Пока они шли, она всё время косилась на него, выискивая хоть намёк на то, что он опять лезет ей в голову, но ничего странного не замечала.
На вершине лестницы Натаниэль остановился и несколько раз медленно поцеловал её в шею.
— Все пялятся, — прошептала она.
Под «всеми» она имела в виду студентов в форме, развалившихся на ступенях и газоне под утренним солнцем.
— Правда? — лениво спросил он.
Его руки скользнули по её талии вверх, по спине, а сам он снова уткнулся ей в шею, жадно, с приоткрытым ртом.
Кира дёрнулась, почувствовав на коже кончики клыков.
— Только не говори, что собираешься меня кусать.
Хотя сама тут же подставила шею удобнее.
Он слегка прикусил её, и по телу тут же прошла мерзко-сладкая дрожь.
— Хочешь?
— Да, — выдохнула она сразу.
Он ухмыльнулся.
Натаниэль притянул её вплотную, вжал в себя, и она почувствовала, как его стояк упёрся ей в живот.
— Прямо здесь? При всех?
— Да, — прохрипела она.
— Не провоцируй меня, питомец.
— Пожалуйста?
Она крепко обняла его, и Натаниэль резко втянул воздух сквозь зубы. Кира тут же отшатнулась.
— Чёрт. Прости.
Она совсем забыла, как располосовала ему спину хвостами. Большинство следов уже побледнело, но несколько рубцов всё ещё оставались.
— Даже не думай извиняться, — хрипло сказал он, снова прижимая её к груди. — Мне это понравилось. Меня никто никогда не метил.
— Серьёзно?
— Серьёзно, питомец. Ты будешь первой и последней.
Почему-то от этих слов у Киры внутри всё неприятно дёрнулось.
— Ты теперь снимешь поводок? — тихо спросила она.
Натаниэль склонил голову набок, будто раздумывал.
— Не так быстро. Дай мне ещё пару минут.
— Чтобы Марка побесить?
— Да нахер Марка. Просто я хреново умею отпускать.
Кира сглотнула. Сердце снова дёрнулось где-то под рёбрами ровно до того момента, пока его рука не скользнула ей под юбку.
Она ахнула, когда он коснулся пробки.
Перед тем как зайти на территорию академии, он заставил её надеть её обратно. И, сука, ещё приказал держаться за кованые прутья ворот, пока сам вбивался в неё сзади, не обращая внимания ни на охранника, ни на прохожих. А потом засунул пробку обратно.
Взгляд у Натаниэля потемнел. Похоже, он вспоминал то же самое.
— Какая ты была послушная, — пробормотал он, надавливая на пробку сильнее.
Кира вздрогнула.
— Надо было мне заставить тебя сегодня её надеть.
— Тогда надо было шевелиться быстрее, питомец.
Она застонала и толкнула его в грудь, но Натаниэль только перехватил её за руки и снова притянул к себе. На его лице появилась та самая самодовольная ухмылка, с которой он впервые привёз её в академию.
Тогда ей хотелось его придушить.
Сейчас, в общем-то, тоже.
Особенно потому, что он продолжал медленно двигать пробку внутри неё.
— Натаниэль, — процедила она, нервно косясь по сторонам.
Тогда рядом хотя бы студентов не было. Только случайные люди. А сейчас несколько человек уже откровенно глазели на них, и двое волков на ступенях даже не пытались скрыть, куда смотрят. Судя по их рожам, осуждали. Судя по штанам, не особо.
— Да, питомец? — невинно спросил он.
— Прекрати.
— Что именно?
И снова. Туда-сюда. Туда-сюда.
Он растягивал её медленно, почти до боли, а потом снова вталкивал пробку глубже.
Кира стиснула зубы и прошипела:
— Если что, эта хрень нихуя не помогает удерживать твою сперму внутри меня.
Несмотря на игрушку, она слишком отчётливо чувствовала, как всё течёт и хлюпает при каждом шаге. Пока они шли по дорожке, горячая липкая струйка уже сползала по внутренней стороне бедра к самому краю чулка.
— И это тоже не помогает! — рявкнула она, отбивая его руку.
Улыбка Натаниэля стала только шире, обнажив клыки.
— Не лыбься так довольно, — огрызнулась Кира.
— Я вообще-то тобой доволен.
Он сжал её за ягодицы, сдвинув пробку, и Кира почувствовала, как из неё вытекла ещё одна тёплая капля.
— Ублюдок, — отрезала она.
Лицо у неё горело так, будто на них сейчас смотрела вообще вся академия.
А этот мудак только ухмылялся.
— Тебе нравится.
Да, ну… не в этом дело.
— Такое чувство, будто ты специально пытаешься сделать мой первый день у Попларинов хреновым. Они унюхают тебя на мне.
Даже без всего этого волки бы всё равно почуяли Натаниэля. Его запах въелся в неё намертво и будет держаться ещё несколько недель. А запах свежей спермы у неё между ног для альф вообще станет как плевок в морду.
— Отлично, — грубо бросил Натаниэль и потянулся её поцеловать.
Кира возмущённо фыркнула и выскользнула от него так далеко, насколько позволял поводок.
— Нет, нихрена не отлично. Альфам это не понравится.
Не то чтобы её волновало мнение Марка, но это сделает всё со стаей только сложнее.
— Я вообще удивлена, что они хотят принять меня после того, как ты меня пометил.
Натаниэль дёрнул поводок, заставляя её снова подойти ближе.
— Сомневаюсь, что у тебя будут проблемы с тем, чтобы построить их.
— Как ты пытался построить меня?
Она специально выделила слово «пытался».
Лицо Натаниэля сразу потемнело.
— Я не пытаюсь, питомец. Я делаю. И прямо сейчас я хочу сделать с тобой очень плохие вещи.
У неё пересохло во рту. Внизу живота тут же вспыхнул жар.
— Например?
— Думаю попросить у тебя поцелуй.
У Киры перехватило дыхание, пока она пыталась понять, серьёзно ли он это сказал.
— В губы?
— Нет, питомец. Сама знаешь куда.
Блеск у него в глазах сразу всё подтвердил.
На член.
— Здесь? При всех?
До начала занятий оставались считаные минуты. Большинство студентов уже заходили внутрь, но часть всё ещё торчала снаружи.
Или просто осталась посмотреть шоу.
Натаниэль кивнул.
— Здесь. Сейчас. Твой рот на моём члене.
На секунду замолчал, а потом добавил:
— Но решать тебе, питомец.
Мне решать?
У неё подкосились ноги.
Если это не приказ…
— А если я не захочу?
Натаниэль усмехнулся.
— Значит, упустишь шанс сделать мне приятно.
Кира нервно облизнула губы.
Она даже не поняла, в какой момент приняла решение. Колени сами начали подгибаться. Она ещё не знала, правда ли собирается сделать это или просто дразнит его, но слишком уж ей понравилось, как у Натаниэля на секунду дрогнуло лицо. Удивился. И сразу после этого стал довольным, как ублюдок.
И тут вдруг раздался голос:
— Эй, голубки!
Это была Виктория.
Кира тут же выпрямилась, поняв, что ещё секунда, и она бы уже стояла перед Натаниэлем на коленях.
Вампирша отделилась от своей компании и направилась к ним.
На ней была школьная форма, но весь этот официальный вид портили ярко-жёлтые ногти в