— Всем оставаться на местах, — звонкий голос Айрин эхом прокатился по сводам дворца.
Принцесса заступила дорогу стражникам.
— Мимо меня не пройдете, — твердо предупредила она. — Я не позволю забрать деньги, полагающиеся мне по праву. Что будете делать? Драться со мной? Тогда напомню, поднимать руку на наследницу Престола, преступление, за которое всех вас отправят на плаху! И никакая леди-регент вас не спасет.
Стражники заколебались, остановились, опустили алебарды вниз.
— Да не трогайте вы её, просто отберите деньги, — продолжал брызгать слюнями Брас. — И всё! Что тут сложного, я не понимаю!
— Только попробуйте, — фыркнула принцесса. — Я буду сопротивляться. Вы не имеете права даже дотронуться до меня, не говоря уже о том, что любая царапинка и синячок, послужат основанием, чтобы повесить всех вас скопом, даже особенно не разбираясь, кто это сделал. У меня есть ногти и каблуки, и в отличие от вас я могу ими свободно пользоваться. Например, выколоть особенно упорному отбирателю денег глазик. И буду в своем праве, поскольку защищалась от грабителей, желающих отобрать моё золото.
— А если кто-то всё же решится дотронуться до Его Королевского Величества, даже мгновение не проживет, — раздался знакомый баритон. — Испепелю!
Айрин обернулась. Из своих покоев вышел Гринвельд. Руки мага окутало сиреневое сияние, между пальцами сверкали и рассыпались ворохом ослепительные белые искры. Седые брови зло насуплены, губы сжаты в узкую полоску, лицо мрачно, в глазах сверкает бешенство — все подчеркивало серьезность намерений. Даже седая борода воинственно встопорщилась.
— Ты понимаешь, что идешь против леди-регента? — прошипел Брас.
— Я понимаю, что поддерживаю законную наследницу Престола, помогаю ей спасти свои деньги от грабителей в кирасах, — спокойно ответил старик. — Вести дискуссию не намерен, и уже начинаю терять терпение.
Между ладонями мага ослепительно сверкнула белоснежная вспышка, стражники испуганно попятились назад.
Брас судорожно сглотнул.
— Я доложу о твоем поведении леди Ланете, — охрипшим голосом предупредил он.
— Докладывай, — усмехнулся старик.
— Уходим, — скомандовал толстяк. Стражники двинулись вниз по лестнице, опасливо поглядывая на хмурого мага.
Глава 16
Макс-Стэн. Окончание побоища на рынке. Имрион обследует ученика. Стэн выбирает оружие
В самом начале побоища мелкий пацан моментально исчез, скрывшись за воротами рынка. Когда воин с кровавыми глазами, минуту назад бывший Стэном, расправился с последним противником, он поочередно стащил все четыре бездыханные тушки в одну кучу, похлопал себя по штанам, явно что-то ища, заглянул в кошелек, повесил его обратно на бедро. Затем присел и обыскал тела бандитов. Деньги ссыпал себе в кошелек, кисет с табаком, ножи, серебряные цепочки отбросил в сторону. В одном из карманов нашел мешочек со стальной пластиной — кресалом, кремнем, кусочком обугленной ткани и радостно оскалился. Воин чиркнул кремнем о стальную пластину, выбивая сноп искорок, прямо на ткань. Бросил загоревшуюся тряпку на тела.
В этот самый момент в ворота вбежал мальчишка, за ним ещё трое.
— Это он, — обличительно ткнул пальцем малолетний воришка, заметил тела лежащих подельников, поднявшееся над ними пламя, побледнел и затрясся как припадочный.
Воин встал, глянул на троих бандитов и пацана кровавыми глазами, губы раздвинулись в кровожадной ухмылке. Малолетний воришка вскрикнул и отшатнулся, брюки потемнели, из штанины, еле слышно журча, потекла струйка. Слабый запах аммиака заставил трех скривившихся мужчин отшатнуться в стороны от пацана и расплывающейся вокруг его ног темной лужи.
