— Тоня! — здоровяк огромным виноватым мишкой перетаптывался с ноги на ногу. — Прости…
— Уходим, уходим! — Адвокаты подгоняли в спину. — Они могут задержать вас на семьдесят два часа, до выяснения всех обстоятельств. Повезло, что на месте не было майора Елагина. У него в этом деле личная заинтересованность.
— Как вы узнали? — испуганная Таня крутила головой в любой момент, ожидая подставы.
— Деньги творят чудеса… — Худой мужчина в очках обернулся к заведующей: — Татьяна Ивановна, вам лучше поехать с нами. За вами может вестись слежка.
Они успели сесть в машину до того, как в ворота въехал автомобиль майора.
— Да что же он привязался к девочке? Никому его не сдала, и молчала всё это время! — Заведующая роддомом прижимала руки к груди. — Раньше мне не давал прохода, теперь дочку терроризирует! — ненароком всплыла первая причина ненависти полицейского.
Спокойный, как удав, водитель выждал немного и вынырнул за открытый шлагбаум, покидая огороженную территорию.
Майор о чём-то переговорил с поджидающим у двери помощником и прыгнул назад в машину, надеясь догнать арестованную. Максим перегородил выезд своим автомобилем, давая фору спасителям Тани.
— Куда сейчас? — Таня то и дело оборачивалась назад. Губы снова шептали просьбы тем, кто там, наверху. Грудь сжимали холодные щупальца страха. Сердце гулко стучало, отдавая в рёбра. Вернуться даже на пять минут в жуткое место равняется смерти.
— Нужно снять побои и покинуть город. Вас будут ждать в одном из пригородных отелей. Потом спрячем вас. Мы подадим встречные иски по доверенности, от вашего имени.
— Я договорилась. Нас ждут… — Татьяна Ивановна протянула чёрную флешку: — Тоня велела вам передать. Тут компромат на Елагина. Год назад, после соревнований, тренер привёз спортсменок на дачу. Некоторым не было восемнадцати. За щедро выделенные средства девочкам пришлось расплачиваться собой. Там представители власти, высшие чины полиции и бандиты. Тони среди них не было. Сцены оргии удалось снять одной из участниц.
Вот и вторая причина ненависти майора. Нервничала не только Таня. Юрист, близоруко щурясь, протёр стёкла очков.
— Отлично! Можно подключить медиаресурсы! — он засунул маленький кусок пластика во внутренний карман пиджака. — Эта флешка дорого стоит.
Если бы он знал, какие средства готовы отдать некоторые из самых богатых людей России за тайны семьи Королёвых. Семья умела притягивать неприятности.
Через час законопослушная прежде беглянка покидала город в сопровождении друзей и матери Тони. Справка о побоях на руках. Записали малейшие синяки. Илья не отвертится. Шофёр обогнул полями выезд из города.
— Ещё двадцать минут, и окажемся на месте! — Он подмигнул Тане в зеркало заднего вида: — Не переживай так. Всё будет хорошо! Сумели, вырвались. Дальше будет только лучше!
— Не за себя, за Максима переживаю, — голубые глаза с тревогой смотрели вперёд. — Что с ним сейчас делают?
Татьяна Ивановна не слышала, что происходит в салоне автомобиля. Она погрузилась в воспоминания. В который раз прокручивая в голове события случившегося двадцать лет назад.
В прошлое, которое изменило настоящее и может сломать будущее.
Глава 28
Татьяна Ивановна не могла объяснить, почему в тот день знала, что с этой парой непременно случится что-то страшное. Не думала тогда о смерти молодых, красивых людей, скорее ожидала, что их ждёт развод.
Память утянула в прошлое, накрыв с головой эмоциями, погрузив в вечер, когда над городом бушевала страшная гроза. Она видела всё, словно со стороны. Будто не сама совершила тогда преступление.
Татьяна хорошо помнила отца близняшек. Высокий, красивый, богатый, но без внутреннего стержня. Он рыдал, топчась на месте перед дверью в родильное отделение. Слёзы, сопли, взъерошенные волосы. Пришлось менять перемазанную им куртку. Он целовал ладони, принимавшие дочь. Густой голос дрожал. Во взгляде безмерное счастье.
— Скажите, как вас зовут?
— Татьяна Ивановна.
— Назову девочку в честь вас — Таня!
Она подвела глаза к потолку. Ох, уж эти мужские неженки.
— Ну, успокойтесь, всё позади. Я же обещала вам, что спасу и жену, и ребёнка. Девочка слабенькая, но жить будет! Сейчас она в инкубаторе под наблюдением опытного врача.
Мужчина взглянул на часы, словно время шло на минуты.
— Надолго? — серые глаза сверлили врача, сделавшего его самым счастливым отцом.
Она качнула головой. Как быстро у некоторых отлегает от задницы. Совсем недавно рыдал, умоляя спасти жизнь жены, а теперь теребит с выпиской.
— Вы куда-то торопитесь? — прозвучало с сарказмом.
— Нет, но…
Татьяна жёстко обрезала:
— Никаких «но»! — Она с тоской рассматривала длинный, как назло, пустой коридор. Сдать идиота некому. — Вам есть где остановиться?
Молодой красавец растерянно качал головой.
— Нет.
Она протянула руку. Времени в обрез.
— Дайте телефон! — Секундное дело забить адрес отеля подруги. — Оформляйтесь в гостиницу и приходите утром. Сейчас Ольга и девочка спят, набираются сил. Вам советую сделать это же!
Он переминался с ноги на ногу, словно нашкодивший ребёнок.
— У отца завтра юбилей… — Выглядело просительно. — Вот это был бы подарок!
Ничего глупее в жизни не слышала. Насколько сильной должна быть причина, чтобы молодая жена, узнав о беременности, сбежала в глухую деревню? Какую тайну она узнала? Деспот-свёкор поставил невыполнимые условия? В тот момент решила, что хотел отобрать у бедняжки внучек. Жаль, что не поговорила по душам с Олей Королёвой.
Пришлось играть в строгого воспитателя:
— Он уже у него есть. Роддом вам не доставка, а я не Дед Мороз! Никто не станет держать ваших девочек дольше положенного. Как только малышка придёт в норму, сможете отвезти её на смотрины к родителям, а пока… — Она стянула с головы шапочку и показала глазами на круглый живот: — Чувствую себя отвратительно. Похоже мне сегодня тоже рожать. Хочу отдохнуть перед схватками хоть немного! — Врач с величайшей нежностью погладила огромную выпуклость: — Увидимся завтра.
Заведующая не шла, а летела в родовую, бормоча под нос:
— Ты сказал, что я проклята и у меня никогда не будет детей? Сына тебе родила любовница? Теперь посмотрим!
Через три часа, обалдевшая от счастья, лежала в отдельной палате. Рядом, в прозрачном кювете пускала молочные пузыри спящая дочка. Она протянула мизинец к крохотной розовой ладошке. Маленькие пальчики сжались в кулачок крепким захватом. Хотелось вопить от раздирающих душу чувств. Мир наполнился волшебными красками.
— Я буду любить тебя больше жизни… и никому,