В такси они тоже ехали в основном молча. Платон достал телефон и что-то сосредоточенно в нем писал. Аня радостно выглядывая из окна машины, рассматривала центр города. Нарядные улицы, высаженные цветы, множество модно одетых людей…
Пока не уснула.
Платон был немного ошарашен. Сразу всем — интеллектом «русско-турецкой» девочки, красотой, скромностью, искренностью, и изо всех сил прятал смущение и чисто «мужской» восхищенный взгляд. Аня же при знакомстве довольно бесхитростно смотрела на него своими невозможными синими омутами и в этих глазах хотелось раствориться. Он украдкой смотрел на скулы, розовую кожу, наполненные увлажненные губы — очень уж девочка была хороша. Он с такими не сталкивался. Одета просто — джинсы, водолазка, ветровка, кроссовки, но даже в таком непритязательном наряде, с усталым от перелета лицом, от нее глаз было не оторвать. Может быть, это просто очарование юности?
«Стареешь, брат,» — с насмешкой подумал про себя Платон.
Говорят, к чужой красоте со временем привыкаешь до такой степени, что перестаешь ее замечать. Что же, будем надеяться, что так будет и с ним. А то хорош, папаша! Одно название, и только. Полчаса, как видит, а уже слюни пустил. Ладно, он еще немного украдкой посмотрит, и на этом все.
Они оба испытывали неловкость. Платону это было очевидно и по себе, и по Анне, которая при встрече периодически терялась, словно зависая, с трудом подбирая слова.
Пока девушка спала, он изучал ее лицо, узнавая заново. Интересно, на Диану совсем не похожа. Бывшая жена была той еще стервочкой. Здесь совсем мягкая, натуральная красота. Руки с натуральным маникюром, даже без лака, просто коротко спиленный овал. Брови естественной формы и цвета… Шикарные волосы, похоже Аня их так с десяти лет и не стригла. Какой-то уникум, минимум вмешательств во внешность.
На ресепшн возникла небольшая заминка.
— У нас два отдельных соседних номера, — сурово поправил администратора Платон.
— В номере 512 возникла поломка сантехники. Могу предложить вам двухместный номер с раздельными кроватями, — предложила служащая отеля.
Аня тут же испуганно посмотрела на мужчину и сделала шаг назад. Естественно, им это не подходит.
— Нас это не устраивает, — категорично сказал Платон.
— Но почему? — пролепетала девушка на ресепшн.
— Религиозные взгляды не позволяют, — тут же нашел, что сказать, язвительный Платон.
— Сожалеем, но других номеров нет, — поджала губы администратор.
— Я возьму для… дочери полулюкс, — хмуро кивнул Платон, — этажем выше.
Получив карты от электронных замков, они прошли к стеклянному лифту.
— Не тушуйся, Аня, — мягко сказал Платон. — Я тоже испытываю определенную неловкость. Думаю, все преодолимо. Сейчас мы отдохнем пару часиков и пойдем гулять. Тут до Красной площади не более километра.
Мужчина галантно сопроводил ее до номера, зашел в него, не спрашивая разрешения, бегло проверив наличие необходимых вещей, после вдруг закаменел лицом, сухо кивнул и оставил девушку отдыхать.
Проводив Платона взглядом, Аня облегченно выдохнула. Ей просто необходимо было остаться одной, прислушаться к своим ощущениям, собраться с мыслями, в конце концов. Неужели он заметил, как она смотрела на него, оттого и убежал такой сердитый?
Аня села на свою красивую кровать и погладила идеально застеленное покрывало. Она потянулась к подаренному букетику и осторожно вдохнула запах миниатюрных роз. Она не ожидала от себя такой реакции. Платон ей очень понравился… как привлекательный, взрослый мужчина. Девушка вдруг испугалась своих мыслей и чувств. Какая она бессовестная! Ее пригласили пожить в семью, а она, спустя каких-то полчаса начала на чужого мужчину засматриваться! Еще и старше себя в два раза! Стыд то какой! Неужели для возникновения влечения к человеку не нужно глубоких чувств или хотя бы влюбленности⁈ Если кто заметит такое за ней, позора не оберешься. Выгонят из дома, уже в российский приют.
Аня застонала и упала на свое роскошное одеяло. Она полежит, помолчит, потом сходит в душ, вымоется с ног до головы, отскребется дочиста, помоет волосы и наваждение пройдет… Это все от одиночества.
Ей понравилось в Платоне все. Острый ум, чувство юмора, добрые глаза, уверенность в себе, атлетическая фигура и даже легкая небритость. Может быть, все русские мужчины в возрасте «за тридцать» столь неотразимы? Так или иначе, эти мысли пора было срочно выкидывать из головы, а то проблем не оберешься.
Платон, едва закрыв дверь номера, в раздражении, почти в бешенстве стянул с себя рубашку, брюки, белье и уверенными шагами решительно отправился в душ снимать напряжение проверенным по подростковым годам способом. Что же его возбудило в почти незнакомом человеке, еще и одетом максимально закрыто? Коктейль натуральных феромонов от молоденькой девушки? Нет, не взгляд на девичьи прелести, скрытые довольно объемной ветровкой, а простое нахождение с этой феей в одной комнате, рядом с аккуратно застеленной двуспальной кроватью. Одно мгновение в такой двусмысленной ситуации, и пах стало разрывать от напряжения, аж в глазах потемнело. Зачем он вообще зашел к ней в номер, что там искал⁈ Неужели сантехнику проверял? Давненько с ним не случалось подобного. От одного взгляда на постель в голову полезли дурные сцены разной степени развратности. Аня с раскинутыми ногами в ожидании его «вторжения», ее распущенные волосы, розовый, похожий на бутончик полуоткрытый ротик. Наверное, под одеждой, там шикарная, налитая, стоячая грудь…
Платон включил воду погорячее и закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. Ничего эта девочка не заметит. Ни одного липкого взгляда, ни одного неосторожного жеста. Это просто случайное, чисто физическое влечение. Погасить его — дело чести. Они не кровные родственники и такое, к сожалению, возможно. Просто инстинкты проснулись. Он же не животное какое, а взрослый опытный мужчина, и вполне может себя и свою природу контролировать.
Спустя два часа в холле первого этажа встретились два идеально чистых, намытых до скрипа, но хмурых человека — Платон и Аня. Девушка переоделась в приличное, довольно нарядное платье, туфли, легкое пальто и вполне походила уже на свой возраст учащейся старших классов. Хорошенькая, глаз не отвести. Еще и после отдыха на щеках заиграл румянец. Теперь мужчину бросило в жар еще и от этой розовой кожи. Наверное эти щеки, эти скулы, шею, так прекрасно целовать, если девушка зардеется от желания… Аня немного смутилась от напряженного изучающего взгляда и потупилась.
Ему что-то не нравится?
Одной минуты взгляда на девушку Платону оказалось достаточно, чтобы понять, что его влечение никуда не делось, и ему придется с этим странным чувством как-то жить.
Глава 6. Прогулка по Москве
Платон галантно предложил Анне