Дракон, наблюдавший за нами со стороны, усиленно замотал головой.
«Кассия. Хорошая. Когда не творит глупости».
Я сердито моргнула, смахивая наползшие слезы.
– Вот видишь, как он тебя слушает? У тебя была неделя, чтобы укрепить с ним связь. А у меня…
«Внутри хорошая. Но грустная».
Увидев меня почти плачущей, Лео, кажется, совсем растерялся.
– Ну чего ты? Можно же было просто поговорить…
– А смысл? – Я шмыгнула носом. – Ты не уступишь. Я не уступлю. Ты этого хочешь. Мне это нужно. Слишком многое стоит на кону…
Чего я никак не ожидала, так это что Гросс, опустившись передо мной на корточки, положит руки мне на колени.
– Касс…
– Да иди ты, – привычно отмахнулась я.
– Касс, посмотри на меня.
Я неохотно подняла взгляд.
– Что?
– Мы можем договориться. Чего ты хочешь?
– Я? Хм… откажись от Игнивара.
– Кроме этого, – усмехнулся Лео.
– Ну… – Я задумалась. – Тогда я хочу шанс сократить наш разрыв.
– Хорошо, – неожиданно легко согласился Гросс. – Раз так, всю следующую неделю заниматься с Игниваром будешь только ты. Я поговорю с наставником, чтобы он пересмотрел наше расписание. Обещаю, что к гнезду и площадке даже близко не подойду. Хочешь?
«Да. – Мысленная волна одобрения от Игнивара окутала меня, словно теплое одеяло. – Кассия. Тренировки. Весело. Ммм?»
– Хочу, – ответила сразу обоим.
Лео улыбнулся.
– Значит, решено. – Он протянул мне руку. – Тогда договорились. Только пообещай, что не будешь больше брать в рот… всякое.
– На эту неделю да. – Я фыркнула. – А потом ты же все равно начнешь строить мне подлянки, чтобы отобрать дракона.
– Обещаю, что не буду. Давай заниматься по очереди. Поговорим с наставником, пусть составит такое расписание, чтобы у нас было поровну часов с Игниваром. А следующие семь дней все мои практические занятия пусть переставит тебе.
– Можем просто поменяться учебными планами, – предложила я с ехидной усмешкой. – Я полетаю, а ты заменишь меня на скучных уроках этикету. Может, тоже научишься вести себя за столом как положено уважаемому наезднику, а не…
Я хотела сказать «парню из саталийских трущоб», но взглянула на Лео и передумала. Вряд ли он захочет со мной договариваться, если я продолжу хамить ему при каждом удобном случае.
«Ужас! На какие только жертвы ни пойдешь ради дракона!»
Гросс, несомненно, оценивший такой шаг, хмыкнул.
– Почему бы и нет. Если там не надо будет разучивать церемониальные танцы, я не против. Да и мастеру Норту так будет проще.
– Раз уж все равно пойдешь к нему на поклон, заодно попроси отменить мое отстранение на неделю, – добавила я. – Как видишь, я уже почти здорова.
Гросс красноречиво покосился на разбитый флакон.
– Физически, – добавила я.
И мы рассмеялись.
Глава 8
Тренировочная площадка встретила меня безоблачным небом и ярким солнцем, блестевшим на металлических опорах трибуны – идеальная летная погода. Наставник, со скрипом одобривший предложенное Лео изменение плана занятий, ждал меня на возвышении над полосой препятствий. Внизу нетерпеливо переминался с лапы на лапу Игнивар, приведенный дежурным кипером. За человеком и драконом громоздилась сложная конструкция из камней, балок, навесов, растянутых на крюках сетей и узких полуподземных лазов. Моей задачей было провести крылатого ящера из одной части площадки в другую по составленному наставником маршруту. Схематичный план выдавался наезднику перед началом тренировки, дракон же должен был следовать указаниям своего человека.
В отличие от Лео, который уже успел несколько раз побывать с Игниваром на летном поле, я проходила это испытание впервые и немного нервничала. Для каждого наездника маршрутные карты составлялись с нуля, так что заучить последовательность нырков и поворотов было невозможно. Ни я, ни дракон не знали, что именно нас ждет.
«Кассия. Успокоиться. Крылья крепкие и быстрые. Спр-равимся».
Я улыбнулась серебряному ящеру. В ответ Игнивар поднял на меня взгляд и раскрыл пасть, высунув раздвоенный язык, что в его случае, вероятно, тоже означало улыбку.
– На позицию, – скомандовал мастер Норт.
Кипер, державший дракона, отпустил повод. Почувствовав свободу, дракон встряхнулся, расправляя сложенные крылья.
«Готов», – прогудел в голове низкий голос Игнивара.
– Бернарди, готова?
Я кивнула. Наставник вынул из сумки и протянул мне полетную карту. Взгляд заскакал по отметкам.
«Так… Сначала нырок сквозь сети… Для этого, пожалуй, стоит взять разбег, чтобы набрать скорость и сложить крылья. Потом пролет между двух плотно стоящих стен. На левом крыле… нет, на правом, чтобы легче войти в следующий поворот…»
Переключаясь между картой и реальной полосой препятствий, я пыталась наспех выстроить правильный маршрут. В голове царил какой-то сумбур из линий, бревен и воображаемых серебряных драконов. Сосредоточиться на чем-то одном, чтобы передать крылатому нужную мысль, было непросто – особенно с учетом того, что половину практических занятий по ментальному взаимодействию я пропустила, а на второй больше думала о способах нагадить Лео. Оставалось полагаться лишь на опыт самого Игнивара.
Сумел же он, в конце концов, прочитать в моих мыслях желание выпить то дурацкое зелье, которое я считала Расширителем разума? А значит, и сейчас как-нибудь справится.
– Отойди к краю площадки… – начала я, готовясь дать первую команду.
Наставник предупреждающе кашлянул.
– Если вы это мне, Бернарди, то я останусь стоять там, где стоял. С драконом же следует общаться ментально, как вы практиковали на соответствующих занятиях. Отсюда он вас все равно не услышит.
– Поняла, мастер Норт, – скисла я.
«Игнивар, отойди к краю и возьми разбег, чтобы пролететь сквозь сети».
Произнести это мысленно оказалось не так-то просто. Оказывается, я настолько привыкла проговаривать команды вслух параллельно с передачей их дракону, что с закрытым ртом разрозненные образы отказывались превращаться в связные приказы. Я чувствовала себя темпераментным таллийцем, которому связали руки за спиной и запретили помогать себе жестами.
К счастью, первую часть моего плана дракон понял и попятился назад, пока не уперся в высокую стену ограждения. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, он резко рванул вперед и перед самой паутиной из сетей сложил крылья, без труда пролетев сквозь препятствие.
Радость, разделенная с Игниваром, ярким цветком вспыхнула в душе.
«Так, теперь стены… наклонись направо…»
И только передав указание и увидев, как серебряный ящер входит в импровизированный каньон, я вдруг осознала, что перепутала лево и право. Крыло, наклоненное к земле, должно было быть другим…
– Нет, нет,