Все остальное было изменено.
Каждая возможная эмоция мелькала на лице Хантера, пока, наконец, не закрепилась на чистой, неумолимой ярости.
Было только одно, что я сдерживала, одно откровение, которое я не могла найти в себе сил, чтобы признаться, потому что знала, что как только он узнает, все ставки будут сброшены.
Как-то мне удалось уговорить Хантера остаться здесь со мной и не искать неприятностей, но если я скажу ему, что произошло той ночью, все станет совсем по-другому.
Я видела это прямо сейчас, в его бурных, голубых глазах, что он на секунды от того, чтобы выследить Джордана.
Я не могла позволить этому случиться.
Конечно, я больше не чувствовала тех эмоций в своем сердце, чтобы оставаться и пытаться помочь ему.
Но это не значило, что я хотела его смерти.
Страх угрожал меня поглотить, делая невозможным рассказать ему о беременности.
Я не могла сказать ему о ребенке.
Я была слишком напугана.
Тем, что он сделает.
Тем, что он может уйти от меня.
Я не могла этого сделать.
— Прости меня, — умоляла я, сжимая его рубашку в руке. — Прости меня, — повторила я, голос сорвался, глаза покраснели от слез. — Будь со мной.
— Простить тебя? — Хантер посмотрел на меня, как будто у меня выросло три головы. — Тебе не за что просить прощения.
— Правда? — прошептала я.
Он кивнул.
— Я зол, что ты не пришла ко мне с этим раньше. Но я понимаю, почему ты чувствовала, что не могла. — Вена на его виске забилась, пока он говорил. — Я никогда не причиню тебе боль, — сказал он, его голос был полон отвращения и ярости. — Я никогда не подниму на тебя руку от злости. Ты знаешь это, правда? Черт, Хоуп, я бы скорее отрезал свои руки, чем это сделал.
— Я знаю, — сказала я ему честно. — Я знаю.
— Я хочу полное раскрытие, Хоуп, — добавил он, глядя мне в глаза. — С этого момента больше никаких секретов между нами. Ты поняла?
Я с облегчением вздохнула.
— Поняла.
— Я не шучу, детка, — сказал он голосом, полным эмоций. — Если ты идешь со мной, то нет пути назад.
— Я знаю.
— Я серьезно, Хоуп Картер, — он притянул меня ближе. — Я не буду проходить через это снова. — Одной рукой он зажал меня за волосы, другой схватил мой подбородок, подняв его вверх. — Ты должна это чувствовать. — Он прижался лбом ко мне и тяжело выдохнул. — Я не могу потерять тебя дважды.
— Ты никогда меня не терял, Хантер Казарацци, — ответила я, и это была полная и абсолютная правда. — Даже ни разу.
ГЛАВА 45
Джордан
Я проснулся в стерильной больничной палате, с несколькими проводами, прикрепленными к моему телу, мои запястья перевязали, и мои родители сидели у моей кровати.
Вместе.
Впервые за почти семнадцать лет моя мать и отец сидели бок о бок.
Там не было слов жестокости, никаких обвинений не бросалось.
Они были здесь.
Глядя на меня.
Видя меня.
Для того, что казалось в первый раз в моей жизни, я чувствовал, что увидел.
— Я мертв? — Прохрипел я, повернув голову, чтобы посмотреть на них. — Как вы оба здесь?
— Эй, детка, — прошептала мама, улыбаясь мне с болезненной улыбкой. — Как ты себя чувствуешь?
— Как будто я мертв, — хрипло признался я. — Это так?
— Ты не мертв, Джорди. — Я наблюдал, как она встала и наклонилась над моей кроватью. — Но ты был близок к этому. — Ее маленькая рука сильно дрожала, когда она положила ее на мою щеку. — Детка, зачем тебе это делать с собой?
— Потому что я закончил, — задохнулся я, сжав глаза, закрывая, когда я поглотил ощущение ее прикосновения.
Эта женщина.
У меня было так много эмоций внутри.
Я так много чувствовал за нее.
Было трудно посмотреть в ее глаза.
Было еще хуже помнить.
Избиения, которые она пережила от него.
Насилие, которое она терпела и страдала, пытаясь вытащить меня.
Он насилует ее.
Его друзья насилуют ее.
Повернувшись к ней и трахаясь, когда она умоляла их остановиться, а затем, с годами, просто позволил им делать все, что, черт возьми, они хотели.
Я видел все это.
Я наблюдал, как она медленно сходила с ума.
И я не мог ее спасти.
Пол Смит отбыл тридцать пять лет тюрьмы за преступления, которые он совершил против моей матери и меня, мой дядя Дэнни уверен в этом, но это ничего не изменило.
Посадить его за решетку - это не могло стереть прошлое.
Воспоминания.
А сейчас?
Я сделал то же самое.
Я осудил одного человека в мире, которому я никогда не хотел причинять боль в тех же чертовых пытках, от которых я страдал.
Я не мог принять симпатию моей матери.
Если бы она знала, что я сделал?
Сейчас она не была бы здесь.
Я не заслужил спасения.
ГЛАВА 46
Хоуп
Говорят, что мы все являемся одним решением от измененной жизни.
Одно решение может изменить путь вашего будущего навсегда.
После сегодняшнего дня я знала, что это правда.
Когда я проснулась сегодня утром, я молилась о божественном вмешательстве, чтобы дать мне силы делать то, что нужно было сделать. Чтобы найти мужество в моем сердце, чтобы уйти от того, чего я не хотела, и преследовать то, что я сделала.
Я вернулась в кровать Хантера, с моей одеждой, разбросанной по полу его спальни, и моим сердцем на ладони.
Будет время для разговора позже, но сейчас все, что я хотела сделать, это быть с ним во всех отношениях.
Он скользил языком по моей щели, заставляя меня дико вздрагивать. Мой пульс взлетел до небес, мое дыхание неравномерное, так как я слабо врезалась под его разрушительным натиском.
— Сядь на лицо.
Покрутив головой, я замедлилась и отчаянно пыталась сдержать себя.
— Нет…— я застонала, затаив дыхание, когда пыталась сбалансировать на дрожащих коленях. Это было нелегко сделать, не когда он рисовал на моем клиторе. — Я слишком тяжелая.
— Ты чертовски идеальна, — прошипел он, не пропуская ни секунды, когда он ласкал и сосал мой клитор. — Сядь на лицо, детка.
— Я не