— Сегодня вечером идёшь к султану.
— Угу, — девушка зевнула и попыталась вновь погрузиться в сон.
Но Айла настойчиво повторяла:
— Вставай, негодная! Дел много. Примерка сегодня. Проспишь, прикажу выпороть.
И только слово “примерка” взбодрило Олю. Она вскочила как ошпаренная. Приведя себя в порядок и проверив, на месте ли записка, девушка готова была идти в сад. Там, в беседке, накрыли завтрак. Разделив трапезу с султаншами, Оля встретила гостей. Али среди них не было. Зато Айше без проблем забрала записку и сунула в руки девушке новую. “Ради твоих глаз готов на всё”. Подписи не было, но она и не требовалась.
— Завтра я приду с ответом, — пообещала женщина. — Я всё рассказала брату. Как только он найдёт надёжное судно, можно совершить задуманное. Даже если тебя успеют выдать замуж.
Неделю Оля порхала, как бабочка, на крыльях любви и надежды. Айше исправно передавала записочки, ведь в связи с подготовкой к свадьбе ей часто приходилось бывать во дворце. Никакой полезной информации в них не было. Только “свет моих очей” да “персиковый цветок” или “нежная розочка”. Оля отвечала примерно тем же. И так увлеклась этой игрой, что однажды случилось то, чего поначалу она так боялась. Из романтического сна её вырвала тяжёлая рука, сбросив с кровати на пол.
— Это что ещё за такое?! — вопль разъярённой Махидевран разбудил окончательно.
В руках султанши Оля увидела клочок бумаги.
Она знала дословно, что там было написано. Вчера послание передала Айше вместе с новым платьем.
— Что ещё за “не мыслю жизни без тебя, мой нежный цветок?” — орала султанша.
Глава 16. Вызов
Пока Оля судорожно придумывала ответ в своё оправдание, султанша не унималась:
— Ты с кем, негодная, посмела за спиной повелителя хвостом крутить, покарай тебя Аллах?!
— Я ни с кем, госпожа. Я нашла это в саду и хотела сегодня показать вам, — врала Оля, только бы не выдать Али.
На счастье, послания ни она, ни он не подписывали. Поэтому был шанс, что хасеки поверит.
— Я уничтожу тебя, моль! Если султан узнает о твоей измене, не сносить тебе головы, — Махидевран наконец отступила. — Может, оно и к лучшему. Зря мы сделали на тебя ставку. Ты никчёмная. Хюррем уже сама выбирает тебе замену.
Женщина говорила с издёвкой. Оле это не понравилось, но она предпочла промолчать, чтобы ненароком не навредить себе и Али.
— Иди собирайся на занятие, а это я оставлю себе, — Махидевран унесла записку в комнату.
Оле ничего не оставалось, только подчиниться воле госпожи. Как же хотелось проснуться от этого дурного и опасного сна!
Повелитель вызвал Олю к себе днём. Девушку даже не успели толком подготовить.
— Сегодня мне был чудесный сон, — улыбнувшись, сказал султан. — А утром я узнал благую весть. Моя дорогая Хюррем назвала мне имя той, которая в ближайшую пятницу отправится на никах.
— И кто же это, мой господин? — Оля осмелилась посмотреть в глаза Сулеймана.
Но тот лишь молча пригласил её пройти на балкон. Предчувствуя неладное, девушка всё же повиновалась.
Внизу у фонтана беседовали мужчины, и Оля с ужасом узнала в одном из них Али. Ноги подкосились, и она чуть не рухнула на султана, но благо удержалась за перила. Сердце в груди отбивало чечётку в ожидании страшного приговора повелителя. Неужели Махидевран удалось разгадать тайну записки, и она донесла султану на торговца тканями? И теперь несчастному влюблённому грозит смертная казнь? Как и самой Оле, скорее всего. По телу девушки прошла мелкая дрожь. Хорошо, что султан этого не видел, он с довольным видом осматривал свои владения.
— Скоро я отправляюсь в поход, — наконец промолвил Сулейман. — Байрам-бей просил подобрать ему толкового помощника на время моего отсутствия. И я хотел спросить твоего совета.
— Моего? — искренне удивилась Оля и подняла на султана глаза. — Но я ведь всего лишь рабыня.
— Ты не просто рабыня. Ты умная, одарённая и… скоро станешь свободной, — лицо повелителя излучало небывалую мягкость.
— Свободной… — от новости аж дыхание спёрло.
— Да, моя драгоценная Хюррем, дай Аллах ей здоровья, позаботилась о твоём будущем. И безопасности, — лицо падишаха сделалось суровым. — Я узнал, что на тебя было в гареме покушение. Надеюсь, виновного найдут и накажут.
“Да уж, накажут, — подумала Оля. — Да уж, найдут. Как же!” Но промолчала, а Сулейман продолжал:
— В пятницу состоится твой никах с одним из самых почтенных мужей Османской империи. И поэтому ты сейчас здесь. Я хотел спросить твоего совета. Что ты думаешь об Али-бее?
— Я согласна, — беззвучно прошептала Оля, поймав взгляд торговца и решив, что мудрый султан Сулейман хочет благословить их союз.
— Его отец Джамиль-бей верно служил моему отцу. А сын… готов служить мне. Что скажешь? Доверишь дела своего будущего супруга торговцу тканями?
Оля готова была расплакаться. На глаза уже навернулись слёзы, и сдерживать их почти не удавалось.
— Понимаю, — сказал повелитель, взяв девушку за подбородок и глядя ей в лицо. — Слёзы счастья всегда льются непрошенно.
— Как и слёзы горя, — прошептала Оля.
— Надеюсь, ты не узнаешь с ним горя, прекрасная Алие.
— Ин ша Аллах, — прошептала девушка.
— Теперь ты свободна. Можешь идти готовиться к свадьбе.
Сулейман проводил до дверей. От покоев султана Оля шла по Золотому пути в обратную сторону и думала о том, как выбраться из этого дурдома. Султан, гарем, свадьба, какая-то непонятная миссия — всё смешалось в один ком.
В комнате хасеки девушки уже разбирали наряды. Айше подмигнула Оле, приглашая за ширму. Но Махидевран не сводила с несчастной Алие глаз. Подозревала — и была права. Но, по крайней мере, султан пока не знал о записке, в этом можно быть уверенной, и, возможно, госпожа лишь манипулировала страхом наложницы. Но как объяснить Айше, что игра зашла слишком далеко и стала предельно опасной?
— Айла, помоги мне, — Оля внаглую потянула служанку госпожи за ширму, ведь при ней швея не станет совать в руки записки.
— Прекрасно выглядишь в этом наряде, Алие, — похвалила Айше.
— Спасибо, всё благодаря вашим стараниям, — Оля слегка поклонилась.
— Когда станет известно имя невесты? Свадебное платье уже готово, но вдруг не подойдёт и придётся ушивать или не дай Аллах