Глава 61
Глава 61
Прощание с Агатой мне далось нелегко. Её слёзы обжигали моё сердце, словно к нему прикладывали раскалённое железо. Когда я отвела в сторону рыдающую девушку, ставшую мне близкой подругой, то шепнула ей на ухо, где спрятаны оставшиеся золотые монеты. И попросила, если ей удастся выяснить, где меня захоронят, перевести моё тело к маме. Я умоляла её сделать это, чтобы я моя душа обрела покой. Я не сомневалась, что Аскер казнит меня.
Она лишь сильнее расплакалась, прижав меня к себе так крепко, что мне стало трудно дышать.
Подбежавший к ней её Жан, осторожно оттащил рыдающую девушку от меня. Он был мрачен и сосредоточен. В его глазах промелькнула жалость то ли ко мне, то ли к беременной невесте.
Накинув меховую накидку, я вышла на улицу и подошла к карете.
— Госпожа, вам помочь? — елейным голосом поинтересовался подбежавший королевский посланник.
Я метнула на него испепеляющий взгляд и произнесла:
— Мне уже никто не поможет, — и, подобрав подол платья, забралась внутрь кареты.
Я села на жесткое сиденье и закрыла глаза. Когда мужчины сели напротив, карета дёрнулась и покатилась.
Я думала о маме, об отце, о сестре… Но, когда вспомнила о Теодоре Боварни, сердце сжалось от боли.
Это был единственный мужчина, который честно и открыто говорил о своих намерениях и не причинил мне вреда. Единственный, кто не предал меня.
Он, имея законное право консумировать брак со мной, не воспользовался этим правом. Он, уходя на войну, понимая, что может не вернуться, не применил силу, чтобы разделить со мной ложе…
Только украденные поцелуи… Страстные и чувственные…
Я буквально ощутила их на губах и почувствовала, запах супруга… Такой терпкий…
— О боже… — растерянно пробормотала я, открывая глаза.
Я придвинулась к окну и, сдвинув плотную ткань, выставила своё лицо в открытое окно. Холодные снежинки обжигали кожу, приводя меня в чувство.
— Госпожа, мы можем остановить карету, если вы желаете… — обратился ко мне один из попутчиков.
Я отстранилась от окна и сказала:
— Не надо, — провела по лицу ладонью, убирая растаявшие снежинки, и посмотрела на мужчин. — Скажите, Его Величество, куда велел меня привести?
— Во дворец, — ответил темноволосый мужчина.
— Его не смущает присутствие королевы? — с горечью усмехнулась я.
— Так вы и есть королева… — растерянно пробормотал королевский посланник, вперившись в меня изумлёнными глазами.
Я нахмурилась.
— Вы…? Вы о чём? — я недоумённо тряхнула головой.
Мужчины переглянулись.
Один из них, поддавшись вперёд, начал говорить:
— Вот уже как несколько месяцев, Теодор Боварни правит нашим королевством.
— Что? — выдохнула я.
— Вильям, живя на самом отшибе, откуда она узнает об этом? — и ткнул своего друга локтем в бок.
— О чём я должна ещё знать? — теряя терпение, задала им вопрос.
Мужчины замялись, словно подбирая слова. Тишину нарушал лишь скрип колёс и завывание ветра за окном. Наконец, один из них, тот, что был более словоохотлив, откашлялся и начал свой рассказ.
— После того как войско герцога Боварни расположилось у самой границы, король велел не посылать ему на помощь вояк. — Я нахмурилась, а королевский прислужник продолжил: — чудом уцелевший герцог Боварни вернулся в свой замок.
— Живой… — едва слышно прошептала я.
— И пришёл в бешенство, когда узнал о том, что натворил Аскерлий. Он созвал самых влиятельных господ и объявил, что готов воспользоваться правом, стать королём
Мужчина сделал паузу, оценивая, какое впечатление на меня произвел его рассказ. Затем вздохнул и продолжил:
— К утру у нас был уже новый король.
Спрашивать о судьбе Аскерлия я не стала. Было и так понятно.
— Значит, теперь Боварни король…
— Да! Мудрый и справедливый правитель. Народ его любит. — протараторил прислужник.
— Он лучший король, который когда-либо был в нашем королевстве, — закивал второй.
После непродолжительной паузы произнёс:
— Его Величество никогда о вас не забывал. Он всегда надеялся, что вы живы. Он неустанно продолжал поиски, не жалея ни сил, ни средств.
Я сокрушённо покачала головой.
— Госпожа, Его Величество очень любит вас…
— Достаточно, — я метнула холодный взгляд на говорившего.
— Простите… — промямлил он, опустив глаза.
Теодор любит меня?
Эта мысль одновременно пугала и притягивала меня.
Я вспомнила нашу последнюю встречу. Волевой подбородок, прямой нос, тёмные брови. Седые волосы, обрамляющие лицо. Глаза… в которых я заметила надежду и страсть. Взгляд, тёплый и пронзительный, проникающий в самую душу. Суровый, мужественный воин, привыкший к власти и подчинению.
Тиран, одним словом.
Зябко поёжившись, я плотнее закуталась в меховую накидку и посмотрела в окно. Снег укутывал поля и одинокие деревья в белое безмолвие.
Снежинки, кружась в причудливом танце и подолгу не находя себе место, рано или поздно ложились на землю. Когда же в моей жизни наступит затишье?
Глава 62
Глава 62
Преодолев много миль по неровной дороге, мы подъехали к замку тётушки. Разбушевавшаяся метель, превратила всё вокруг в размытую картину из белого и серого цветов. И лишь каменный замок семейства Блэквуд, словно древний стражник, возвышался над заснеженной землёй.
— Госпожа, карету нужно подлатать, — чуть робея, произнёс мой сопровождающий. — Вы пока велите прислуге приготовить комнату.
— Должен признаться, — вмешался второй мужчина, — мы долго будем разыскивать новый экипаж.
Я слегка поморщилась от холодного воздуха.
— Хорошо, останемся здесь на несколько дней, — согласилась я и направилась к мраморной лестнице.
Уже через пару часов, отужинав скромной трапезой, я сидела в каминном зале и заворожённо смотрела на огонь. Языки пламени плясали в камине, отбрасывая причудливые тени на пол и потолок. Стены, увешанные огромными гобеленами, изображающими сцены охоты и сражений, напоминали о прошлом хозяине.
— Госпожа… — раздалось из-за спины.
Я обернулась. В дверях стояла служанка, совсем юная, не больше шестнадцати лет. Её большие испуганные глаза смотрели на меня с робким любопытством. Присмотревшись, я узнала её.
— Ваши покои на первом этаже готовы, — чуть запинаясь произнесла прислужница, нервно теребя край своего передника. — Мы всё прибрали и разожгли камин.
— Хорошо, — я улыбнулась ей, надеясь рассеять её тревогу.
— И бадью мы наполнили горячей водой.
Я кивнула.
— Если вам что-нибудь потребуется, я буду на кухне, —