— Вот и господин полковник сказывал, что вы примерно так и ответите, — удивлённо проворчал ротмистр.
— Ну, его превосходительство меня не первый день знает, — нашёлся парень.
— Значит, думаете, той командой, что есть, обойдётесь? — задумчиво протянул ротмистр.
— Признаться, ваши люди нам нужны, только чтобы полиция лишних вопросов не задавала, — пожал Егор плечами.
— Это как тогда в кофейне было? — быстро уточнил офицер.
— Именно. Уж простите, что пришлось людей ваших полиции показать, но иного способа от того дознатчика избавиться я не видел. Надоел, право слово, — чуть скривившись, признался парень.
— Да уж, не самая приятная личность, — понимающе кивнул ротмистр.
— У вашей службы на него что-то есть? — подобрался Егор.
— Имеется, — обтекаемо отозвался офицер.
— А к тому ростовщику он отношение имеет? — не унимался парень.
— А вам что за интерес до того дела? — насторожился ротмистр.
— До самого дела мне и дела нет, уж простите за каламбур, а вот то, что он с ростовщиком замазан, многое объясняет, — зло усмехнулся парень.
— И что же? — тут же сделал ротмистр стойку.
— К примеру, то, почему он так старательно пытался меня к той истории привязать. А ещё старался сделать всё, чтобы впутать туда семейство Колокольцевых.
— И что ему это даст? — не понял ротмистр.
— Ну, к примеру, это станет знаком все остальным должникам, что до них и без самого ростовщика дотянутся. А со мной ещё и то, что даже помощь вашего ведомства не всегда выручает, — на ходу сочинил Егор причину.
— Как-то зыбко всё это, — проворчал ротмистр, покрутив в воздухе кистью руки.
— Так я и не дознатчик, чтобы правильные версии выстраивать. Так, только малость думать умею, — развёл Егор руками.
— Малость? — иронично переспросил ротмистр. — Да мне б так уметь.
— Господь с вами, сударь. Вы и сами недурно управляетесь. Кругозор бы вам малость расширить, чтобы научиться думать не только в рамках службы, но иметь, так сказать, абстрактное мышление, — осторожно пояснил Егор, подбирая слова.
Обижать офицера не хотелось. Хоть друзьями они и не стали, но отношения сложились добрые. К тому же ротмистр иногда позволял себе рассказать парню чуть больше, чем это было можно. Особенно когда дело касалось самого парня.
— А зачем оно мне? И главное, как это понять и сделать? — не удержавшись, спросил офицер, явно не ожидавший такого ответа.
— Зачем, попробую объяснить, — задумчиво протянул Егор. — К примеру, случилось преступление в закрытом помещении. Дверь в комнату была на щеколду закрыта или вовсе на замок. И как тогда преступник туда проник? А главное, как он оттуда вышел? Ну не сам же убитый за ним двери запер.
— И как преступник это сделал? — растерялся ротмистр.
— Ну, а вы как бы решили? — с улыбкой поинтересовался парень.
— Ума не приложу, — покачал ротмистр головой после минутного молчания.
— А на самом деле все просто. Если на двери была щеколда, то достанет тонкой, длинной нити. Сложи её пополам, накинь петельку на ручку, а она там просто шпенёк железный, дверь закрой и потяни. Щеколда и задвинется. А после за одну часть нити потянул, она и выскользнула. Вот и вся штука, — лукаво улыбаясь, пояснил парень.
— Ловко. Вот ей-богу, ловко. А с замком как же? — с жаром спросил офицер, подаваясь к парню.
— Да почти так же, только дверь запирается снаружи, но прежде в замочную скважину ту же нитку пропустить надобно. А после петельку под дверь вытянуть, и ею ключ с другой стороны в скважину и вставить.
— Но как это объясняет ваше, как его, абстрактное мышление? — не понял ротмистр.
— Так ведь чтобы угадать такое, и нужно мыслить не как все. Не линейно, — развёл Егор руками.
— Абстрактно, линейно, я с вами, Егор Матвеич, и вовсе уж запутался, — чуть помолчав, пожаловался ротмистр.
— Вы, простите, что заканчивали? — удивлённо уточнил парень.
— Гимназию, как и все. А после пехотное военное училище, — пожал ротмистр плечами.
— Ага. Значит, философию вам почитай и не преподавали, — понимающе кивнул Егор. — Проще говоря, хотите сделать карьеру, учитесь думать не так, как все, — вздохнув, пояснил он.
— Попробую, — вздохнул офицер и, тряхнув головой, вернулся к тому, с чего начал: — Выходит, вы считаете, что усиливать команду наблюдения нет никакой необходимости?
— Совершенно, — решительно кивнул Егор. — Главная их задача — это вовремя обеспечить нам с дядей прикрытие от полиции. В любом случае это ваше дело, и разбирать его должна ваша служба.
— Ну, так-то да, — задумчиво кивнул ротмистр. — К слову сказать, давненько вы, Егор Матвеич, в кофейне не бывали, — вдруг лукаво усмехнулся он.
— Так дядюшка приехал. Не до того теперь, — развёл парень руками. — А к чему вы это сказали? — на всякий случай уточнил он.
— Там теперь куча репортёров пасётся, вас дожидаючись, — рассмеялся офицер.
— Зачем? — тупо спросил Егор, действительно этого не понимая.
— Прознали они, что полиция в той истории с ростовщиком на вас думала, вот и хотят правду из первых рук, так сказать, получить. Вы б и вправду съездили туда. Не знаю, как у вас то выходит, но стоит только вам с ними поговорить, так все слухи разом стихают.
— А вам-то какое до тех слухов дело? — насторожился Егор. — Вы ж даже дела того не ведёте.
— Мы за ним присматриваем, — чуть помолчав, вздохнул ротмистр. — Там ведь не всё так просто. Из дома ростовщика куча всяческих векселей пропала, среди которых есть векселя лиц, которые нам особо интересны. Эх, добыть бы их, — мечтательно протянул он, закатывая глаза.
— И что тогда было бы? — не понял Егор.
— По тем векселям многие вещи про наших фигурантов узнать можно, — наставительно пояснил офицер.
— И как это связано со слухами про меня? — снова не понял Егор.
— Да не про вас, — отмахнулся ротмистр. — Слухи сами по себе ходят. А рассказать о деле том так, чтобы всё