— Подождите, — я поднял руку, останавливая Романа и Катарину, чьи клинки уже начали выстраиваться в атакующую формацию. — Не нападайте, дайте мне минуту.
Я смотрел на духа Роланда и вспоминал «Песнь», которую читал в прошлой жизни от скуки, листая книги в разрушенной библиотеке, когда прятался от разведывательной группы Левиафана.
Роланд отказался трубить в Олифант. Его друг Оливье умолял его, трижды просил, и трижды Роланд отказывал. Гордость не позволяла ему признать поражение, и он предпочёл смерть просьбе о помощи.
Сценарий хотел жертвоприношения, хотел, чтобы кто-то повторил ошибку Роланда, дрался до конца и погиб.
Но «Песнь о Роланде» — история не о героизме, а о гордости, которая убивает. И если Искажение воспроизводит миф, оно воспроизводит его целиком, включая мораль.
— Рома, — я повернулся к нему. — Подойди к обелиску и возьми рог.
— Что?
— Олифант. Возьми его и труби.
Роман вытаращился на меня, но я не дал ему возразить.
— Сценарий говорит, что нужно «принять последний бой Роланда». Все считают, что это значит «драться и умереть», но последний поступок Роланда, самый последний, это не бой. Это признание. Он протрубил в рог. Слишком поздно, но протрубил. Он попросил о помощи.
Катарина чуть наклонила голову, и в её серых глазах мелькнул интерес.
— Вы хотите не повторить подвиг, а исправить его, — сказала она.
— Именно. Роланд погиб из-за гордости, и если сценарий воспроизводит миф, то правильное решение, которого не было в оригинале, это попросить о помощи вовремя. Не после того как все погибли, а до.
— А если вы ошибаетесь?
— Тогда будет весело.
Дух Роланда стоял неподвижно, ожидая, белое пламя в его глазах пульсировало, Дюрандаль сиял ровным светом.
— Рома, — повторил я. — Иди.
Роман посмотрел на духа, на обелиск, потом на меня, скользнул глазами по Катарине и тут же отвёл взгляд, покраснев до ушей. Расправил плечи, выдохнул.
— Ладно. Если что, барьер удержит.
Он пошёл к обелиску, и дух Роланда повернул голову, следя за ним. Дюрандаль в призрачной руке дрогнул, но паладин не атаковал.
Роман дошёл до подножия камня, вытянул руку и снял рог с вершины. Олифант оказался тяжёлым, его резная поверхность отливала тёплой желтизной в последних лучах солнца.
Роман посмотрел на меня, я кивнул, и он поднёс рог к губам и протрубил.
Звук был низким и густым, он заполнил ущелье до краёв, отразился от скал, ушёл в небо и покатился по горам. Это был не боевой сигнал и не призыв к атаке, а зов о помощи, честный, без стыда и ложной гордости.
Дух Роланда замер, и белое пламя в его глазах затрепетало. Дюрандаль опустился, кончик клинка коснулся камня, паладин стоял, слушая звук рога, и его лицо менялось, ярость уходила, уступая покою.
Перевал задрожал, скалы загудели, и из воздуха, словно ответ на зов, начали проступать призрачные фигуры. Всадники на белых конях, с синими плащами и серебряными щитами, армия Карла Великого, та, что в мифе пришла слишком поздно. Они шли через перевал, сотни призраков в сверкающих доспехах, и передний всадник, огромный бородатый мужчина в золотой короне, остановился перед духом Роланда.
Карл Великий спешился, подошёл к своему паладину и положил руку ему на плечо, а Роланд опустился на одно колено, белое пламя в его глазах погасло, и на мгновение он выглядел просто усталым молодым человеком, наконец-то позволившим себе принять помощь, а перед моими глазами вспыхнули строки.
[Основной Сценарий: «Песнь о Роланде» — перезаписан]
[Условие жертвоприношения выполнено. Гордость была отринута. Помощь призвана вовремя.]
[Рог Олифант принят. Арьергард спасён.]
[Награда: Дюрандаль, Нерушимый Клинок]
Что ж, это было не так сложно, хотя… если не додуматься и сразиться с Роландом, то это та битва которую попросту невозможно выиграть. А умереть ради исполнения сценария… такой себе исход.
Дух Роланда поднялся, перехватил Дюрандаль за лезвие и протянул мне рукоятью вперёд. Его губы двинулись, и тихий голос, едва различимый среди горного ветра, прошелестел над камнями перевала.
— Мой меч ждал того, кто мудрее меня. Забирай. Пусть он служит тому, кто умеет просить о помощи.
Я принял клинок, и тёплая рукоять легла в ладонь, живая, вибрирующая, словно внутри Дюрандаля билось второе сердце. Око развернуло информацию.
[Дюрандаль]
[Ранг: S]
[Один из Семи Легендарных Клинков]
[Описание: Нерушимый меч Роланда. Клинок, который невозможно сломать, согнуть или разрушить любой известной силой. В рукояти заключены четыре священные реликвии.]
[Совместимость с «Грань Равновесия»: подтверждена]
Дух Роланда и армия Карла растворились в золотистом свете, обелиск ушёл в землю, скалы расступились, и вечернее солнце хлынуло на перевал.
[Искажение «Ронсевальское ущелье» — стабилизировано]
[Дестабилизация остановлена. Якорная точка укреплена.]
— Ну, — сказал Роман, опуская Олифант, — я рад, что ты читал книжки.
Я вызвал Арсенал, воздух передо мной задрожал, и Дюрандаль завис рядом с Гранью Равновесия. Нерушимый белый клинок и чёрный меч с белой жилой, испещрённый молниевыми прожилками после слияния с Кусанаги и Кладенцом, они вращались медленно, притягиваясь друг к другу, и Око уже выводило подтверждение совместимости.
[Обнаружена совместимость компонентов]
[«Грань Равновесия» (S-ранг, потенциал роста) может поглотить «Дюрандаль» (S-ранг)]
[Результат: усиление базовых характеристик, получение нового навыка]
[Предупреждение: процесс необратим]
Я подтвердил команду, мечи столкнулись, и ослепительная белая вспышка прокатилась по перевалу волной жара. Роман отступил на шаг, прикрывая лицо рукой, а Катарина осталась неподвижной, только клинки за её спиной зазвенели от резонанса.
Когда свет угас, в воздухе парил обновлённый меч. Лезвие Грани стало плотнее, с матовым блеском нерушимого металла, чёрная сталь обрела глубину, а белая жила в центре расширилась, превратившись в полосу сияющего света с прожилками, в которых угадывались молнии от Кусанаги и славянские руны от Кладенца. Крестообразная гарда несла инкрустации, похожие на реликвии из рукояти Дюрандаля.
[Слияние завершено]
[«Грань Равновесия» усилена]
[Ранг: S (потенциал роста)]
[Новый навык получен: «Нерушимая Воля»]
[Описание: Активация мысленной командой. На 60 секунд клинок и владелец становятся абсолютно неуязвимы к разрушающему воздействию. Любая сила, направленная на уничтожение меча или тела владельца, поглощается и конвертируется в энергию контратаки. Откат: 24 часа]
[Дополнительный эффект: Клинок теперь несёт благословение четырёх святых. Владелец получает сопротивление к проклятиям, некромантии и магии тьмы.]
Четыре клинка из семи, половина пути с хвостиком. Я убрал Грань в Арсенал и повернулся