— Вы не оставляете мне выбора, — Эраст поднялся со стула и подошел к ней. — Я могу взломать ваш тайник магией. Но я должен предупредить: если что-то пойдет не так, кристалл, в котором хранится лицо Лады, разобьется. И она навсегда останется такой, какой вы ее сделали.
— Что ж, — Анисья усмехнулась. — Мне все равно нет дела до внешности этой выскочки. Так что рискуйте.
— Уведите ее, — сказал Родион стражникам.
Когда Анисью увезли, Карина повернулась к Эрасту.
— Делайте, — сказала она. — Я готова.
— Мы начнем через два дня, в ночь полнолуния, — сказал Эраст. — Но для этого мне нужно собрать несколько редких трав. Они растут только в старом лесу, за рекой.
— Я сама их соберу, — сказала Карина. — Мне нужно проветриться.
— Это опасно, — предупредил Эраст.
— Все, что я делаю сейчас, опасно, — ответила Карина. — Но я не боюсь.
— Хорошо, — согласился Эраст. — Но возьмите с собой кого-нибудь еще. На всякий случай.
— Я возьму Родиона, — сказала Карина. — Думаю, нам будет полезно прогуляться вдвоем.
Она вышла из комнаты, чувствуя спиной взгляд старого мага.
Глава 18
Старый лес
Карина проснулась затемно, когда за окном только начинало сереть. Тихон уже сидел на подоконнике и смотрел на неё с таким видом, будто ждал этого момента всю ночь. Кот явно знал, что сегодня они идут в лес, и не собирался оставаться в замке.
Она тихо оделась, накинула плащ, взяла корзину для трав, нож, тряпичные мешочки и флягу с водой. Всё это она приготовила с вечера, чтобы не суетиться утром. На кухне было тихо, даже поросёнок ещё спал, свернувшись калачиком на своей новой лежанке, которую Фомка соорудил ему из старых мешков.
У выхода её ждал Родион. Он сидел на коне, высокий, прямой, в тёмно-зелёном плаще, и смотрел на неё.
— Ты выспалась? — спросил он, протягивая руку, чтобы помочь забраться в седло.
— Не очень, — честно ответила Карина. — Волнуюсь что-то.
— Я тоже.
Она устроилась впереди него, Тихон запрыгнул на круп лошади и уселся с гордым видом.
— Не боишься, что сбежит? — спросил Родион.
— Кот? Он умнее нас всех, — ответила Карина с улыбкой.
Лошадь пошла шагом, и замок остался позади. Утренний воздух был прозрачным и холодным, от росы на траве поднимался лёгкий пар. Где-то вдалеке кричал петух, и ему вторила собака.
— Помнишь, как мы познакомились? — спросил Родион, когда они выехали на проселочную дорогу.
— Я помню ярмарку, — сказала Карина задумчиво. — Ты вроде покупал яблоки для детей прислуги, а я тогда торговала травами.
— Я тогда посмотрел на тебя и влюбился с первого взгляда.
Карина усмехнулась, откинула голову назад и почувствовала, как он обнял её покрепче.
— А помнишь, как мы прятались от дождя в старой беседке? — спросил Родион.
— Помню. Ты тогда поцеловал меня впервые.
Поле закончилось, и перед ними возникли огромные древние деревья. Их кроны смыкались над головами, пропуская лишь редкие лучи солнечного света. Птиц почти не было слышно, только дятел где-то далеко выстукивал свою бесконечную дробь.
Родион спешился, привязал лошадь к дереву и помог Карине спуститься.
— Ты помнишь это место? — спросил он.
— Помню, — Карина огляделась и вдруг улыбнулась. — Вон там, за теми кустами, мы прятались, когда ты сбежал от своей матери. Ты сказал, что если она нас найдет, то заставит тебя жениться на племяннице какого-то там герцога.
— Я боялся не её, — сказал Родион. — Я боялся, что ты передумаешь и уйдёшь.
— Но ведь не передумала.
Тихон спрыгнул с лошади и, задрав хвост, важно потрусил вперед, показывая дорогу. Карина достала список, который дал ей Эраст, и начала водить пальцем по строчкам.
— Лунник, медвежья лапа, слеза кукушки, — прочитала она вслух. — Эраст сказал, что они растут у старого ручья, где когда-то была лесная тропа.
— Я знаю это место, — сказал Родион. — Там была беседка. Помнишь?
— Помню.
Они пошли по тропе, едва заметной среди мха и палой листвы. Карина то и дело наклонялась, срывая то одно растение, то другое, а Тихон трусил рядом и внимательно следил за её руками.
— А где медвежья лапа? — спросил Родион через некоторое время, путаясь в высокой траве.
— Ты на неё смотришь, — усмехнулась Карина. — Вон тот куст с широкими листьями.
В этот момент в кустах что-то зашуршало. Тихон выгнул спину дугой и зашипел.
— Кто там? — крикнул Родион, выходя вперед и пряча за спиной Карину.
Из кустов вышла… коза. Черная, рогатая, с желтыми злыми глазами. Карина сразу её узнала — именно эта коза жила у травницы.
— Твою ж дивизию, — выдохнула Карина. — Что она здесь делает?
Коза посмотрела на них, наклонила голову, будто решая, стоит ли бодаться или развернуться и уйти. Тихон зашипел громче, но подходить не решался — коза была больше него раза в три и явно его не боялась. В итоге животное издало протяжное «меее» и скрылось в кустах.
— Ты знаешь эту козу? — удивился Родион.
— Долгая история, — отмахнулась Карина. — Потом расскажу.
Они ещё час бродили по лесу, собирая растения. Карина то и дело останавливалась, вглядывалась в знакомые места и вдруг начинала улыбаться — сама не зная чему. Родион молчал, не мешал, только иногда брал её за руку, когда тропа становилась узкой и скользкой.
К трём часам дня всё было собрано.
— Ну что, вроде бы всё собрали, — сказала Карина, завязывая последний мешочек.
Они поехали обратно в замок, и всю дорогу Родион не отпускал её руки.
Вечером, когда солнце уже село и луна только начинала подниматься над крышами замка, Карина осторожно постучала в комнату Родиона.
— Ты не спишь? — спросила она.
— Не могу уснуть, — ответил он, сидя на кровати и смотря в окно. — Думаю о завтрашнем дне.
Она подошла к нему и села рядом.
— Поговорим о твоей матери? — спросила Карина. — Боюсь, эта женщина нас не оставит в покое.
— Я хочу сослать её, — сказал Родион задумчиво. — Подальше от замка, чтобы она больше никогда не вмешивалась