— Бóльшую часть пути до поместья мы проедем в карете, потом переоденемся, загримируемся под крестьян, ищущих работу и с обозом проделаем остаток пути. Я полагаю, что поместье Габби весьма обширное, и там всегда нужны рабочие руки. — Берд посмотрел на руки девушек и продолжил.
— У вас будет шанс устроиться на кухню или ухаживать за садом, а я пойду в скотники. Таким образом у нас будет и приют и еда. Но самое главное — у слуг есть глаза и уши и они прекрасно осведомлены о хозяйских делах. Постепенно мы узнаем правду о причинах смерти родных Габби, и… — Он немного замялся.
— И будем решать что делать с опекуном. Я почти уверен, что он замешан в этом деле.
— А после поедем в столицу. Возможно зимой, а может и следующим летом. Чем дольше времени мы проведём в поместье, тем лучше. Как вам мой план? — Берд высказался и предоставил подругам возможность обсуждения.
— Габби наверняка все в поместье знают в лицо. Как она там появится в роли прислуги? — Эмма начала придирчиво искать слабые моменты в плане Берда.
— За это не волнуйтесь, у меня есть выжимка из корня дурного дерева. Добавить каплю в воду и умыться, после чего кожа приобретает болезненный зеленоватый оттенок. А волосам она придает серый оттенок. Прибавить к этому худощавость Габби, и все ее сочтут за больную.
— Ну допустим, а Вы? У Вас же работа? Как Вы сможете на полгода, а то и год ее оставить?
— С этим тоже не сложно. Я работаю в разных городах, не только в столице. Нигде не живу подолгу, семьи или друзей нет. Меня никто не хватится. Все будут думать, что я в другом городе или стране. А что касается денег, у меня их предостаточно заработано.
— А почему Вы нам помогаете? — Эмма задавалась этим вопросом всерьез и не находила ответы.
— Скажем так, я решил впервые в жизни сделать добрый поступок. До встречи с вами, я много чего делал. И поверьте, дела мои были нехорошими. Сейчас я оглянулся на свою жизнь, и … ну нет в ней ни одного доброго дела, поэтому, чтобы уравновесить чашу весов, я и вздумал вам помочь. — Затем Берд тяжело вздохнул.
— Но должен предупредить, что если мы окажемся в смертельной ловушке, я с лёгкостью вас выдам преследователям. Уж простите, муки совести мне не ведомы, а своя жизнь дороже ваших двух.
— Спасибо за честность! — Только и смогла ответить Эмма, а Габби начала хлюпать носом.
Затем девушки уточняли детали и в конечном итоге согласились с планом Берда.
Договорились, что поживут в Груме еще два дня, Берду нужно закупить все необходимое, и они поедут в поместье Габби. А через день Берд вернулся в плохом настроении.
— Вас ищут с новыми силами. В Вайси приехал представить “Клана шести”, бургомистр поднял в ружье всех. Они прочесывают каждый дом и угол, и вскоре их поиски расширятся. Но, есть и хорошая новость! Значит тот, в таверне был опекуном, и сейчас мы знаем как он выглядит.
— Интересно, они объединят свои усилия? — Задала очень правильный вопрос Эмма. А Берд неожиданно даже восхитился ее смекалкой.
— Мы с вами завтра переедем в другое место, и я отправлю Рабана в Вайси узнать подробнее. Хорошо бы самому съездить, но не хочу оставлять вас одних.
Оставшись одни подруги ещё раз обсудили новости. Если опекун с представителем “Клана шести” объединятся, значит они заодно, и может быть его и нанял клан, чтобы устранить семью Габби.
А вот если каждый продолжит поиски порознь… значит у каждого свои цели. И второй вариант понравился подругам больше. Хорошо бы стравить их между собой… чтобы они отвлеклись от поисков Габби и перекинулись на взаимоуничтожение. Вот только нужно точно знать, что они не в сговоре… а потом, можно и письмецо подкинуть? Почерк Габби, наверняка им знаком? Вот она и напишет, а как передать, Берд придумает.
Вечером третьего дня поисков, бургомистр Хейден желал только одного — смерти графёнка. Этот молодой избалованный ребенок, утром и вечером вызывал Хейдена и справлялся о результатах поиска графини. Он требовал их усилить, и намекал на неприятности, в случае отсутствия результатов в ближайшее время.
А ещё два назад из столицы прибыл целый кортеж, для помощи в розыске. Они все тоже поселились в доме бургомистра, и их приходилось поить и изысканно кормить три раза в день. А ещё королевских гвардейцев, из сопровождения, слуг, коней. Ни о какой оплате проживания, речи не шло и бургомистр плакал кровавыми слезами, выдавая очередную сумму денег на покупку мяса и изысканных вин.
Но самым ужасным было то, что никто не мог напасть на след графини. Вот как сквозь землю провалилась. Бургомистр пробовал намекнуть графёнку, что она возможно уехала дальше, в столицу, но тот только отмахнулся:
— Везде ищут. — Бургомистр понял, что этот план не сработал и начал выдумывать следующий.
А может она утонула по дороге, или попалась в лапы разбойникам? Но эти свои соображения он боялся озвучить вслух. Бургомистр даже думать боялся о том, сколько продлятся поиски и чем они закончатся, в первую очередь для него.
Молодой граф Лабберт Берид скучал. Ему было тяжело думать, и хотелось вернуться в свою прежнюю жизнь, полную обожания, балов и красивых девушек. Он по примеру отца два раза в день вызывал бургомистра, чтобы заставить работать, но ничего не помогало.
Отец прислал своих доверенных людей, обученных для сыска, но вернуться в столицу не предложил, хотя Лабберт уже был готов плюнуть на неудачу и вернуться. Пусть другие занимаются, а он — молодец! Всех организовал и может дождаться ответа в столице.
Глава 15
На следующий день, сразу после завтрака, на Габби повязали повязку, а Эмму опять испачкали углем. В таком виде девушки дошли до кареты и двинулись в путь.
— Габби, снимайте повязку, будем менять вашу с Эммой внешность. — В карете скомандовал Берд. После этого достал какой-то пузырёк с сомнительным содержимым и палочку. Обмотал палочку куском тряпки и макнув в пузырёк весело произнес:
— Сейчас мы будем изображать у всех нас болезнь. — После чего начал аккуратно ставить точки на лице вначале Габби, а затем