Папочка, я расстроилась из-за плохих оценок и случайно сожгла школу со всеми в ней! Я случай убила своего парня, не поможешь спрятать его труп? А вы подарите мне на совершеннолетие мой собственный Ковен? Я хочу кем-то командовать, ведь мы, Уокеры, всегда были главными на севере!
Дьявол!
«Пока рано узнавать пол, — сказала Джуд, нахмурившись, — а аборт делать уже поздно, так что выкуси».
«Я не это имел в виду!» — смутился я. Ладно-ладно, я готов помогать своей гипотетической дочери творить её злодеяния, если мы с Джуди облажаемся как родители и не сможем подавить в ней гнилое ведьминское начало. Но мысль о том, чтобы убить нашего ребёнка показалась мне просто кощунственной. На него и так объявлена охота!
Это меня отрезвило.
«Прости, — сказал я, — но мне хотелось бы как-то больше во всём этом участвовать».
«Ты — долбанный паникёр, — Джуди ткнула в меня пальцем, — так что мне бы вот не хотелось, чтобы ты ставил на уши всю больницу, если какой-то показатель в анализах чуть-чуть отклонится от нормы. Да и вообще… болтался там, пока я сижу с раздвинутыми ногами».
«Мне нравится, когда ты сидишь с раздвинутыми ногами», — поделился я. От этого комментария она покраснела и улыбнулась краешками губ.
«Но не в присутствии, блин, врача! — фыркнула Джуд и, смягчившись, спросила, — Итан, серьёзно, какой бес в тебя опять вселился? Что там произошло?»
«Где?»
Она зарычала сквозь стиснутые зубы и оглядела комнату в поисках следующего метательного снаряда. Видимо, решила, что разбитое зеркало не послужило мне достаточным уроком.
«В больнице», — уточнила Джуди.
«Я не хочу об этом говорить, — отрезал я, — ты напоролась на Камилу. Разве этого недостаточно?»
«Прекрати это! — потребовала она, снова разгоняясь до гнева, — хватит твоих злоебучих тайн! Не скажешь по доброй воле, я схожу за своей пушкой, и ей-богу, тебе конец!»
«Сочту за честь умереть от твоей руки».
Джуди тяжело вздохнула и, присев рядом, обняла меня за шею.
«Пожалуйста, — тихо сказала она, — я же вижу, что с тобой творится что-то неладное… как когда я только пришла сюда, а ты был готов занырнуть в зеркало с концами… Что тебя гнетёт? Я же люблю тебя, Итан. Я здесь, чтобы…»
«Ох, ладно», — вздохнул я. Невозможно было противиться тому, как трепетно звучали её слова, и тому, с какой нежностью и мольбой она вглядывалась мне в лицо. По крайней мере, это не моя тайна, и оттого, что я ей поделюсь, беды не будет.
Я с неохотой выпутался из рук Джуди, чтобы сходить за дневником, где между страниц было вложено единственное уцелевшее медицинское заключение Лорны. Я протянул его Джуд. Она нахмурилась, читая текст.
«И?»
«Я думаю, что это — подделка, — объяснил я, — ты права, я виделся с Вирджинией. Она… сказала, что ей осталось недолго. А ещё она сказала, что, насколько ей известно, мама не была больна. Она навещала Вирджинию в больнице, и, наверное, это натолкнуло её на гениальную идею… Какой-то умелец делал для неё эти бумажки, чтобы подтвердить легенду. Она запрещала ходить с ней ко врачу, отказывалась провериться у других специалистов. Я ей верил. Мне бы и в голову не пришло, что её болезнь — только повод, чтобы привязать меня к себе. Она «заболела», когда я сбежал из дома. Ей всегда становилось хуже, если мы ругались, а потом всё чудесным образом приходило в норму…»
«О, Господи!», — выдохнула Джуд.
«А я винил себя в том, что с ней это произошло, — продолжал я, чувствуя, как с каждым словом голос всё больше срывается, — была одна история перед моим бегством из дома… Лорна велела мне привести в Ковен одну непосвящённую ведьму, а я ослушался и помог ей сбежать. Из-за этого меня хотели наказать, а мама… она просто сожгла остальных ведьм, кроме Вирджинии. Способности могут наносить урон здоровью, я был уверен, что её опухоль — последствие злоупотребления магией. Я так хотел её излечить, что связался с этим монстром. Я не согласился бы на его условия, если бы…»
Джуди не позволила мне закончить, прижавшись ко мне всем своим тёплым, нежным телом. Поцеловав её, я понял, что плачу, и мне тут же стало дьявольски стыдно, я приказал себе собраться и поспешил вытереть лицо. Мне не стало легче от того, что и у Джуд глаза были на мокром месте.
«Какая же она сука, — выдохнула она, — это… просто в голове не укладывается!»
«Все ведьмы такие, — с грустным смешком заметил я, — но не ты. А ты вообще ведьма? Ты хоть что-то можешь, кроме своих перемещений между мирами?».
«Спасибо, что напомнил, — тут же надулась Джуди, — и надеюсь, ты не пытаешься вытянуть из меня информацию, чтобы опять искать моих предков!»
«Нет, вовсе нет, — спешно заверил я, — с этим покончено. Но у меня есть идея».
«Гм?»
«Я обучу тебя колдовству, всему, что знаю, — сказал я, — а ты научишь меня стрелять. После некоторых… экспериментов моя магия ведёт себя непредсказуемо. Мне не помешало бы освоить более безотказный способ самообороны».
«Ого, — восхитилась Джуд, — звучит здорово. Так я стану твоей ученицей по-настоящему? А мне надо будет носить форму?»
«Ага, ещё выбрать себе долбанный факультет в Хогвартсе» — хмыкнул я, прогнав мысли о ней в школьной форме. В штанах сразу стало тесно, а в голове пусто. Джуди, на минуточку, уже на четвёртом месяце. Беременная школьница — слишком больная фантазия даже для меня. Но это не точно.
Да кого я обманываю!
«Ну, со мной всё очевидно — «Гриффиндор», а что до тебя? — от души посмеявшись с моих слов, поинтересовалась Джуд, — ну давай, колись. Я знаю, что ты читал эту книгу».
«Надо думать, «Слизерин», — сдался я, — куда ещё податься белому богатому ублюдку?»
«В точку! — удовлетворённо сказала она.
6 июля 2012.
Довольно быстро я разочаровался в этой идее: Джуд оказалась по-настоящему необучаемой. И проблема не в её природной неусидчивости и рассеянности, а в том, что, кажется, её способности действительно ограничиваются портальной магией и только ей. Она не смогла сотворить самый захудалый ignis pila даже после миллиона попыток, а латынь из её уст хоть и звучит предельно забавно, но слишком уж на себя не похожа. В итоге мы решили оставить эту затею.
Зато