– Где? – крутит головой ведьма, но без вампирских способностей ничего не видит.
– Скоро увидишь, – успокаивает её Торн, но звучит это с такой тоской, что мне становится не по себе.
Чем ближе подходим к месту назначения, тем медленнее и аккуратнее движемся. При всём нашем составе, хотелось бы максимально долго остаться незамеченными. За неимением достаточного опыта ориентируюсь на Сару: замедляюсь, прислушиваюсь, наклоняюсь и не смею подавать ни звука. Одри выбирает ту же тактику.
Сара перестаёт дышать и замирает. Прослеживаю за взглядом и замечаю сбоку от костра, сидящих на земле, прикованных цепями к дереву Майкла и Хэлен. На их ноги надеты кандалы, и я машинально потираю запястья. Высматриваю маму Одри. Воздух вокруг костра плавится, делая картинку не чёткой. Беззвучно охаю, когда вижу её без сознания вблизи обрыва. Хватаю подругу за руку, не давая наделать глупостей.
Получается, не хватает только Джейн.
Сара показывает жестом оставаться на месте, пока сама продолжает движение меж деревьев в сторону детей. Она движется крайне опасливо и вскоре доходит до цели. Я вижу, как шевелятся её губы, но звука нет. Майкл мотает головой, а Хэлен тихо всхлипывает. Кажется, дела хуже, чем мы думали.
Майкл что-то тихо объясняет, на что Сара сводит брови к переносице и медленно, не создавая лишнего шума, возвращается к нам.
– Есть проблема, – сообщает она. – Ведьма поставила ловушку, как ту, в которой была Одри. – Вампирша многозначительно смотри на нас. – И эта стена уже позади, мы прошли её, сами того не зная.
Нам не уйти,– пролетает в голове перед тем, как раздаётся уверенный голос Эннибет:
– Моя дорогая племянница, присоединяйся, чего же ты ждёшь?
41. ОДРИ
Во все глаза смотрю на Сару и Карен. Я без понятия, как тётя узнала о моём присутствии, но чувствую себя виноватой. Мало того, что я выдала нас, так ещё и приглашение слишком доброе в условиях нашей ситуации. Торн поджимает губы, выдыхает и кивает. Я направляюсь в сторону костра.
Может, она узнала только обо мне, и у них ещё есть шанс остаться в тени?
– И подругу свою зови, что же ты, – добавляет Эннибет с безумным хохотком. – Карен, время бояться ушло, выходи к нам.
В глаза бросается поднявшийся на ноги Майкл. Хэлен встаёт следом.
– Как она узнала? – шепчет Карен, догнав меня.
Пожимаю плечами. Говорить что-либо вообще не хочется.
А может, тётя читает мысли?
От этого предположения бросает в холод. Тогда нам точно конец.
Ведьма ходит вокруг костра, что-то пришептывая, от чего языки пламени время от времени резко устремляются на пару метров ввысь. Звёздное небо из-за огненных вспышек отсюда совсем не видно.
– Зачем ты это делаешь? – спрашиваю я, как только выхожу на утёс.
Лишившись укрытия в виде деревьев, чувствую себя беззащитной. При взгляде на маму запираю глубоко внутри желание показать слёзы.
Вот, значит, чего она хотела – лучше пожертвовать собой, чем взять меня на подмогу?
Тётушка кидает горсть какого-то порошка в пламя и поворачивается к нам:
– Когда демон с ангелом соединятся, придёт время злу особенно бояться. И земля сию минуту содрогнёт, ведь никто иной, как Цербер, к нам придёт.
На долю секунды ошарашенно морщусь.
– Я не могу допустить его прихода. Ты ведь знаешь, кто это, правда? Цербер охраняет врата ада. Кого он может за собой привести? Кого заберёт туда?
– С чего ты взяла… – начинаю я, но меня перебивают:
–Всееё предсказания сбывались. Я видела это всю свою жизнь, – в голосе твёрдость. – Приход Цербера означает переворот иерархии сверхъестественного мира, нарушение баланса и уклада нашей жизни. Ты ведь это понимаешь, Одри, – убеждённо добавляет Эннибет. – Ты знаешь, что этого нельзя допустить.
И на краткий миг мне кажется, что она права. Кто такой этот Цербер? Сколько смертей он принесёт вместе с собой? Но потом мой взгляд опускается на маму без сознания, плавно переходит на прикованных двойняшек Торн, на Карен рядом со мной.
– Воттакойценой ты хочешь его остановить?
– О… – тихо, как будто снисходительно, смеётся тётя. – Я понимаю. Сначала мне тоже было страшно и совестно, но у меня были годы на принятие мысли, что это единственный верный способ.
– Убив свою родную сестру?! – не понимаю я.
– Одри, всегда приходится чем-то жертвовать. И чем выше цель, тем сильнее жертва.
Не могу это слушать. Импульсивно выставляю вперёд руку в желании заставить Эннибет замолчать, как в сторону ведьмы по земле быстро распространяется огненная полоса. Тётя делает отмахивающееся движение, и мой поток упирается в выросшие из-под земли ледяные острые колья.
– Неплохо, – улыбается она и запускает в меня шар прозрачной энергии.
Отпрыгиваем с Карен по разным сторонам, завалившись на землю.
– Что? – по-доброму усмехается тётя. – Ты же не думала, что я буду просто смотреть, как ты покушаешься на мою жизнь?
Сжимаю зубы и впиваюсь ногтями в каменную почву. Передо мной материализуется огненный шар. Второй, третий, они появляются из ниоткуда. Чувствую свою злость и концентрируюсь на ней, заставляя шары полететь в сторону врага. Но для Эннибет это всё как будто шутка – она без труда ставит защитную невидимую стену, о которую мои искрящиеся шары разбиваются.
– Не-а, – качает указательным пальцем ведьма куда-то в сторону, и я понимаю, что Карен хотела подкрасться сзади. – Даже не думай, не получится.
И она запускает очередной шар энергии в Торн, едва та успевает пригнуться.
– Ни шагу больше, иначе будешь лежать здесь рядом, – Эннибет указывает на маму. – Одри, я не заставляю тебя в этом участвовать, но хотела, чтобы ты поняла мой мотив. Это не ради забавы и не потому, что я такая плохая. У того, что сегодня здесь произойдёт, есть цель. И эта цель оправдывает средства.
– Такое зверство ничто не оправдает! – не выдерживаю я.
– Ох, ты так ещё молода, – умилительно качает она головой, а затем смотрит на наручные часы. – А теперь советую закрыть уши.
Я быстро повинуюсь, не зная, чего ожидать, но предчувствуя что-то очень нехорошее. Тётя делает резкое движение ладонями вниз, будто одновременно нажимает на две большие кнопки по бокам от себя. В то же время меня сбивает с ног ударной волной, а упав, я обнаруживаю себя в знакомой ловушке