— Это неважно, Ли, — выдавил я. — Больше неважно. — Опершись локтями на стол, я уронил голову на руки, в волнении теребя кончики волос. — Я здесь, а она... нет. — Тиган была самой раздражающе упрямой девушкой, которую я когда-либо встречал. Я не хотел думать о том, что она обо мне сейчас думает. — Тиган нелегко доверяет — мне потребовались месяцы, чтобы заслужить это доверие. И даже если у меня появится шанс увидеть ее и объяснить, она подумает обо мне самое худшее. Она всегда так делает...
— Поговори со мной, Ноа, — умоляла она. — Я могу тебе помочь.
Как я мог объяснить, что Риз сделала со мной той ночью, сохраняя серьезное выражение лица?
Кто, черт возьми, поверит, что такая тощая маленькая штучка, как Риз, могла заставить меня что-то сделать?
Полицейский, которому я сказал, точно не поверил. Засранец надрывал бока от смеха, когда я попытался объяснить, что она сделала со мной той ночью. Его реакция сказала мне все, что мне нужно было знать, поэтому с этого момента я держал рот закрытым.
Затем офицер вернулся в комнату, дав нам понять, что время посещения закончилось.
Отодвинув стул, Ли поднялась на ноги и с решительным выражением лица сказала: — Я помогу тебе, Ноа Мессина. Не потому, что ты брат моего мужа или друг моих детей. Я помогу тебе, потому что ты заслуживаешь помощи. Ты заслуживаешь лучшей жизни, чем эта. Верь, — добавила она, прежде чем ее вывели из комнаты.
Тиган
Кайл Картер похож на ураган, решила я, наблюдая, как он меряет шагами пол кухни Хартов, доминируя в комнате и заставляя воздух потрескивать от электричества.
Честно говоря, я всем сердцем сочувствовала Шейле, когда она беспокойно слонялась вокруг двух огромных американских мужчин на своей кухне, предлагая чай и коричневый пирог — типичная ирландская мамочка.
Привлекательный светловолосый мужчина, приехавший с отцом Хоуп, был мне незнаком, но Хоуп называла его дядей Майком.
Судя по всему, он был еще одним отпрыском дедушки Хоуп, хотя именно он был заявлен и носил фамилию Хендерсон.
Насколько я могла судить, Майк Хендерсон жил в Лондоне и должен был вернуться в Штаты, чтобы обсудить нового члена семьи, когда Кайл сказал ему встретиться с ним в Шанноне.
— Это чушь, Хоуп, — почти проревел мистер Картер, дергая за галстук и взъерошив волосы свободной рукой. — Ты здесь не останешься. Я запрещаю... о, спасибо, Шейла, — добавил он, взяв крошечную фарфоровую чашечку у матери Лиама.
Шейла покраснела, прежде чем извиниться и выйти из кухни, оставив нас наедине с мистером Картером и его братом.
— Ты не можешь запретить мне что-либо делать, папа, мне восемнадцать, — напомнила ему Хоуп, прислонившись к дверному косяку. — И ты не можешь заставить меня что-либо делать. — Она скрестила руки и прищурилась, глядя на отца. — Я не мама.
Это замечание вызвало усмешку у дяди, который был намного спокойнее своего брата.
— Помоги мне, Майк, — взмолился мистер Картер, явно расстроенный.
— Технически она права, брат, — объявил Майк, хлопнув его по плечу. — Хоуп по закону совершеннолетняя.
Мистер Картер зарычал, стряхивая руку Майка и продолжая ходить взад-вперед. — Я знал, что должен был взять Дерека. Ты мне, блять, бесполезен.
Майк зарычал, а Хоуп закричала.
— Не смей, — выпалила она, широко раскрыв глаза и сверкая гневом. — Держи от меня подальше всех с фамилией Портер.
— Хорошая девочка, — вмешался Майк. — Эти Портеры — плохие новости.
— Заткнись, придурок, — проворчал мистер Картер, глядя на брата, прежде чем обратить внимание на дочь. — Что, черт возьми, этот маленький засранец сделал с тобой?
Щеки Хоуп ярко-розовые. — Ничего.
— А как же твоя мать? — обвинил он, положив руки на свои подтянутые бедра, возвышаясь над ней. — Как ты думаешь, маме нужен такой стресс в ее жизни, особенно учитывая обстоятельства.
Хоуп прищурилась. — Какие обстоятельства?
— Ну… — пробормотал он, закатывая рукава рубашки. Его щеки покраснели, когда он начал отступать. — Я не хотел, чтобы ты узнала вот так.
— Узнала о чем, папа? — спросила Хоуп. Кровь, казалось, отхлынула от ее лица, и она взревела: — Скажи мне, что ты этого не сделал!
— Сделал, — пробормотал ее отец с ухмылкой, заставив Хоуп закричать. — Мама беременна.
— Снова? — усмехнулся Майк, похлопав брата по плечу. — Поздравляю, мужик.
— Спасибо, — гордо ответил Кайл, — Она на третьем месяце. — Переключив свое внимание на дочь, он сказал: — Мы хотели усадить всех детей и рассказать им вместе.
— Тьфу, ты полный урод, — завопила она, схватившись за голову руками в полном отчаянии. — Вы, ребята, слишком стары, чтобы снова быть родителями, — простонала она. — Это тошнотворно.
— Мне сорок один, Хоуп, — ответил раненый Кайл. — Твоей матери всего тридцать восемь. Мы молоды.
— Тебя нужно фильтровать! — сердито возразила Хоуп. — Сколько на этот раз? — саркастически добавила она. — Потому что мы все знаем, что ты не стреляешь одиночными, папа.
У меня вырвался смех, и мне пришлось сдержать его кашлем.
— Извините, — пробормотала я, прикрывая рот рукой, когда она посмотрела на меня. Я ни за что не собиралась злить Хоуп, пока она в таком настроении.
— Ангел. Просто пойдем со мной домой, — сказал ее отец с внезапной уязвимостью в голосе — уязвимостью, которая заставила Хоуп вздрогнуть. — И я обещаю тебе, что все исправлю. Просто пойдем домой. Пожалуйста, — добавил он отчаянным тоном.
— Я не могу вернуться туда, папа, — прошептала она. Ее глаза наполнились слезами. — Пожалуйста, пойми.
Кайл Картер смотрел на свою дочь, как мне показалось, целую вечность, прежде чем переключить внимание на меня. — А как насчет тебя, Блонди?
Я сглотнула. — А как насчет меня?
— Ты просто оставишь ребенка гнить? — потребовал он, и обвиняющий тон в его голосе заставил меня содрогнуться с ног до головы. — После всего, что он пережил?
— Без обид, мистер Картер, — закипела я, скрежеща зубами. — Но то, что я делаю со своей жизнью, — это совершенно не ваше дело.
— Ноа — мой брат, — гордо заявил он. — Этот парень любит тебя, Тиган. Он сходит с ума, беспокоясь о тебе.
—