Он развернулся и ушёл, не попрощавшись. Карина осталась одна в кладовке, среди старого хлама и пыли.
Она села на перевёрнутый ящик — доски жалобно скрипнули, но выдержали — взяла счёты в руки. Пальцы задвигались сами собой, по старой привычке. Костяшки защёлкали, успокаивая: костяшка влево — проблема, костяшка вправо — решение.
— Итак, — сказала она вслух. — Неделя. Семь дней. Надо найти шпиона, которого возможно и вовсе не существует, и не умереть.
Костяшки щёлкали. Карина считала.
— Варианты: я умру. Или меня казнят. Или найду шпиона. Или не найду, но сбегу. Или меня убьёт драконица. Или…
Дверь скрипнула, и Карина подняла голову.
На пороге стоял Варфоломей. В руках — поднос с едой: миска жидкого супа, краюха хлеба, кружка мутной воды.
— Ужин, — сказал он.
— Я думала, мне самой придется готовить, — удивилась Карина.
— С завтрашнего дня. Сегодня ешь что дали.
Карина взяла ложку. Понюхала — отдалённо напоминало суп, который варила бабушка, если очень сильно напрячь воображение.
— Не отравлено, — сказал Варфоломей. — Я проверил.
— Зачем?
— Я вас не знаю. Но вы первая, кто назвал драконицу на «ты» и остался жив. Это заслуживает уважения.
— А что за церемония, которую я сорвала? — спросила Карина, забирая поднос.
Варфоломей оглянулся на дверь, будто проверяя, не подслушивают ли, и тихо сказал:
— Свадьба. Лорда Родиона и госпожи Любавы. Невеста исчезла прямо во время клятвы, когда вы упали на алтарь. Королева решила, что вы — шпионка, которую подослали сорвать брак.
— А зачем кому-то срывать этот брак?
— Затем, что без невесты лорд Родион не может править. По законам нашего королевства, лорд без жены не имеет права голоса в совете. А у Анисьи Петровны есть враги, которые этого очень ждали.
Карина присвистнула.
— То есть я просто упала не вовремя?
— Вы упали очень вовремя, — сказал Варфоломей, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на грусть. — Для врагов. А для нас… — он вздохнул. — Для нас вы большая проблема.
Он развернулся и вышел, прикрыв дверь, а Карина осталась одна с жижей, которую называли тут супом, и кучей новых мыслей.
— Значит, свадьба, — сказала она пустой кладовке. — Невеста сбежала, а я теперь виновата.
༺༻ ༺༻ ༺༻
Утром её бесцеремонно разбудил тот же стражник, что и вчера.
— Драконица велела передать, — сказал он, просунув голову в дверь. — Первый день пошёл.
Карина села. Старое тряпьё, которое ей выдали вместо одеяла, сползло на пол. В кладовке было холодно, сыро, и где-то под ящиком пищала мышь.
— Передайте ее величеству, — сказала Карина, пытаясь попасть ногами в тапочки, — что я ещё не завтракала. И что её суп — позор для любой уважающей себя кухни.
Стражник побледнел и быстро скрылся, грузно шагая по коридору. Карина снова осталась одна.
Взяла счёты. Щёлк.
— День первый, — сказала она. — Начинаем!
Глава 3
Магические формуляры
Первый рабочий день в замке начался с того, что Карину проводили на кухню и оставили там одну.
— Разберёшься, — сказал стражник с бритой башкой и захлопнул дверь.
Карина растерянно огляделась и приняла неизбежное.
Кухня оказалась просторной, но запущенной до безобразия. Огромный каменный очаг зиял чёрной пастью, но вместо огня там тлели угли, котлы висели криво, сковородки лежали вперемешку с вениками, а на столах валялись горы немытой посуды.
А посреди всего этого великолепия восседал мужик в засаленном колпаке и смотрел на Карину, словно она не человек, а ошибка природы.
— Ты ещё кто такая? — спросил он с презрением.
— Карина, — ответила она, продолжая осматриваться. — Бухгалтер. А вас как зовут?
— Я — Захар! — рявкнул он, и на кухне что-то жалобно звякнуло. — Главный повар королевского замка!
— Очень приятно, — вежливо сказала Карина. — А где тут у вас продукты лежат?
Захар моментально побагровел и вскочил на ноги.
— Какие ещё продукты⁈
— Ну, обычные, из которых готовят. Меня отправили на кухню работать. Королева лично распорядилась.
— Тебя⁈ — Захар зашёлся кашлем то ли от смеха, то ли от возмущения. — Да кто допустит тебя до готовки? Думаешь, у меня есть лишние формуляры для какой-то там выскочки?
Карина насторожилась.
— Какие формуляры?
— А такие! — Захар подскочил к шкафу, выдвинул ящик, и Карина увидела стопку пергаментов — пожелтевших, с какими-то поблёкшими знаками. — На каждое блюдо нужен магический формуляр! Без него магия не работает! А без магии еды не получится!
— А если магии нет? — робко спросила Карина. — Как тогда выходить из положения?
Захар посмотрел на неё долгим тяжёлым взглядом. Повар был ниже Карины, но она себя чувствовала маленькой девочкой, которая только что разбила любимую бабушкину вазу и ей вот-вот влетит от родителей.
— Что за чушь ты несёшь, девочка? — рявкнул Захар, грохнув огромным кулаком по столу. — Наша королева всегда придумает, как пополнить казну, а стало быть, и на магию средства найдутся!
— Тогда выдайте мне формуляры и объясните, как ими пользоваться!
— Ну уж нет! — повар прищурился, осматривая Карину с головы до ног. — Ценные рецепты я ещё буду тратить на какую-то выскочку! Выкручивайся сама как хочешь!
Он схватил стопку формуляров, развернулся и зашагал к выходу, гордо подняв голову. Дверь за ним хлопнула так, что с крючка сорвалась чугунная сковородка.
Карина осталась одна.
Она постояла, глядя на захламлённую кухню, и вдруг почувствовала, как к горлу подкатывает злость. В сердцах она схватила первый попавшийся деревянный половник и с силой метнула его в угол. В ответ из угла кто-то жалобно пискнул.
Карина присмотрелась. За мешком с мукой, втиснувшись между стеной и бочкой с квашеной капустой, сидел парнишка. Тощий, бледный, с большими ушами и глазами цвета мокрой гальки. Ему было лет тринадцать, не больше.
— Ой, прости меня, — пробормотала Карина, усаживаясь рядом. — Я не знала, что тут кто-то прячется…
— Н-ничего страшного, — ответил парнишка, потирая макушку. — Я п-привык уже.
— Как тебя зовут? — спросила Карина, помогая парнишке встать на ноги и искренне надеясь, что заикаться он начал не из-за неё.