ГЛАВА 11
Могучие рейнджеры и куклы Барби
Кайл
Хэллоуин пролетел почти без драмы. У Хоуп с утра вылезли два новых зуба и разболелся живот, и мы с Ли по горло увязли в детских какашках и рвоте — было не до праздников. К вечеру живот у неё успокоился, и, уложив её на ночь, мы сами рухнули от усталости и переживаний. Я не особо нервничал из-за поноса — у неё всегда так при зубах. А вот Ли была в панике.
Следующим утром Ли попросила отвезти её на кладбище — и так каждый день с тех пор — и я возил её, не задавая вопросов. Мне не нравилось, что она ходит туда так часто, но я был благодарен, что она просит меня, а не уходит тайком. Я пытался вытащить её из грусти, и она тоже старалась, но с момента переезда она ложилась спать очень рано, а ночью, думая, что я сплю, тихо плакала в подушку. Кошмары мучили её так же сильно, как и раньше, и сердце мне разрывалось от того, что я ничем не могу помочь. Всё, чего я хотел, — чтобы она снова стала счастливой.
Это была седьмая ночь в нашем новом доме, и я был чертовски рад, что сегодня у Ли настроение лучше. Фотография Кэм выбила её из колеи, и, честно говоря, я чувствовал, что она до сих пор её цепляет. Иногда я ловил, как она смотрит на снимок и незаметно вытирает глаза. Я думал, не убрать ли фото, но боялся сделать хуже.
— Как там было? — спросила Ли, устраиваясь у меня под боком. Мы искупали Хоуп, уложили её спать и растянулись на диване, глядя какой-то дурацкий девчачий фильм у камина. Это была первая ночь за неделю, когда мне удалось уговорить её не ложиться раньше девяти. И, как бы мне ни было стыдно признавать, вкус у неё в фильмах начинал мне нравиться. Она выбрала Грязные танцы, и мне стало немного обидно, что я не умею так танцевать. Чёрт, что эта женщина со мной делает?
— Как там было что? — переспросил я, убавляя звук на телевизоре.
— Твоё детство. Ты мало о нём говоришь. Я знаю, что ты рос в системе, но остального — нет.
— Что было, то было, принцесса. — Я правда не знал, что она хочет услышать. Да, жизнь была тяжёлая, но по сравнению с тем, что было у неё с отцом, это мелочи. Мне ещё повезло. В детстве я был как дворовый кот — умел постоять за себя. — Я был высоким для своего возраста, — сказал я, вытягивая ноги рядом с её. — И у меня был язык, который одинаково часто вытаскивал меня из неприятностей и в них же втаскивал.
— Похоже на тебя, — усмехнулась она, теребя край моей футболки. — Часто дрался?
— Определи «часто», — поддел я, глядя на её улыбку. Говори, Картер. Держи её улыбающейся… — Я был ужасным ребёнком.
— Кем ты видел себя, когда вырастешь?
— В одном месте. — Я пожал плечами. — У меня никогда не было чёткой мечты. Я просто знал, что бы я ни делал, это будет одно место, свой дом, без бесконечных переездов каждые полгода.
— Это было тяжело? — прошептала она.
— Нормально. — Я не хотел портить ей настроение. — А ты? Кем ты хотела стать?
— Живой, — сказала она, и её честность выбила у меня воздух.
— Ладно, — Ли улыбнулась и подтянулась, садясь по-турецки. — Давай сыграем в игру.
Я поднял бровь:
— В голую игру?
Она закатила глаза:
— В игру «лучше узнать друг друга».
Смеясь, я сел напротив, копируя её.
— Эй, мы вообще-то помолвлены и у нас ребёнок, принцесса…
— Не порть момент, — прорычала она и ущипнула меня за сосок.
— Блин, малышка, — простонал я. — Больно. — Враньё. Просто хотелось немного ласки.
Её поднятая бровь ясно дала понять: ласки не будет.
— Ладно, — вздохнул я. — Давай играть в твою игру, вредина.
ЛИ
— Расскажешь секрет? — спросила я Кайла, когда мы сидели напротив друг друга на диване. Кайл заставил меня посмотреть с ним фильм, и я должна была признать, что чувствую себя лучше, чем за последние дни. Было приятно делать что-то обычное, то, что делают пары. Может, это станет нашей традицией… вечер кино. Кайл жаловался весь фильм, но я заметила, что он подтаптывал ногой под каждый танцевальный номер. В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот соскочит с дивана и начнёт танцевать мамбо…
Наклонившись вперёд, Кайл поставил пиво на пол и сел по-турецки напротив меня.
— В девять лет у меня был период, когда я думал, что я Могучий рейнджер, — сказал он.
— Не может быть! — выдохнула я, и глоток колы вылился у меня изо рта.
Он покачал головой и рассмеялся.
— Ага. Я был помешан. Одна из моих приёмных мам купила мне костюм Чёрного рейнджера на день рождения. Я думал, что я крут, — усмехнулся он, вытирая мой рот большим пальцем. — Я спал в этом костюме каждую ночь целый месяц.
— В девять лет я подглядывала под штаны кукол Кэм, — призналась я, прикрыв рот рукой, чтобы не рассмеяться.
Кайл усмехнулся и склонил голову набок.
— Ты маленькая извращенка.
— Что? — сказала я с обороной. — Я тогда понятия не имела. Я думала, что так они устроены.
— Ха, — фыркнул он. — Должно быть, ты удивилась, когда увидела мой…
— Эм… — я сделала вид, что думаю, а Кайл сузил глаза.
— Замолчи, — прорычал он, подталкивая моё колено рукой.
— Я шучу, — сказала я. — Мне действительно следовало смотреть на фигурку Чёрного рейнджера. Как её там звали? Морфи… девять?
— Время морфинга, — серьёзно сказал он. Я еле сдержала смех из-за его серьёзного выражения лица. — Время морфинга, принцесса.
— Крысы вызывают у меня мурашки, — призналась я. — Однажды наш дом ими завелся. Это было ужасно. Они были огромные.
— Черепахи меня пугают, — сказал Кайл серьёзно.
— О, боже, ты серьёзно?
— Давай, — сделал он руками форму черепахи. — Не кажется ли тебе жутким,