— Заткнись! — рычу я, отцепляя от себя ее руки.
— Не любит она тебя, и ты ее не любишь!
— Закрой свою пасть.
— Я умру без тебя, Марат! На тот свет отправлюсь. Не жалко?
Плевать.
— Нет, — отвечаю ей и хватаю за плечи. — Откуда ты знаешь, что Ангелина беременна? Отвечай.
До меня, наконец, что-то начинает доходить. Ангелину похитили, а эта знает о беременности и почему-то говорит такие ужасные слова, что она умрет…
— Я… — хрипит она, и я сильнее сжимаю руки, чтобы сделать ей больно.
Если будет необходимо, то пытать начну.
— Говори, дрянь! Ты знаешь, где она?
По глазам ее вижу, что знает.
— Она у Петра. Он ее к себе забрал, сказал, что денег хочет с тебя получить за ребёнка.
Пётр. Какой ещё Пётр?
Так, стоп. Это не тот ли мужик, который все интересовался у меня, когда я, наконец, попользуюсь Ангелиной? Других я и не знаю.
— Не понимаю, ей же рожать только через пару месяцев…
— Он собирается потребовать выкуп за ребёнка, а от неё избавится, — сообщает мне шокирующую новость. — Ты не должен был про него знать. Он меня убьёт.
Я не бью слабых. Тем более, не трогаю женщин, но сейчас просто не сдерживаюсь и толкаю ее так сильно, что она падает прямо в грязь. Там ей и место.
— И правильно сделает, если сам выживет. Чтобы я больше тебя здесь не видел!
Плюю около ее ног и сажусь обратно в машину, чтобы поехать к Петру, который, видимо, где-то заимел запасную жизнь.
Он точно бессмертный, если думал, что я ничего не узнаю. Я честно всегда держал в голове, что он ещё может подгадить, был начеку. Уж слишком сильно моя женщина ему пригляделась, а мужики бывают из-за таких с ума сходят.
Я в их числе.
Глава 22
Найти, где обитает этот урод, не составляет никакого труда.
Мне так же приходится позвонить старому знакомому, Руслану, который не брезгует кровавыми делами. Мужик сейчас занимает высокий пост и, если что, сможет все за нами подчистить. Так же он берет пару своих ребят, чтобы мы смогли без проблем проникнуть в дом.
Парни выбивают окна, и мы быстро оказываемся внутри огромного особняка. Одна из испуганных служанок говорит нам, что ее хозяин плещется в бассейне и показывает нам, где он находится.
Жирный урод валяется на лежанке, потягивая сигару, а рядом с ним развлекаются две девушки, которые сразу начинают визжать, когда мы толпой заходим в помещение.
— Надеюсь, мы не помешали? — спрашиваю я, кидая взгляд на одного единственного охранника, который не успеет даже пистолет достать, потому что ребята уже держат его и хозяина на макушке.
— Абдулаев! — удивляется он и резко поднимается с лежанки. — Какая неожиданная встреча. Почему без стука?
Чувствую его страх. По глазам вижу, что он знает, что с ним я сделаю.
Обещал себе, что больше никогда ничью жизнь отнимать не стану.
— Где моя женщина, — выдыхаю я.
— Какая? У меня только эти две, хочешь, выбирай любую… — пытается он отшутиться, завязывая пояс на халате.
— Не глупи, я сейчас не в том настроении, — произношу предупреждающе.
— Да ладно тебе, друг, — подаёт голос Руслан. — Пусть побрыкается, давненько я не пользовался своим ножом. Оставь это на меня.
Смотрю на старого друга и вижу в его взгляде желание убивать. Он ещё более отбитый, чем я, однако в тюрьму не попадал.
Руслан, не дожидаясь моего ответа, достает тот самый нож, о котором говорил, и идёт прямо на Петра.
— Эй, вы что творите?! — сразу взвизгивает ублюдок. — Я полицию вызову!
Руслан же оставляет на его щеке глубокий порез.
— Я и есть закон. Он есть закон. А ты жирная свинья. Похрюкаешь для меня? Ребят, этого на колени! — указывает он на бледного охранника, который даже не рыпается.
— Руслан, оставь это на потом, — говорю товарищу, видя, что тот уже готов к настоящей резне. — Где Ангелина?!
— Не трогайте меня! В подвале она! Живая и невредимая! Охранник вас отведёт!
Два пацана забирают охранника, а я решаю, что должен принять решение — оставлять его в живых или нет.
Я должен это сделать сам. Рус уже хорошо помог, запугивать людей он мастер.
Подхожу к Петру, который сам опустился передо мной на колени и не могу сдержать своего гнева, который льётся через край.
Одно радует — она здесь. Она теперь в безопасности.
— Ублюдок, денег с меня хотел поиметь? — спрашиваю я, доставая из кошелька крупные купюры, открываю ему рот и глубоко их засовываю. — Держи, сука. Подавись ими. Жуй и глотай. А может, мне их тебе в брюхо затолкать?
Завожусь, продолжая впихивать в него купюру за купюрой. Он считает себя крытым бизнесменом. Одно дело, если бы он за Ангелину потребовал выкуп, другое, он собирался от неё избавиться.
В нашем мире женщин, стариков и инвалидов трогать нельзя. За такое жестко карают. Видимо, мне придётся вновь стать палачом.
— Марат! — слышу я знакомый голосок и поворачиваюсь, чтобы убедиться, что с моей девочкой все в порядке.
Она жива. Невредима. Живот на месте. Это самое главное.
— Владимир, выведи ее, я ещё не закончил, — отдаю приказ.
Только вот Ангелина не собирается уходить, она ловко уворачивается от Владимира и подбегает ко мне, смотря то на меня, то на Петра в ужасе.
— Марат, не нужно, пожалуйста! Не делай этого, не убивай! — кричит она, схватившись за мои руки. — Видишь, со мной все хорошо! Прошу! Ради меня!
Она долго выпрашивает оставить этого урода, ее просто невозможно от себя оторвать. Я боюсь, что может перенервничать, и это скажется на ее здоровье.
— Блять! — ругаюсь я.
— Умоляю! Я пойду к тебе навстречу! Только не бери ещё один грех на душу! У нас ребёнок будет, прошу, смилуйся!
Не могу смотреть в ее такие светлые, мокрые глаза. Не могу ей отказать. Она может мне этого не простить, а между нами итак много лишнего дерьма.
— Чтобы на нем живого места не осталось, — говорю я при ней Руслану. — Но не убивай.
— Как скажешь. Ну, что, повеселимся?
— Не на что тебе смотреть, — говорю я, взяв девушку за руку, и веду на выход. — Поехали, я отвезу тебя домой.
И только в машине я, наконец, могу ее крепко обнять и расслабиться.
Я мог ее потерять. Это самое ужасное, чтобы могло со мной произойти.
— Я так испугалась! Что ты снова