На участке рилевского князя разверзлась земля, выпуская острую морду и зелёно-коричневое тело полоза. Змей поднялся на высоту своего роста, но точные выстрелы с огневых позиций пробили его голову, и огромная туша, рухнув всей массой, осталась лежать на земле, заливая всё кровью.
— Полоз справа — позиции семь, восемь! — кричали уже одновременно со звуком разрывающейся земли.
— Стрелять в ямы! Едва сверкнёт, стрелять! — командовал Иван.
У одной из башен альтановые снаряды врезались в новый провал. От неистового рёва земляного дракона подпрыгнули в воздух камни, и земля пошла трещинами. Голова змея показалась на поверхности, и все три глаза встретил град копий.
У главной башни, на которой находился Рилевский, так не получилось. Полоз вырвался, скручивая своим телом столбы-основания. Копья с альтановыми наконечниками врезались в его броню и взрывались, не причиняя нужного вреда, а морду змей прятал, не давая прицелиться. Воины на огневой площадке спешно обвязывались канатами и хватали альтановые арбалеты.
— Нужен момент! — крикнул Иван. — Едва поднимет голову!
Каменные столбы раскачивались. Полоз жал со всей силы.
— Князь, сейчас снесёт нас! — крикнули воины. — Прыгаем?
Рилевский глянул на своих парней, понял, что видит их последний раз и кивнул. Десять человек исчезло, шагнув в воздух, как в бездну.
Князь подскочил к самому краю. Едва придерживая верёвки, воины летели вниз. Они не удержались на спине земляного дракона — он извернулся, и все покатились по его броне. Зацепиться было не за что, но парни начали раскачиваться, стараясь попасть на голову змея. Это шанс добраться до глаз — единственного уязвимого места.
— Ну, давайте, — шептал Иван.
Хоть самому прыгай!
Воздух прорезал страшный треск. Соседняя башня начала медленно заваливаться на бок. Полоз, скрутившийся вокруг неё, сделал своё дело. Своим телом он просто выкопал её из земли.
«Не успеем», — мелькнула у Рилевского быстрая мысль.
Башня должна была начать падать с минуты на минуту, но снизу внезапно раздался громовой рёв, и она перестала раскачиваться. Несколько человек выбрались из-под морды неподвижно лежащего змея.
— Сделали! — обрадованно крикнул Иван.
Ещё один грохочущий звук ударил пространство. Несколько соседних башен рухнули, падая тяжёлыми камнями на полозов, но земляные драконы всего лишь замедлились, освобождаясь от завалов на спинах.
На главной боевой площадке оборонительно вала воевода Байтар, видя разрушение башен, отдал приказ:
— Орудия вала через одно, развернуть!
— Так ослабим первую линию! — крикнул Мирадор. — Сейчас пойдёт пехота!
— Башни должны устоять! — ответил Байтар.
Сурваки не торопились идти в атаку, предоставив полозам возможность как следует потрепать вторую линию обороны — боевые башни. В случае взятия вала орудия башен срубили бы захватчиков на корню. Поэтому воевода Алавии не сомневался, отдавая свой приказ.
Орудия на боевых площадках вала развернули, и точный прицельный огонь накрыл полозов, атакующих башни. Их атака захлебнулась. Истекая кровью, земляные драконы извивались всё медленнее и затихали.
Но минуты отдыха не последовало. Звук рога возвестил наступление, и в незащищённые орудиями бреши ринулись клины сурвак.
* * *
Алавия погасила огни. Детей укрыли в подземных убежищах, а все, кто мог держать оружие, подтянулись к оборонительным стенам под наглухо закрытые броневые купола.
Стало тихо. Небо вдалеке раскрашивали красные вспышки. Огни Ведявы неровно мерцали сквозь густую дымку, заволакивающую горизонт. Берегини и командиры драконов наблюдали с главной обзорной площадки.
— Красиво, — заметила Гинева, — когда не знаешь, что там происходит.
Звук боя растворялся в пространстве, не доходя до Алавии, и город ждал в тишине. Ветер, ведущий за собой тёмное облако драконов, нёс жар. Выплюнув пламя на Синеву и Ведяву, их дыхание разогрелось до максимально возможной температуры. Чёрное небо несло к Алавии смерть.
Соколы опустились перед берегинями с докладом:
— Они миновали родники Туала, отметка пройдена!
Мгновение площадку держала тишина.
Брада взглянула на стоящего рядом с ней Тидана.
— Готов? — спросила она.
Парень поклонился берегине и, вспыхнув белым пламенем, обратился в серебряного дракона.
— Сгоняйте под нас туман, — приказала Брада остальным берегиням. — Пелена должна быть плотная, но не слишком, чтобы не заподозрили ловушку.
— Сделаем, — ответили женщины, садясь на спины своих драконов.
Чёрное небо стремительно надвигалось, но его не стали ждать. Первый удар мог нанести максимальные потери. Сотни километров лёта на одном дыхании должны были утомить навийских драконов. Мощный прорыв сквозь их линии должен был остановить наступление.
Серебряные и золотые рептилии сорвались со стен навстречу угрозе, и через мгновения над алавийским полем два строя драконов врезались друг в друга, смешиваясь рядами. Заискрили когти, разрезая броню и оставляя в ней полосы с кровавыми краями. Пламя накрыло небо непроницаемой пеленой, а когда рассеялось, полетели стрелы. Дав время драконам расплавить броню на врагах, всадники начали свою схватку.
* * *
Впереди засверкала в утренних лучах солнца тонкая лента Росаны — притока Ведявы, и под лапами волков неожиданно оказалась заросшая травой и бурьяном каменная дорога.
— Почти добрались, — с облегчением выдохнул Рир.
Осталась всего пара километров, и они достигнут границы Навии. Дальше свои. Но Никита не обрадовался. Мышцы болезненно ныли, каждый шаг давался с трудом, дымка то и дело застилала пейзаж перед глазами, и до потери сознания оставалось, похоже, меньше, чем до Алавии.
— Вурда, — позвал он, — если я не выдержу, отнеси Браде ключ огня.
— Что⁈ — общий вопль удивления пронзил сознание. — Он у тебя⁈
Только сейчас Велехов вспомнил, что он ничего не говорил о талисмане. Сияние в лапе поубавилось, да и по облику тёмного оборотня сложно было предположить, что он всё ещё может нести лезвие внутри своего тела.
— Я верил, что твоё сознание принадлежит тебе, а не повелителю, — произнёс Вурда, отойдя от удивления, — но чтобы талисманы по-прежнему могли быть с тобой — этого я не ожидал.
— Зря верил, — честно ответил Никита. — Скарад меня наизнанку вывернул. Когда меня Рир нашёл, я имени своего не помнил.
— Значит, не до конца вывернул, — усмехнулся ворлак, — иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. А ключ надо не к Браде, меч огня у Рагора.
— Почему у него?
— По правилам. Перед сражением каждый меч передаётся назначенному берегинями командиру. Меч огня всегда у князя-дракона. Тому, кто умеет пламя из пасти изливать, сподручно пользоваться талисманом огня.