— Уходи, — прошипел воин. — Я не воюю с детьми.
Повторять не понадобилось. Малолетний воришка дал стрекача со всех ног, чуть не забрызгав бандитов, собственной мочой, и исчез, стрелой влетев в приоткрытые ворота. Двое ещё крепче стиснули ножи, третий насупился, продолжая напряженно всматриваться в лицо воина, словно пытаясь там что-то разглядеть.
Воин сделал быстрый шаг, к напрягшимся и выставившим ножи бандитам. Неожиданно пружинисто прыгнул вперед, в мгновение ока, оказавшись рядом. Резко дернул за руку с ножом смуглого жилистого парня с наглыми глазами, опрокидывая его на землю, ударил кулаком под сердце второго, здоровенного мужика с бочкообразной грудью так, что у того внутри что-то хрупнуло. Бандит подлетел вверх, роняя нож, и со всем грохотом падающего стокилограммового тела, обрушился затылком на каменную брусчатку. Воин наступил башмаком на лоб смуглого, надавил, череп треснул, вдавился вовнутрь как яичная скорлупа. Во все стороны брызнуло кровью, перемешанной с серой слизью мозгов. Третьего, так и оставшегося стоять неподвижно, воин с алыми глазами схватил за горло и приподнял…
— Брат, не надо, прошу тебя, пощади, не убивай, — надрывно хрипящий голос неожиданно прорвался в затуманенное сознание.
Кровавая пелена с глаз спала, вздутые мышцы расслабились и улеглись, трансформируясь в привычное Стэну тело. Так гигантские волны, неистово накатывающиеся на корабль ревущей и пенящейся водной стеной, внезапно успокаиваются и бесследно растворяются в океанской глади.
Стэн опустил руку, сапоги третьего бандита глухо стукнулись о землю, подняв клубы пыли. На парня смотрело собственное лицо, бледное с расширенными зрачками, в глазах плескалось потрясение, смешанное со страхом.
— Свен? — выдохнул Стэн, догадавшись, кто перед ним.
— Он самый, — прохрипел близнец, осторожно щупая шею, на которой горели красные опечатки пальцев. — В тебя демон вселился? Никогда такого не видел. Ты родного брата чуть за грань не отправил. Шестерых наших положил.
Стэн потрясенно огляделся вокруг. Рядом лежало два тела: смуглого с раздавленной головой и массивного мужика, вокруг которого расплывалась лужа крови. Метрах в десяти трещала и лопалась обугленная плоть — догорали четыре тела бандитов, разнося приторно-сладковатый запах жареной человечины.
— Это, — голос парня дрогнул. — Все я сделал?
— Ты, — прохрипел Свен, по-прежнему массируя горло. — Сам в ужасе. Уходить тебе из города надо. После такого, Однорукий из-под земли достанет. Мне тоже сваливать придется, могут за брата предъявить.
— Извини, — растеряно пробормотал Стэн. — Сам не знаю, что на меня нашло.
— Вот и я не знаю, — проворчал брат. — Чтобы наш тихоня Стэн, отказавшийся примкнуть к воровскому братству и просить милостыню, постоянно подбиравший всех бродячих псов и кошек, учудил такое? В голове не укладывается. Я тебя, конечно, не сдам, но малой всё с самого начала видел и запомнил. Беги из города, братишка, беги со всех ног, иначе тебе не жить. Мне тоже сваливать придется, чтобы не зарезали. У тебя есть пара часов, пока об этом не доложат Однорукому.
— Спасибо, — кивнул парень.
— Да не нужно мне твоего спасибо, уходи из Ниссента, — досадливо отмахнулся Свен. — Мы с тобой никогда не ладили, но ты мой брат. Уноси ноги, и пусть тебя хранят Темные и Светлые боги.
Свен проводил задумчивым взглядом убегающего в сторону