Я вышел из ограды монастыря, зашел за угол и перенесся к церкви. Тут было все по-старому. Людских следов не наблюдалось, в палатку ни кто не лазил. Поднялся к церкви, заглянул внутрь. Написанная на штукатурке икона святого в полуденных лучах солнца выглядела как новая. Краски блистали свежестью. В штукатурке небыло ни одной, даже маленькой, трещинки. Странно это! Выйдя из церкви, подошел к камню. Вгляделся в его полированную поверхность, но кроме своего силуэта ничего не увидел. В кармане нащупал монету. Щелчком подбросил ее в воздух, поймал и положил на камень. Монета медленно растворилась. В воздухе или камне, я не понял. В моей голове возник голос:
– Чего просишь, смертный?
– Ты кто?
– Перун. Мой камень ты первым нашел и на свет вынес. Потому помогаю тебе. Вот только не пойму, для чего ты капище чужого бога восстановить хочешь?
– Не прав ты, Великий Перун, уже не чужой для русских людей этот бог. Больше тысячи лет молится ему и стар, и млад. С его именем на устах шли русичи на смертный бой с иноверцами и чужеземцами. Нельзя Христа отвергать. К тому же вы с ним на этом холме не одно столетие соседствуете и не ссоритесь.
– Нам закрыли дорогу в Явь и заперли в Нави и Прави с его помощью!
– Ты это точно знаешь?
Перун промолчал, только засопел возмущенно.
– Молчишь? А вот я точно знаю, что появление Христа и церквей христианских на земле Русской не заставило славян моментально забыть вас, Древних Богов. Официально Русь стала христианским государством, но в умах и душах людей, в их образе жизни, привычках, традициях продолжали доминировать ваши образы. Молясь на иконы новых Святых, люди наделяли их силой, способностями и возможностями вашими. Тотемы ваши были сброшены со священных холмов, но ваши образы из сознанья людского выбиты не были! Народ вас помнит и любит. И что из того, что теперь ты, Великий Перун, носишь христианское имя Илья-пророк? Твое новое изображение – на стене этой церкви. Можешь полюбоваться. Тем более, что здесь я нашел один алтарь, а ты подтвердил, что он твой. Остальные тоже здесь.
Перун слушал меня не перебивая. Я замолчал, высказав свою мысль.
– Так ты считаешь, что благодаря памяти людской мы сохранились в умах и сердцах народа Яви?
– Да, Могучий, это так. Вас свергли правители земель Русов. Но не сами Русы. Так что путь в Явь вам ни кто не перекрывал. Вы сами, обидевшись на людей, попытались отгородиться от них. Но, как видишь, не получилось.
– Я понял тебя, смертный. Восстанови эту церковь, отыщи наши алтари. Создай объединенное капище. А мы тебе поможем. И без награды не оставим.
Призрачный образ над жертвенником рассеялся.
Через неделю возле разрушенной церкви кипела работа. Три десятка монахов и послушников, а с ними несчитанное число верующих с большим энтузиазмом взялись за работу. Холм был срыт почти на метр. Обнажились цоколи церкви и звонницы, выложенные из блоков серого гранита. Нашлись и 11 языческих жертвенника. Руководивший ремонтом отец Михаил Усольский, посланный настоятелем Святогорского монастыря епископом Еврастием для совершения подвига восстановления православной реликвии, не знал, что делать с этими пятиугольными камнями. Многие из работавших на холме смотрели на них с интересом. А некоторые – со страхом и настороженностью. Уж больно камни были необычными: верхняя сторона каждого, отшлифованная непонятным способом до зеркального блеска, завораживала, манила и тянула в свою черную глубину. Отцу Михаилу пришлось провести обряд очищения камней, после чего страх в людях если не исчез совершенно, то уменьшился до мизерного значения. По его просьбе я объяснил людям, что каждый из двенадцати камней посвящен определенному христианскому святому, мужчине или женщине. А чтобы люди знали, какому конкретно, возле камней будут установлены иконы.
На восстановление церкви и установку вокруг нее камней ушло всего три месяца. На освящение вновь обретенного храма приехал сам Патриарх. Я передал остатки клада священнослужителям, за что был удостоен благословения. И никому не было дела до того, что я не крещен! Решили, что если я добровольно сделал доброе для веры дело, то и без таинства крещения уже нахожусь в лоне церкви христианской. Следует отметить, что часть найденной мною утвари осталось в восстановленной церкви.
А потом начались чудеса, и не только исцеления от хворей. Но это уже без меня. Я был перенесен в Правь и предстал пред грозные очи Древних Богов. Вот только смотрели они на меня совсем не грозно.
– Ты справился с заданием, смертный, – произнес Велес и посмотрел на стоявшую рядом с ним Бурю – Ягу, жену свою. Та улыбнулась и произнесла:
– Отныне ты становишься бессмертным. И только ты волен в своей смерти. Рад ты нашему подарку или не рад, воспримешь его как благость или проклятье – нам без разницы. Мы одарили тебя по своему усмотрению.
– Я тоже делаю тебе, бессмертный человек, свой подарок, – произнес Перун. – Стать полноценным волхвом у тебя не получится. Да и не надо. Скоро с этой работой будут справляться священники возрожденной тобой церкви-капища. Мы их этому потихоньку научим. Ты же станешь Берендеем – человеком-
оборотнем, способным оборачиваться в огромного бурого медведя, обладающего неимоверной силой. Станешь колдуном-чародеем. Будешь жить в лесу на берегу реки или озера в построенном своими руками тереме. С врагами ты справишься играючи. В этом тебе поможет твоя неодолимая сила и могущество. Воспользуйся ей, выгони из здешней тайги чужеродных захватчиков, наведи порядок. Помоги людям вновь обрести разумность в отношениях с природой.
– Нет, что вы! Не хочу я быть оборотнем, даже бессмертным! Зачем мне это?
Я серьезно перепугался такой перспективе. Сотни лет в тайге, без общества людского? Подслушав мои мысли, Буря-Яга, улыбнувшись, произнесла:
– Ты можешь выбрать себе спутника или спутницу и посвятить его – ее в свою тайну. Можешь допустить к самым сокровенным секретам. Но только с одним условием: этот человек должен остаться с тобой, найти в тебе свою судьбу и стать так же Берендеем или Берендеей. Тебе не обязательно круглый год жить в лесу. Живи в людском поселке, рядом с ним, чтобы не терять магическую связь. И еще. Не противься нашей воле, и мы будем помогать тебе. Ну, и последнее: мы не можем забрать то, что подарили. Мы так решили. Нам, Богам, виднее, как использовать того или иного человека.
Древние Боги медленно растворились в напоенным таежными запахами воздухе. Я же обнаружил себя