Но она не падала.
Когда я понял, что забыл зарядку в её комнате, и наконец собрался забрать её прошлой ночью, я снова впал в привычку на всю жизнь. Она положила руки на меня, и у меня не хватило силы воли остановить её. Это было ужасно, потому что моё тело не получило сигнал, что её тело — запретная зона, и оно всё ещё жаждало её. Идти туда было ошибкой, и в следующий раз я пошлю туда сестру, но тогда я надеялся, что наше общение вытащит её из этого состояния.
Но нет.
Как испорченный феникс, восстающий из пепла хаоса, Лиз появилась в школе сегодня утром всё такой же буйной и всё ещё летящей в своей мании.
Школа была настоящей пыткой, потому что Лиз не только продолжала встречаться с моим товарищем по команде, но и не переставала пытаться соблазнить меня.
Секс был единственной её мыслью, и каждый раз, когда я отвергал её, она бегала обратно к Пирсу как настоящая нимфоманка. Я понимал, что её биполярное расстройство сильно влияет на её гиперсексуальность, но это никак не облегчало ту чертову боль в сердце, которую я испытывал.
Я знал, что это не была настоящая Лиз, я знал, что она больна, но я был слишком ранен и слишком сыр, чтобы отделить одно от другого. Моё сердце разрывалось на куски, а уверенность была на дне. Я чувствовал себя бесполезной игрушкой, с которой она играла девять лет и от которой устала.
Я чувствовал, что я — ничто.
Ничто, кроме побочного ущерба в её урагане эмоций.
Образы её лица проносились в моей голове как кинопроектор за моими глазами.
Я всё ещё чувствовал её запах на своей подушке. Я всё время находил её непокорные пряди на случайных вещах.
Чёрт, это так больно, что дышать трудно.
Я хотел спросить у её родителей, что, чёрт возьми, происходит, и потребовать, чтобы она наконец попала в больницу. Но остановил себя — разговор с ними был бы плох для меня, и я должен был начать ставить себя на первое место.
Я понятия не имел, как собрать себя по кусочкам, и даже не имел малейшего представления, как пережить предательство. Моим единственным хоть как-то полезным достижением после разрыва была работа на полставки в бассейне, и честно говоря, вода была моим спасением. Она занимала мой разум и отводила мысли от неё. Но то, что наши жизни были так тесно переплетены, не давало мне прожить и полдня без встречи с ней.
Я видел её каждый день в школе.
Я видел её дома, когда Клэр приглашала её.
Я видел её на работе, где она тоже была.
Я видел её повсюду.
Худшее во всём этом — я всё ещё любил её и всё ещё хотел быть с ней. И я чертовски ненавидел себя за то, что чувствовал это.
НИ МАЛЕЙШЕЙ ЗАБОТЫ В МИРЕ
Лиззи
6 ноября 2003 года
Когда я пришла в школу, мне не нужно было беспокоиться о чьих-то чувствах — мне было абсолютно всё равно.
Ни капли.
Сегодня я была свободна, как птица, и могла жить своей жизнью, не терзаясь страхом.
Когда Пирс последовал за мной в одну из туалетных кабинок в спортзале, мой разум отключился, и моё тело взяло верх. Когда он задрал мне юбку и велел сесть к нему на колени, я сделала ровно то, что он сказал.
Как хорошая девочка.
Как монстр, которого он во мне показал.
После этого я почувствовала удовлетворение, как будто мне больше не нужно было тереть своё тело о него или засовывать пальцы глубже внутрь себя.
Этот парень не злился на меня за плохие мысли.
Этот парень почесал мою зудящую рану.
Он вылечил меня своим «лекарством».
Когда он оставил меня одну, я посмотрела на своё отражение в зеркале, уставившись на цвета, играющие в моих глазах.
Странные золотые линии, бегущие по голубым радужкам.
Увлекательно.
Всё тело было больным.
Прекрасно.
На шее — отметины от любовных укусов.
Славно.
Тёмные круги под глазами.
Эфирно.
Следы слёз на щеках.
Шлюха.
Фрагменты пыли и молекулы оседали на моей коже — я могла их видеть. Казалось, что время замедлилось специально для меня, чтобы я могла разглядеть всё в сверхчёткости.
Волшебно.
Постукивая пальцами по фарфоровому краю умывальника, я наклонила голову набок, пытаясь найти связь с незнакомкой в зеркале.
Я не могла её узнать, но я трогала её лицо.
Как странно.
— Так вот где ты пряталась! — рявкнула Клэр, влетая в дверь ванной, глаза горели яростью. — Что за чёрт ты вытворяешь?
— Привет, — выдохнула я, чувствуя одновременно удовлетворение и отчаяние. — Что я теперь сделала?
— Что ты сделала? — требовательно спросила она, глаза расширились.
— Лиз, ты целовалась с Пирсом О’Нилом у шкафчиков сегодня утром. Я видела! А потом ты убежала, прежде чем я успела с тобой поговорить. — Она сузила глаза. — Ты должна быть с моим братом, Лиз. Как ты могла так поступить с Хьюи?
— Ох. — Разрушение накрыло меня, словно волна, когда она назвала его имя. — Да, мы расстались.
— Да ну! — Клэр открыла рот от изумления. — Когда?
— В прошлые выходные.
— Но вы были вместе на его дне рождения.
— Да, а на следующий день расстались.
— Вы правда расстались? — вскрикнула Клэр, ужасаясь. — Боже мой, почему?
— Какая тебе разница? — рявкнула я, чувствуя себя загнанной в угол и раненой. — Ты изначально не хотела, чтобы я была с твоим братом.
Ну, вот и сбылись твои мечты.
— Лиззи! — в голосе прозвучала боль. — То, что мне было не по себе, не значит, что я хотела, чтобы так получилось. — Глаза наполнились печалью. — Теперь всё понятно. Он заперт у себя в комнате уже несколько дней. — Она посмотрела на меня потерянным взглядом. — Он выходит только ради школы.
— Мне нужно идти, — пробормотала я, ощущая слишком много эмоций в этот момент. Они бушевали во мне, накаляясь всё сильнее, мучая меня его лицом.
— Лиз, подожди, — умоляла Клэр. — Давай поговорим об этом. Я проигнорировала её и поспешила к двери, но споткнулась о сумку и рухнула на пол.
— Боже! —