— Вот уж кого не чаял тут встретить, — вдруг раздалось за плечом, и парень, обернувшись, увидел стоявшего у их столика князя Растопчина. — Однако вашему нахальству можно позавидовать, сударь, — фыркнул он, окидывая парня мрачным взглядом.
— Ну, с вашим его никак не сравнить, — зло усмехнулся Егор в ответ.
* * *
Возникшее в зале противостояние сгустило атмосферу до грозовой. Не спеша отложив вилку и промокнув губы салфеткой, князь Ростовцев поднялся и, глядя князю Растопчину в глаза, громко, внятно, с расстановкой произнёс:
— Не вам, князь, указывать этому юноше, как ему себя вести и с кем дело иметь. Уж ваши дела давно в свете не тайна.
— На вашем месте, князь, я бы не стал привечать убийцу, — зашипел Растопчин в ответ.
— Вот как? И кто ж его убийцей признал? Может быть, суд? Или сам государь? Нет. Это слово в его адрес произносите только вы и вам подобные, — презрительно усмехнулся Ростовцев. — И всё только потому, что несколько зарвавшихся мальчишек не сумели вовремя понять, что всему предел имеется. Детей правильно воспитывать надобно, князь, чтобы после волосы на себе не рвать, что вас ославили и наследников лишили. К тому же я не очень понимаю, какое лично вам до того дело? Вашей семьи та история никак не коснулась. У вас ведь, как я помню, детей и вовсе не имеется.
Подавившись следующей фразой, князь Растопчин развернулся и быстрым шагом покинул зал.
— Ну и вечер сегодня, — мрачно проворчал Егор, вздыхая. — А всего-то хотел приятно время провести.
— Не переживайте, юноша. Вечер только начался, — усмехнулся князь Ростовцев, усаживаясь на своё место. — А про Растопчина забудьте. Этот фанфарон всегда таким был. Только о мошне своей думал. А в итоге, почитай, разорён.
— Разорён? — изумлённо переспросил Егор. — А я думал, у него дела в порядке. Ведь граф Сумароков пытался для поправки своих дел его племянницу сватать.
— Ещё один мот, — скривившись, фыркнул князь. — К тому же ещё и мошенник, хотя и титул имеет.
— Так и хочется спросить, а приличные люди в высшем обществе имеются? — не удержавшись, ехидно произнёс Егор. — Само собой, о присутствующих не говоря.
— Понимаю ваш скепсис, мой юный друг, но можете мне поверить, имеются, — негромко рассмеявшись, кивнул князь. — Взять, к примеру того же князя Бобруйского, начальника вашего дяди. Всю жизнь государству служит и всякие хитрые интриги столько раз разбирал, чтобы войны избежать, что и сказать страшно. Да ваш покорный слуга, уж простите, тоже не на перинах полёживал. И в армии служил, и по гражданской части пришлось всякое делать. Это теперь я в отставке. Здоровьем слаб стал, — удручённо вздохнул Ростовцев. — А в прежние времена я б того Растопчина уже к барьеру поставил.
— Господь с вами, ваше сиятельство. Было б из-за чего сердце рвать, — отмахнулся Егор. — Сами сказали, лентяй и фанфарон.
— Для вас, молодые люди, Степан Сергеевич. И только так. Я настаиваю, — с улыбкой отозвался князь.
— Это честь для нас, Степан Сергеевич, — едва не в один голос отозвались Егор с Катериной.
— Егор Матвеевич, а правда, в газетах писали, что вы запросто можете из револьвера в летящий пятак попасть? — вдруг спросил князь.
— Могу, — удивлённо кивнул парень.
— Изрядно, — уважительно качнул князь головой.
— Но вам-то до того какой интерес? — осторожно уточнил парень. — Уж вас-то доброй стрельбой удивить сложно. Всякого повидали.
— Он не для себя интересуется, — вступила в разговор княгиня. — Младший у нас в армию рвётся. И как ту статью прочёл, так словно умом подвинулся. Оружие из рук не выпускает. Два раза уж случаем в доме стрелял. Едва беды не случилось. А как начнёшь требовать, чтобы в доме оружием не баловался, так едва не в драку. Не знаем уж, что и делать.
— Так наняли б ему дядьку из казаков, что в боях побывали, и пусть бы учил его, — развёл Егор руками.
— Где б их ещё взять, казаков, — мрачно хмыкнул князь. — Ходил я в гарнизон наш, московский. Так там все реестровые, в строю быть должны. А ветераны разъехались все.
— Егор Матвеевич, а не могли бы вы поговорить с ним? — решившись, осторожно поинтересовалась княгиня. — Он ведь в этом деле всё время на вас ссылается. Вот и объяснили б ему, что тут не просто так палить куда попало надобно, а правильно тому делу учиться.
— Ну, учитель из меня ещё тот, но попробовать можно, — растерянно протянул Егор, прикидывая, как правильно выстроить разговор с избалованным и взбалмошным подростком.
— Егор Матвеич, умоляю, сделайте одолжение, — откладывая приборы, тихо попросил князь. — Что там получится, дело десятое, но хоть один разговор с ним, чтобы хоть что-то от вас сам услышал. Ну, никакого сладу с паршивцем нет.
— Сколько ему лет теперь? — аккуратно поинтересовался Егор.
— Четырнадцать исполнилось.
«О-о, понятно, — протянул про себя парень. — Гормональный взрыв, с наложенными на него фантазиями. Тот ещё коктейльчик».
— Пожалуй, поговорить с ним я смогу, — осторожно высказался он. — А что уж там получится, сами понимаете, не мне решать.
— Оно и понятно, — быстро кивнул князь. — Когда вы у нас быть сможете?
— Ну, разговор подобный надобно в спокойной обстановке проводить, и без лишних ушей, — задумался Егор. — К тому же в день знакомства толком ничего не получится. У него ж вопросов будет больше, чем у меня ответов. Давайте попробуем сделать так. Третьего дня я в городе буду, по делам, и часам к трём пополудни с вами, Степан Сергеевич, встретимся в кофейне, что на Садовом кольце. Вроде как случайно. Ну, а дальше, как бог даст.
— При таком раскладе мне придётся всех троих с собой везти, — чуть подумав, хмыкнул князь. — А то одного возьмёшь, так остальные губы дуть начнут. Скажут, выделяю его.
— Может, так даже лучше будет, — задумчиво хмыкнул Егор. — Достовернее.
— И верно, Степан Сергеевич, — вдруг поддержала его княгиня. — Вроде как на прогулку поедете, а там и знакомого встретите случаем.