— Я думала об этом, дочка. Мы с Махидевран готовим праздник в гареме.
— И этим вы хотите удивить Хюррем? — лёгкая ирония звучала в голосе сестры султана.
— Не этим. А новой фавориткой сына, Алие-хатун. Она тоже славянка, приняла ислам незадолго до того, как Хюррем попыталась отравить бедняжку. Махидевран, дай ей Аллах здоровья, спасла девушку от смерти.
— Я слышала об этом. Но так и не поняла, чем нам поможет эта ваша Алие. В гареме говорят, она выглядит как бледная моль. Но её пластике позавидует любая. Не танцами ли она покорила падишаха?
— Именно! Поэтому мы должны действовать, пока Хюррем беременна. Даст Аллах, и Алие родит шехзаде.
— Ин ша Аллах, — ответила Хатидже. — Пора Хюррем отойти на второй план.
— Госпожа, — Оля едва расслышала голос Махидевран, — что если нам объявить о беременности наложницы уже сейчас? Заранее? Чтобы утереть Хюррем нос.
— А что? Хорошая идея, — одобрила валиде. — А если ничего не получится… Всегда можно выдать неугодную девушку замуж и подыскать на её роль другую.
— Как только будут готовы наши наряды, мы представим наложницу в полной красе. Хюррем будет рвать и метать. И обязательно совершит ошибку, которую падишах ей не простит, — уже более уверенно сказала Махидевран.
Оля сидела в комнате служанок и размышляла о том, что в этом мире она сама себе не хозяйка. Жизнь её принадлежит падишаху, а судьбой распоряжаются султанши. Дворцовые интриги… аж противно! Оля поморщилась. Даже в библиотеке иной раз происходили какие-то подковёрные игры, но девушке они всегда были неприятны, и она предпочитала держаться в стороне. А теперь же попала в самое пекло, беспощадное и смертельно опасное.
Вскоре Хатидже распрощалась с матерью и ушла отдыхать к себе, а Махидевран была отправлена укладывать спать шехзаде Мустафу. Сама же госпожа, распахнув двери смежной комнаты, властно произнесла:
— Сегодня ночевать будешь здесь, а завтра, ин ша Аллах, отправишься к повелителю, — Оля поспешно кивнула, присев в поклоне. — И не глупи. Вижу, девушка ты смышлёная. Понимаешь, кто в гареме главный.
— Да, госпожа, — пикнула Оля, посмев поднять на мать султана глаза.
— Я знаю, Махидевран боится, что и ты родишь повелителю шехзаде, но знай, я только за. К тому же это и в твоих интересах. Ты будешь в безопасности, у тебя появятся свои служанки и охрана. Хюррем и пальцем не посмеет тронуть мать наследника.
Оля почувствовала, как задрожали колени. А глаза наполнились слезами, которые так не хотелось показывать этой властной женщине.
— Сделай всё, чтобы остаться во дворце, — продолжала султанша. — По крайней мере, до тех пор, пока сын не уйдёт в поход.
— Как прикажете, госпожа, — Оля решила, что снова нужно поклониться и как можно ниже.
— Теперь ложись отдыхать, — лицо валиде смягчилось. — Твоё место сегодня вон то, слева от двери. И учти, я желаю услышать новость о наследнике как можно быстрее.
Оля только открыла рот, чтобы раболепно произнести заученную фразу о готовности исполнять приказы, но громкий голос глашатая неожиданно возвестил о визите повелителя:
— Султан Сулейман Хан Хазретлери, — показалось, что валиде аж подпрыгнула от неожиданности.
В глазах женщины на мгновение мелькнул страх, и лицо вновь сделалось непроницаемым. Дверь перед носом Оли захлопнулась.
— Мой дорогой сын, — с той стороны елейно зазвучал голос валиде.
— Матушка, прошу вашего совета по одному делу. Сегодня ко мне обратилась Хюррем с просьбой разрешить брак одной из наложниц нашего гарема.
— О какой девушке идёт речь, мой сын? — тон женщины выражал крайнюю степень заинтересованности.
— Хюррем хочет устроить сюрприз и пока держит имя в секрете. Но уже подыскала достойного и богатого супруга. Это Байрам-бей.
— Постой-постой... Военачальник?!
— Да. В его преданности нет сомнений. Он верой и правдой служил Османской империи много лет. Я прошу вас, матушка, подготовить всё к свадьбе. Я бы хотел, чтобы никах прошёл до моего отъезда.
— Как скажешь, сын, но разве Байрам-бей в силах обеспечить вторую жену?
— Она будет единственной. Эмине-хатун забрала чума несколько лет назад. Поэтому я и согласился с предложением Хюррем. Завтра же обрадую жениха. Байрам-бею за хорошую службу я готов отдать любую из девушек гарема.
Оля стояла у двери ни жива ни мертва. Каким-то шестым чувством она понимала, что речь шла о ней. Раз не удалось избавиться от соперницы физически и быстро, Хюррем оставалось только сделать это по-хитрому. Но не менее надёжно. И как знать? Может, этот Байрам-бей уничтожит будущую супругу по её приказу? От Хюррем можно ожидать чего угодно. Ведь не зря она не сказала султану имя “счастливицы”.
Глава 13. Дар
С утра Олю пригласили в садовый домик на примерку. Вопреки ожиданиям, Али не пришёл. Спросить Айше-хатун о брате не было возможности. Рядом крутилась Айла. Оля никак не могла от неё отвязаться. Потом нужно было помочь самой Махидевран переодеться. Но Оля видела, что Айше хотела поговорить. После примерки девушка сама попросила, чтобы до калитки её проводила именно Алие-хатун. Но султанша приказала идти другой служанке, а Олю ждал хаммам.
Вся вчерашняя процедура повторилась. Вот только покои повелителя были свободны. Каждый шаг, пройденный в красивом наряде по Золотому пути, заставлял сердце биться всё трепетнее и трепетнее. Что ждёт её там, за дверью? Будет ли гневаться султан, что вчерашняя встреча сорвалась? И как сказать ему о планах Айше и Али? А вдруг уже не нужно ни о чём просить, и именно это Оле пыталась сказать утром швея?
Султан сидел за столом. Он мягко улыбнулся, когда девушка вошла в его покои. Оля успела взглянуть в лицо Сулеймана, прежде чем низко поклонилась.
— Как чувствуешь себя, Алие-хатун? — спросил повелитель, подойдя к ней.
— Прекрасно, мой султан, — не поднимая взгляда, ответила девушка.
— Вчера мне доложили, что ты нездорова.
— Да, мой повелитель. Но сегодня уже всё хорошо. Хотите, я возьму саз?
— Не нужно, — Оля вздрогнула от уверенного голоса падишаха. — Подойди к столу.
Она повиновалась. На рабочей поверхности были разбросаны драгоценные камни и инструменты, с помощью которых Сулейман Великолепный изготавливал ювелирные украшения. Тут же на бархатной подложке Оля увидела сверкающий крупным изумрудом