Примечателен храм этого села, постройки конца XVIII в. в характерном для Верхневолжья стиле осташковского барокко.
Этот храм, помимо того что помнит императора Александра Благословенного, единственный в округе не закрывался в советские времена, сохранил исторические интерьеры и резной липовый иконостас.
В соседних Нижних Котицах работает глемпинг «Дикий гусь» с очень годной баней и прекрасным рестораном «Тёрка» на берегу Селигера.
В пяти минутах езды – деревня Зехново, где на реке Селижаровке неудачно глушил рыбу подполковник Василий Сталин. Если будете строить дачу на Селигере, покупайте саженцы в питомнике Сергея и Инны в деревне Зехново.
Исправляя несправедливость: император Александр I и его роль в промышленной революции
Ценное качество исследовательской работы – когда она существенно меняет самого исследователя и его взгляды, а не просто воплощает и подтверждает их.
Каюсь, до работы над этой книгой я был совершенно равнодушен к императору Александру I.
По Пушкину, «властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда».
По Толстому, в Отечественную Войну трусил, медлил и только и делал, что мешал фельдмаршалам побеждать Наполеона.
Мечтатель и лицемер, покровитель гадкого Аракчеева, по советской историографии.
Но подождите. Егора Францевича Канкрина, сыгравшего ключевую роль в российской промышленной революции, министром финансов в 1823 г. назначил император Александр Павлович.
Первое патентное законодательство в 1812 г. ввел он же. Создал Коммерческий банк для кредитования промышленности. Благословил создание первых общественных банков. Лично посетил Олонецкие и Уральские заводы. Реформировал горнозаводскую отрасль, о чем сказано выше.
А вот что касается легкой промышленности. В мае 1810 г. был учрежден комитет для рассмотрения «существующих по мануфактурной части постановлений», для рассмотрения и улучшения мануфактурного законодательства и приискания «удобнейших средств, к одобрению и распространению фабрик служащих» [Шепелев Аппарат, 219].
В популярной биографии Александра I в серии «Жизнь замечательных людей» ни слова об отношении императора к промышленности, коммерции, экономике [Ляшенко].
В огромном фундаментальном четырехтомнике Шильдера «Император Александр I» опять ни слова об этих предметах. Путешествию 1824 г. на Урал посвящен один (!) абзац [Шильдер Александр I, т. IV, 303]. В этом абзаце не нашлось места упоминанию ни об одном конкретном заводе.
Дореволюционный автор: «В наиболее полной и добросовестной истории царствования Императора Александра I, Богдановича, в 6-ти томах, о горном деле нет практически ни одного слова» [ГЖ 1878–1–1].
По всем распоряжениям по коммерческой и промышленной части императора Александра Павловича видно, что, если бы не злосчастное вовлечение в европейские события и войны, он бы мог сделать для российской промышленности еще больше.
Однако он заложил важные основы будущей промышленной революции, которые я подробно раскрою в следующих главах, а здесь упомяну кратко:
● Министерская реформа, в т. ч. создание Департамента мануфактур и Горного департамента в Министерстве финансов
● Учреждение Госсовета как средоточия нормотворчества страны
● Патентное и банковское законодательство
● Реформа образования, создание целостной общероссийской образовательной системы
● Учреждение важных периодических изданий: «Журнала министерства народного просвещения», «Технологического журнала», «Журнала мануфактур», «Горного журнала»
● Введение протекционистских, т. е. поощрительных к отечественной промышленности, таможенных тарифов 1810 и 1822 гг.
● Реформа горнодобывающей отрасли, создание целостной трехуровневой системы горного образования
● Создание Ведомства путей сообщения с сопутствующими образовательными учреждениями.
Отдельно остановлюсь на важнейшем для нашей темы нормативном акте императора Александра Павловича 1818 г.: «О распространении права учреждать фабрики и заводы на всех казенных, удельных, помещичьих крестьян и свободных землепашцев» [ПСЗ, закон 27600 от 28.12.1818, т. 35, с. 653].
Без этого закона у нас не было бы Саввы Морозова, Ивана Рыбникова, десятков и сотен других крупных промышленников, выросших из крестьян, и тысяч малых крестьянских фабричных предпринимателей.
В плане личной организованности и работоспособности император Александр Павлович был таким же выученником своей матушки, императрицы Марии Федоровны, как и император Николай Павлович. Идеальный порядок на рабочем столе, идеальная пунктуальность, плотный и насыщенный рабочий день [Ляшенко, 64, 92].
В записке сестре Марии Павловне император извиняется, что не сможет быть у нее на ужине, и перечисляет список своих встреч на день: генерал-губернатор Москвы Голицын, граф Воронцов, прусский майор Тун, английский министр Ворд, граф Сен-Прист, адмирал Моллер, граф Аракчеев, сенатор Соймонов [Переписка из трех углов, 275].
В этом перечне угадывается типичный рабочий график современного губернатора или топ-менеджера госкорпорации: часов 7–8 на «внешние» встречи и к ним еще часа 3–4 на «внутренние», работу с помощниками и документами.
При этом, как отмечают современники и как видно из переписки с близкими родственниками, своими обязанностями император ощутимо тяготился, от власти никакого удовольствия не получал и мечтал удалиться к партикулярной жизни.
Выше я упоминал заводы с паровыми машинами, заведенные в военных поселениях по инициативе графа Аракчеева. Эта личность всегда была одним из главных упреков александровскому царствованию. Но вот пара штрихов к портрету ближайшего соратника императора:
«[Алексей Андреевич] восстанавливал воинскую дисциплину среди гвардейских офицеров, давно о ней забывших. Во времена Екатерины II они куда больше думали о балах и театрах, чем о службе. С воцарением Павла I и появлением Аракчеева в качестве коменданта столицы эти маленькие радости жизни закончились.
Офицеры были вынуждены заняться обучением личного состава, а штабных Алексей Андреевич засадил за чертежные доски и заставил чертить карты и планы.
Гвардейские казармы засияли чистотой, самоуправство командиров прекратилось.
В 1799 г. Алексей Андреевич в чине генерал-лейтенанта был назначен инспектором артиллерии и командиром гвардейского Артиллерийского батальона.
Находясь на этом посту, он к 1805 г. сделал артиллерию отдельным родом войск. Произведенная им реформа была столь успешна, что русская артиллерия стала одной из лучших в мире.
Новоиспеченный граф всю жизнь так успешно поддерживал миф о своей необразованности, что все охотно поверили в него. Между тем в Грузине библиотека Аракчеева насчитывала 11 тысяч томов по самым разным отраслям знаний» [Ляшенко, 147, курсив Г. А.].
Полагаю, участие графа Аракчеева в экономической жизни страны ждет своего исследователя.
Когда я добавлял раздел об императоре Александре Павловиче в текущую главу, я решил не переставлять его в начало главы, что было бы логично хронологически.
Пусть такой нехронологический порядок появления этого выдающегося императора в книге останется памятником нашей «лени и нелюбопытству» в отношении собственной истории и ее великих деятелей.
Завершу оценку личности Александра I цитатой из его наставника Ф. Лагарпа, несколько десятилетий состоявшего в переписке со своим учеником:
Но должно потомство принять в расчет и великие его деяния, как те, какие успел он совершить, так и те, какие совершить только намеревался. Примет потомство в расчет, какие препоны пришлось ему преодолевать и в каком трудном положении он находился.