После чего свернул к своим покоям, а мы с Адрианом, поклонившись, пошли к выходу.
— Что случилось? — когда королевское крыло осталось позади, спросил я тихо.
— Из-под надзора сбежал один из заговорщиков.
— Почему я не знал? — зло процедил я.
— Потому что, Его Величество не поставил нас с тобой в известность. Этим занимались совсем другие люди поодаль от дворца.
— А теперь мы должны расхлебывать?
— Не мы, Эмиль, я. Не волнуйся, тебя ни в чем обвинить не могут. Единственное, усиль защиту дворца. На всякий случай.
— Я понял.
Адриан молчал, пока мы не дошли до его покоев. Потом жестом пригласил меня войти, словно намекая, что еще не все сказал.
Не все…
Стоило оказаться внутри, он расплылся в радостной улыбке и, ухватив бутылку, разлил вино в два бокала.
— Ну, рассказывай, с чего вдруг так за девушку просишь? Неужели приглянулась? Да ладно, можешь не отвечать, — даже не дав мне вставить и слова, поспешно выдал он. — Я ведь видел, как ты на нее смотрел. Что, скоро и тебя потеряем? Дамы расстроятся. У нас скоро ни одного вольного дракона не останется.
— Адриан! — рыкнул я. — Хватит нести бред. Я отвечаю за эту девушку! Я должен был оставить ее в полиции, там бы нашли ее семью и…
— Но не оставил, — невинно заметил Адриан, пряча ухмылку в бокале.
— Да будь ты… ты меня не слышал? Ты видел, кого там держат? Можешь представить эту кроху рядом со шлюхами с Низкой улицы? А рядом с быками оттуда же?
— Кроху… — протянул он, закатив глаза, чем окончательно вывел меня из себя.
— Проклятье, да ты ее видел? Она же на ребенка похожа!
— Ей девятнадцать, — словно невзначай обронил он, заткнув мой поток слов.
— Откуда знаешь?
— Спросил.
— Я… я просто чувствую ответственность за нее, вот и все, — устало признал я.
— Конечно, просто ответственность. Иди, шип, иди, — полюбовавшись моим гневным лицом, почти ласково выдал он. Указывая на дверь рукой.
— Как прикажете, сэр, — прошипел я, склонившись в поклоне. Но у двери меня поймал невинный вопрос: — Эмиль, а где малышка ночевать будет? Думаешь, принцесса озаботится этим вопросом? Или решит, что «мы остановились в покоях лорда Эмиля» ее полностью устроит?
— Адриан! — рявкнул я, наверняка побледнев. Тьма, а что если он прав?!
— Иди, шип, иди, — на этот раз его напутствие было по-настоящему ехидным.
Я вышел из покоев на негнущихся ногах, с ужасом и мольбой перебирая новые мысли.
Глава 11
Глава 11
Эмилия
Я мечтала увидеть королевскую семью, представляла этот день сотни раз в своих грезах, но теперь, оказавшись внутри этих золотых стен, я отчаянно хотела убежать подальше из дворца, исчезнуть, раствориться в толпе. Платье было не просто неудобным — оно безжалостно сжимало грудь, лишая меня возможности вдохнуть полной грудью. Каждый вздох отдавался болезненным уколом. Строгая гувернантка, леди Мэри, высокая и сухая, как старая бумага, смотрела на меня с подозрением, ее острый взгляд проникал, казалось, прямо в душу. Ее губы, тонкие, как натянутая нить, презрительно поджались.
— Милочка, присоединяйтесь к уроку, — обратилась она ко мне, и показалось, что камень скребет по металлу. — Вы умеете читать и писать?
Вопрос прозвучал скорее как обвинение, чем как простая формальность.
— Немного, — пролепетала я, испуганно обернувшись на принцессу, ища в ее лице хоть каплю поддержки.
Сердце бешено колотилось, теперь понимаю куриц, которых ведут на убой. Лили едва заметно кивнула, ободряя меня жестом сесть рядом с ней за стол, на котором уже лежала стопка белоснежной бумаги и стояли чернильница с гусиным пером. Ее глаза излучали мягкое сочувствие. Леди Мэри продолжила говорить очень быстро, ее слова сливались в неразборчивый поток, и я совершенно не успевала записывать. Перо дрожало в руке, оставляя на бумаге уродливые кляксы. Франциск, сидевший в углу комнаты на высокой подставке, смотрел на меня с укором и качал головой, будто осуждая неуклюжесть.
— Леди Мэри, можно помедленнее, — попросила принцесса, подняв руку.
— Мы и так отстали от плана с вашими шалостями, — она покосилась на гуся.
— Все, я устала! — Лили, с наигранным капризом, отбросила гусиное перо, оставив на белоснежной бумаге кляксу.
— Ваше Высочество, — произнесла леди Мэри с напускной строгостью, впрочем, высокий лоб, испещренный тонкими морщинками, выдавал неусыпную заботу о юной принцессе. — Вы должны прилежно учиться, иначе…
— Иначе, что?! — вскипела Лили, с силой ударив ладонью по столешнице, отчего подпрыгнули чернильница и стопка бумаги. — От моих навыков ничего не зависит! Страной мне править не дадут. Выдадут замуж за этого старого короля, чье лицо наверняка обезображено оспой, а зубы гнилые, чтобы заключить выгодный политический союз. Вот и весь мой удел! И это сделают! Даже если я буду трижды глупа. Может, так даже и лучше! Меньше буду чувствовать себя коровой, которую выставляют на торги, пытаясь продать подороже!
— Ваше Высочество, прошу вас, не говорите глупостей! — воскликнула леди Мэри, покраснев от смущения.
Она оглянулась на затворенные двери, опасаясь, что кто-то услышит дерзкие речи принцессы.
— Хватит, леди Мэри! Вы прекрасно знаете удел всех принцесс! У Франциска жизнь свободнее, чем у меня! Он хотя бы может летать, куда захочет!
— Да ему в любой момент могут голову снести, — задумчиво пробормотала я, глядя на гуся, мирно поглядывающего по сторонам со своего места, — и пустить на перину и паштет.
— Га! — возмутился гусь, вытянув шею и захлопав крыльями.
— Не бойся, Франциск, я не дам тебя в обиду! — успокоила принцесса и, подойдя к нему, ласково погладила гуся по спине.
— Ладно, Ваше Высочество. На сегодня достаточно, — сдалась гувернантка, вытирая платком вспотевший лоб.
— Леди Мэри, вы свободны! — звонкий голос принцессы разнесся по комнате, отгоняя последние тени менторства.
— Но… — начала было леди Мэри, неготовая так быстро покинуть подопечную.
— Свободны, — повторила принцесса с непоколебимой уверенностью, отрезая любые возражения.
Леди Мэри, смиренно склонив голову в поклоне, поспешила уйти. Я последовала ее примеру, но возле самой двери Лили окликнула меня.
— А ты куда? — в голосе послышалось притворное возмущение.
— Я… —