Сегодня я собирался вернуть Ли.
Без вариантов.
— Ну давай, приятель, — проворчал я, глядя на Бруно, коричневого лабрадора Ли, к которому я уже успел привязаться.
Бруно снова поднял лапу — наверное, уже сороковой раз за час.
Господи, когда я наконец всё улажу с Ли, надо будет отвезти его к ветеринару.
Так часто ссать — это не норма.
Я свернул на нашу улицу, замедлив шаг под «артритный» темп Бруно.
За последние шесть недель я выгуливал её пса больше, чем мог вспомнить.
Печально, знаю, но так я хотя бы чувствовал, что делаю хоть что-то для Ли.
Лучше хоть что-то, чем ничего.
Бесило, что она не хочет меня рядом.
Ну, своё время она получила.
Я дал ей пространство, которого она просила.
Теперь пора всё исправить.
Подходя к дому, я заметил красный Porsche, припаркованный у моего подъезда.
Да ну нахрен.
Я ускорил шаг, почти побежал к двери.
Бруно, будто почуяв беду, припустил вперёд быстрее, чем я думал, что он вообще способен бегать.
Я никогда не поднимал руку на женщину, но эта конкретная — реально испытывала судьбу.
Дверь распахнулась, как только я дошёл до неё, — и вот она стоит.
— Какого чёрта…
Рэйчел схватила меня за лацканы куртки, потянула к себе и прижалась губами.
Бруно зарычал, а я резко оттолкнул её.
С Рождества я тщетно пытался избегать её, но она появлялась повсюду.
Вчера вечером, когда я ушёл из палаты Ли, получил звонок об «экстренной ситуации» в отеле.
Оказалось, никакой это не форс-мажор, а очередная безумная — и совершенно голая — попытка Рэйчел вернуть меня.
Я приехал в офис поздно ночью — а она лежит на моём столе, полностью обнажённая.
И это был не первый раз.
На прошлой неделе Линде, менеджеру отеля, «посчастливилось» увидеть примерно то же самое, когда она пошла взять документы из моего грузовика.
Рэйчел нужно было к психиатру. Серьёзно. Это становилось пугающе.
— Отлично, ты дома. Нам нужно поговорить, — промурлыкала она, поворачиваясь на каблуках своих ботфортов и проходя в дом. Её тощая задница покачивалась под самым откровенным белым платьем, какое я только видел на девушке в субботу утром в феврале.
Я покачал головой и пошёл за ней, но собака резко дёрнула поводок.
Бруно вырвался и побежал к моему пикапу.
Я оглянулся — он сел рядом и жалобно заскулил.
Сраный трус.
— Что, чёрт побери, ты тут делаешь? — рявкнул я, заходя и закрывая дверь. Сам слышал, как злость прорезается в голосе. Она вздрогнула. — Это должно закончиться, Рэйчел. Это уже переходит в домогательство. Я мог бы тебя за это арестовать. После того, что ты устроила прошлой ночью, должен был бы арестовать.
Надо же, хватило наглости явиться ко мне домой.
Единственная причина, почему я ещё не вызвал копов — сильное подозрение, что у неё проблемы с головой.
— Я не пришла ссориться, Кайл, — капризно сказала она.
Ага, конечно.
Но я сдержался и позволил ей продолжить свой поток лжи.
— Я пришла извиниться, — произнесла она, — и рассказать, что я узнала о твоей маленькой южанке.
Ну это будет интересно.
— И что ты можешь мне рассказать о Ли, чего я сам не знаю?
Она улыбнулась и запрыгнула на стол, раздвинув ноги настолько, что я непроизвольно отвёл взгляд.
— Могу начать с того, где она сейчас, — сказала она с мерзкой усмешкой.
Я покачал головой, уставившись ей в лицо:
— Я знаю, где она, Рэйчел. Она в кровати, отдыхает. А теперь, если тебе дорога свобода, — выметайся из моего дома.
Она криво усмехнулась, проведя накрашенными красным ногтями по внутренней стороне бедра.
— Ах да, наверное, ослышалась, — протянула она и встала, подходя ближе. Я быстро шагнул в сторону, не дав ей прикоснуться.
— Дай нам ещё один шанс, Кайл. Пожалуйста.
Я вытаращился на неё и обошёл стол, чтобы создать дистанцию.
— Ты, блядь, шутишь? — сказал я и побледнел, видя, что она серьёзна. — О боже… ты ведь реально это серьёзно.
Рэйчел демонстрировала какой-то новый уровень безумия.
Если бы она продавала эту химию, озаглавив «Eau de Delusional» — разбогатела бы.
— Просто подумай, — произнесла она, приближаясь, — ведь когда-то нам было хорошо вместе.
Я с отвращением сбросил её руки с груди.
— Что именно ты считаешь «хорошо»? Когда ты меня била? Или когда шантажировала? Поверь, Рэйчел, ничего хорошего в этом для меня не было.
Я вышел из кухни и распахнул входную дверь.
— Это в последний раз, когда я тебе это говорю: убирайся. Найди себе врача, можешь даже прислать мне счёт — я оплачу, — но на мою территорию больше не ступай.
Я держал дверь открытой и, слава Богу, она поняла намёк.
Проходя мимо, она замерла на пороге:
— Просто подумай, — пропела она и чмокнула меня в щёку.
Святые угодники, она реально сумасшедшая.
Я резко отстранился и смотрел, как она грациозно уходит по дорожке.
Оставив дверь открытой, я бросился наверх проверить Ли, молясь, чтобы она не услышала весь этот цирк.
Открыв дверь её комнаты, я застыл.
Кровать пуста. Чёрт.
— Ли? — позвал я.
Спускаясь вниз, я свистнул Бруно:
— Давай, дружище.
Старый упрямец даже не сдвинулся с места — всё сидел у грузовика.
Чёрт возьми.
Я пошёл к нему.
— Что с тобой сегодня? — пробормотал я и осёкся, когда заметил в кабине машины маленькую фигурку с каштановыми кудрями, съёжившуюся на сиденье.
— О, нет… — выдохнул я.
ЛИ
Ладно, выбежать из собственного дома, наверное, не было самым умным решением в моей жизни — особенно босиком и в одной футболке.
Но я ни на секунду не забывала, на что способна Рэйчел. А у меня теперь был ребёнок, которого нужно защищать.
Дрожащая от холода и стыда, я бросилась к единственной машине, стоявшей во дворе — к пикапу Кайла.
Я дёрнула ручку двери и едва не вскрикнула «аллилуйя», когда она поддалась.
Безалаберность Кайла в обращении с собственным имуществом в этот раз сыграла мне на руку.
После трёх попыток забраться внутрь, закончившихся тем, что я нелепо задрала задницу кверху, у меня получилось только с четвёртого раза.
Я