Yazoo были классическим примером такого сочетания льда и пламени: душевная соул-чувственность Элисон Мойе (предвосхитившая Джосс Стоун) соседствовала с безупречной бодростью Винса Кларка. Кларк был «мозгом» Depeche Mode — или, по крайней мере, так все думали. Однако, пока он совершал череду «культурных преступлений» под вывесками вроде The Assembly и Erasure, именно Depeche Mode неожиданно выросли в Крупных Художников, оставив позади простенькие песенки вроде «Just Can’t Get Enough» ради музыкально утонченных, политически ангажированных и яростных альбомов «Construction Time Again» и «Some Great Reward». Антимонетаристский хит «Everything Counts» уловил меланхолию момента после переизбрания Тэтчер в 1983 году, в то время как «Master and Servant» объединила навеянную садомазохизмом аллегорию о власти «личное — это политическое» («это очень похоже на жизнь», так что «забудьте о равенстве») с поп-адаптацией индустриального лязга по металлу в духе Einstürzende Neubauten и Test Dept. Но лучшей из всех была пронзительная «Blasphemous Rumours» — насмешка над Всевышним, утверждавшая, что «у Бога больное чувство юмора».
Одной из сквозных тем в «Synth Britannia», которую раз за разом озвучивает Дэниел Миллер, основатель выпускавшего пластинки Depeche Mode лейбла Mute, является мысль о том, что электронная музыка по своей сути чужда британскому духу. Но это заставляет задаться вопросом, почему же именно Великобритания стала ведущей мировой державой синти-попа, а позже, на протяжении всех девяностых, — главной движущей силой в электронной танцевальной музыке? Правда в том, что настоящим оплотом синтифобии были Соединенные Штаты. Но это также означало, что американские изгои могли выразить свою инаковость, отвергая привычный для старшеклассников репертуар вроде Mötley Crüe ради «педрильского» английского электропопа. Культовый статус Depeche Mode в Штатах рос по мере того, как они раскрывались как удивительно драйвовые концертные исполнители в турах по крупным аренам, кульминацией чего стало шоу 1988 года на стадионе «Роуз Боул» в Пасадине, собравшее 70 тысяч зрителей. В Центральной и Восточной Европе они были еще популярнее, а в Германии их культ достиг масштабов «битломании»: там и по сей день проходят тематические Depeche-рейвы, где всю ночь напролет крутят музыку Mode. В Таллине, Эстония, я наткнулся на DM Bar, где предлагают коктейли, названные в честь песен самих Mode и их современников вроде Orchestral Manoeuvres и Visage.
При просмотре «Synth Britannia» замечаешь любопытную вещь: футуристичность этой музыки для нас по большому счету невозвратима именно потому, что мы уже живем в будущем, которое эпоха синти-попа помогла приблизить. Электронное звучание вездесуще до банальности благодаря техно-рейвам девяностых и R&B нулевых, видеоиграм и рингтонам. В начале восьмидесятых слово «электро» означало авангард, будущее-здесь-и-сейчас; сегодня же «электро» отсылает к звукам, которые сотрясали хипстерские бары Хокстона на протяжении всего прошлого десятилетия, а в этом году неожиданно вышли в мейнстрим благодаря La Roux и Lady Gaga — то есть к синтетическому попу, который не является последним словом техники, не использует все возможности современных цифровых технологий и потому выглядит почти так же старомодно, как если бы его сыграли на клавесине.
Теперь, когда эффект футурошока сошел на нет, на первый план выходит именно поп-составляющая синти-попа: прелестные мелодии OMD, щемящая тоска Гэри Ньюмана и Human League. Как ни странно, долговечность этой музыке обеспечило то же самое, что сделало бессмертными The Beatles и продукцию лейбла Motown: мелодия и эмоции.
Guardian, 2009
ИНДАСТРИАЛ-ДЭНС И ЭЛЕКТРОННОЕ БОДИ-МЬЮЗИК
Tyranny for You, новый альбом Front 242, звучит вполне в привычном ключе для этого бельгийского электронного коллектива. В нем присутствуют все их фирменные черты: содрогающиеся, тяжелые, словно стальные балки, биты, сейсмические пульсации секвенсора, помпезные синтезаторные пассажи и властный, скандирующий вокал. Сегодня Front 242 уже не так увлекаются сэмплами, которые раньше разбавляли их техно-мантры (обрывками политических речей, проповедей телеевангелистов или диалогов из трэш-фильмов). Но их аура по-прежнему остается давящей и зловещей.
Однако в случае с Tyranny for You есть одно ключевое отличие: это первый релиз Front 242 на крупном лейбле. После почти десятилетия «тайных операций» в независимом секторе Front 242 подписали контракт с Epic Records и теперь делают ставку на массовую аудиторию. Если раньше они сравнивали себя с террористической группировкой, то теперь рассуждают о том, что «терроризм стремится к тирании».
Никто не может сойтись во мнении, как называть музыку, которую играют Front 242: «индастриал-диско», «дэнскор», «электронное боди-мьюзик» — вот лишь некоторые из названий, от которых сами музыканты чаще открещиваются, нежели признают свою принадлежность к ним. Но после десяти лет в качестве саундтрека к растущей культовой сцене этот звук, возможно, стоит на пороге выхода из андеграунда. Недавний мрачный поворот в мировых событиях может даже способствовать этому: завсегдатаи клубов устают от нью-эйджевого «позитива» современной танцевальной музыки и обращаются к чему-то более созвучному хаосу эпохи. Индастриал-диско — музыка танцевальная, но в ней нет фанка, и она не соответствует представлениям большинства людей о «веселье». Если диско — это эскапизм, то индастриал-диско — это «безвыходность». Черпая вдохновение в медийных образах конфликтов и катастроф, эта музыка не столько фиксирует, сколько усиливает напряжение и хаос внешнего мира.
Международная сеть продюсеров и потребителей этой музыки простирается от Югославии до Бельгии, Великобритании, Канады и США. Однако на рынке доминирует триумвират звукозаписывающих компаний. Прежде всего это чикагский лейбл Wax Trax!, чей каталог включает релизы Revolting Cocks, My Life with the Thrill Kill Kult, KMFDM и Front Line Assembly. Публичный имидж Wax Trax! стал прочно ассоциироваться с одиозной фигурой Эла Йоргенсена, которого в его тридцать один год окрестили «самым высокооплачиваемым малолетним преступником в мире». Йоргенсен — ключевая фигура индустриальной супергруппы Revolting Cocks, а также лидер собственной группы Ministry. Далее идет бельгийский лейбл Play It Again, Sam, ставший пионером «электронного боди-мьюзик» благодаря таким группам, как Front 242, à;GRUMH, Borghesia и The Young Gods. Наконец, есть базирующийся в Ванкувере лейбл Nettwerk, в чьем каталоге значатся Skinny Puppy, Severed Heads, Consolidated и SPK. Эти три лейбла находятся в дружеском союзе, часто лицензируя релизы друг друга на своих территориях, в то время как участники их