар цыкает и следует за Лирамом. — Я ей все свое сердце открыл, а она его разбила.
— Богар! — рявкает Лирам. — Это моя бабушка! И ей дохрелион лет!
— Возраст — это только цифры.
— Харе, Богар! Серьезно! Это уже несмешно!
Я нерешительно поднимаю руку и слабо машу настойчивой старушке. Чувствую себя глупо, а еще мне очень жутко, потому что мне на секунду мерещатся теплые сухие руки на лице.
— Пошли, — мимо плывет Оран, — или я тебя волоком потащу.
Глава 23. Бабуля Мирана
— Ты же мой хороший, — старушка щиплет бледного и недовольного Лирама за щеки, как маленького мальчишку, — ты же мой красавчик!
Охрана позади нее в черной форме мрачно молчит и смотрит перед собой.
— Бабуль… — устало вздыхает Лирам, — что ты тут делаешь?
— Вот еще красавчик, — провидица игнорирует вопрос и подплывает к Богару, который принимает щипки за щеку с улыбкой.
— Я такой, да, — он аж мурлыкает, как большой котище.
— Спокойствие, только спокойствие, — Лирам сжимает переносицу.
— Ой не бубни, — фыркает провидица и заглядывает в самодовольное лицо Богара, — на что ты их на этот раз сподвиг, а?
— Ни на что, Провидица, — Богар прижимает руки к груди.
— Эх ты, — щелкает его по носу. — Врушка, — переводит взгляд на Орана, — думаешь, что раз стоишь тут такой злой, то бабушка Мирана не пощиплет тебя?
Оран приподнимает бровь и отстраненно отзывается:
— Я бы хотел этого избежать…
— Не избежишь, — Мирана подходит к нему, протягивает руку к его сердитому лицу и стискивает щеку в узловатых пальцах. — Ты тоже хорошенький.
Оран в ответ щурится, и Мирана расплывается в ехидной улыбке:
— И на Провидицу не порычишь, да? А очень хочется, да?
— Да.
— Как мама?
— С ней все хорошо, — шипит Оран. — Просто замечательно. Как обычно.
— Понятно, — треплет его щеку. — Мы с ней на днях разговаривали.
— О чем? — оран заметно напрягается.
— А ты как думаешь? Невесту она тебе ищет, — цокает Мирана.
Богар выкашливает короткий смешок и медленно выдыхает, прикидываясь, что разглядывает массивные перекладины на потолке ангара.
— Но она была недовольна моему ответу насчет твоего будущего в этом вопросе, — Мирана пожимает плечами, и переводит на меня цепкий и внимательный взгляд.
Я кутаюсь в одеяло и отступаю.
— Стоять, — строго приказывает она, и я замираю, широко распахнув глаза.
— Пока всех не потискаю, никто никуда не пойдет, — строго отзывается ко мне и решительно семенит ко мне. — Дай я на тебя посмотрю.
Обхватывает мое лицо сухими ладонями, заглядывает в глаза и тихим зловещим шепотом тянет:
— Раскрой мне тайну, дитя…
— Какую? — жалобно поскуливаю я.
— Почему ты в одеяле?
Оторопев, молчу на несколько секунд, и едва слышно отвечаю: