Командование флота осознало, что шансы Японии на победу невелики. После кровопролитных боев американские войска в июле 1944 года взяли остров Сайпан и построили там аэродром. Токио оказался в зоне досягаемости американской бомбардировочной авиации.
Император играл все более важную роль в боевых действиях. Он обнаружил в себе полководческие таланты. Заставил командование ускорить нападение на Филиппины. Потребовал начать новое наступление на острове Новая Гвинея, которое захлебнулось. Раздраженный неудачами флота, распорядился повсюду атаковать американские корабли. Но сражения на Тихом океане оборачивались для японских моряков катастрофами. Впрочем, отступления и поражения скрывались от собственного народа. Средства массовой информации сулили «верную победу».
Когда американские офицеры слушали радио, в наушники врывался нежный голос Токийской Розы, ведущей программы японского радиостанции «Час ноль», созданной специально для американских военнослужащих. Собственно говоря, программу из Токио вели несколько женщин-дикторов, пользовавшихся коллективным псевдонимом. Одной из них была гражданка Соединенных Штатов Ива Тогури д'Акино. Именно к ней и прилипло это прозвище – Токийская Роза. После войны Ива Тогури д'Акино решит вернуться из Японии в Соединенные Штаты, ее арестуют и после громкого судебного процесса, признав виновной в предательстве, упрячут за решетку. Она просидит в тюрьме 6,5 лет; позже президент Джеральд Р. Форд простит ее прегрешения. А пока что американские военнослужащие слушали преувеличенно нежный голосок Токийской Розы:
– Привет, мальчики! Говорит радио Токио. Передаем программу для американских солдат, матросов и морских пехотинцев, забытых здесь, в Тихом океане. Вот мелодия, которая вам понравится…
После исполнения песни, как правило одной из новинок – пластинки с записями попадали в Японию через нейтральную Аргентину, – Токийская Роза начинала свою «невинную» болтовню:
– Девушка там, дома, не ждет вашего возвращения. Она сидит в баре с каким-нибудь толстосумом, который обогащается на войне и купается в деньгах. Может быть, они и поужинают вместе. Да, неплохо было прямо сейчас угоститься бифштексом с кровью – в кафе, где есть кондиционер. Но ничего этого вы еще долго не увидите – пока находитесь здесь. Ну а теперь еще одна песня…
Императорская армия двинулась на юг, чтобы захватить нефтеносные районы. Высадка японских войск в Малайе началась 8 декабря 1941 года. Находившиеся там британские войска оказались не готовы к боевым действиям в джунглях. В генеральном штабе в Лондоне, глядя на карту, решили, что джунгли непроходимы. Японская армия об этом не знала и в считаные дни оккупировала Малайский полуостров.
Англичане вели себя крайне пассивно, отступали, когда еще можно было сопротивляться, пугались японских десантов и сдавали позиции, пригодные для длительной обороны. Нападение японского флота на Пёрл-Харбор парализовало волю британского командования. Вступая в бой, командиры были запрограммированы на неудачу и не верили в победу. Английские, австралийские и индийские войска действовали по устаревшим уставам, не предусматривавшим маневренную войну со стремительными прорывами вглубь расположения противника. К тому же они сражались во имя неизвестной им цели. И на чужой земле, которая не была им дорога.
Иное дело японцы. Они твердо верили в победу, в преимущество своих солдат, своего оружия и своей стратегии. Даже японские танки, неудачные и по стандартам предвоенного времени, превратились в мощное атакующее оружие. По той простой причине, что у англичан танков, равно как и противотанковых средств, не было вовсе. В Лондоне считали, что в джунглях танки не понадобятся.
В середине января 1942 года японцы заняли Куала-Лумпур. Поспешно отступающие – и, по сути, уже деморализованные – британские войска, как в нору, забились в Сингапур, где никто не верил, что придет война. В кинотеатрах показывали военную хронику. Но то, что происходило в Европе, казалось далеким и нереальным. Где-то на залитом кровью снегу умирали люди в грязных шинелях, а в Сингапуре блеск офицерских мундиров символизировал спокойствие и надежность.
Первый налет японской авиации явился полной неожиданностью для британских летчиков. Когда японские пилоты бомбили аэродром, то старались не повредить взлетно-посадочные полосы – берегли для себя. Уничтожали только стоявшие на земле самолеты.
Японские генералы внушали своим солдатам, что цель войны – освобождение Азии от белых колонизаторов. Японские листовки, отпечатанные на китайской, малайском и тамильском языках, убеждали сингапурцев: «Япония воюет только против белых дьяволов. Присоединяйтесь к нам, убивайте британских колонизаторов».
Полки генерала Томоюки Ямасита полагали, что их встретят как освободителей порабощенного народа, но столкнулись с мужественным и храбрым противником – китайские партизаны знали, что их ждет. Генерал Ямасита опасался, что в последний момент победа у него будет украдена, если его немногочисленные и утомленные бесконечными боями и длительными переходами войска окажутся вовлеченными в затяжные уличные бои. Но в штабе британских войск началась паника. Система укреплений Сингапура строилась с расчетом на отражение нападения с моря. С севера город был беззащитен. Сингапур продержался меньше недели. 70 тысяч британских солдат и офицеров сдались в плен, не подозревая, что их ждет.
15 февраля 1942 года, в Новый год по лунному календарю, японцы подняли свой флаг над Сингапуром, переименованным в Сёнан – Сияющий Юг. Городу было предопределено стать японской колонией, стратегическим центром, жизненно важным для Сферы взаимного процветания Великой Восточной Азии.
Японцы взяли Сингапур, и вчерашние хозяева города превратились в рабов. В самом центре города в окружении караула под палящим солнцем без воды и пищи держали тысячи пленных. Японское командование никак не могло решить, что с ними делать. Наконец подыскали подходящее место для лагеря. Погнали туда пленных. Они шли по городу и не узнавали его: на улицах валялись трупы, причем не только солдат, но и мирных жителей. В колонне были раненые, они падали, и на них тут же набрасывались охранники, добивали прикладом или штыком.
Приход японцев был обманчиво тих и мирен. И в Сингапуре нашлось немало людей, которые с радостью встретили японцев, считая их освободителями. Сингапурцы надеялись с помощью японцев добиться независимости и создания самостоятельного государства. Японцы утверждали, что заботятся об азиатском единстве. Но прежде всего генерал Ямасита разрешил своим солдатам «немного отдохнуть». Опьяненные победой и полной беззащитностью жертв, они расправлялись с населением и грабили город.
Всем взрослым мужчинам-китайцам было приказано явиться на сборные пункты, оттуда их отправляли в концентрационные лагеря. Арестованным связывали руки и под конвоем гнали к берегу. Там их либо вывозили в больших лодках в море и топили, либо загоняли в воду и расстреливали. Через несколько недель массовые аресты закончились. Солдат готовили к выводу из города, им предстояло вновь отправляться на войну, которая вовсе не кончилась, как им казалось, а, напротив, лишь начиналась. Военные власти потребовали от сингапурцев собрать огромный денежный выкуп «за прошлые антияпонские действия».
Повсюду японцы проявляли невиданную жестокость.