— Ты собираешься об этом сказать всем?
— Мне не нужно ничего делать. Ты забываешь о собственной значимости. Пока сидела тенью, не выходя из дома, о тебе молчали. Но уже сегодня информация о нашем с тобой браке утечёт в прессу.
— О каком браке? — Тоня начала заикаться. — Мы подаём заявление…
— Нас зарегистрируют, — он взглянул на циферблат золотых «Ролексов», — через полчаса. Поэтому тороплю.
— Сегодня? — она обмерла. Это уже не брак по доверенности. Нет возможности даже набрать Таню. Рассказать, что делает от её имени. По сути отдаёт её в пользование. Но этой ночью права на тело могут предъявить ей самой и что тогда? Отдаться и… Собственница уже не пищала под завалами гордости, а громко трубила: своего не отдаст!
Властный взгляд впился в раскрасневшееся лицо.
— Ты перестала понимать по-русски? — желваки натянули кожу на скулах.
Светловолосая голова отрицательно мотнулась из стороны в сторону.
— Я так не согласна….
Савва хлопнул ладонью по столу, закрывая спор:
— По-другому не будет! Решай здесь и сейчас! Слишком далеко зашли с опекунами. Уверен, нас уже ждут за дверями ЗАГС-а. Тайное бракосочетание известного бизнесмена и владелицы контрольного пакета акций ведущего в своей отрасли холдинга. Замужеством ты отсечёшь половину проблем.
Искусанные в кровь губы и глаза побитой собаки. Не с тем вопросом спортсменка боролась сейчас внутри откликающегося на его прикосновения тела. Отдаться под чужим именем? Какая она владелица акций? Таня получит приз, а провинциалка Тоня — боль разбитой души⁈ Как сказать об этом? Смогла только:
— А остальные проблемы? — Отчаяние в глазах плескалось через край.
Щульгин рубил вязкий воздух решительными словами:
— Станем разбирать по мере их поступления.
— Но свадьба? — оттянуть время, чтобы Таня могла вернуться.
С насмешкой в голосе:
— Хочешь покрасоваться в белом платье? — издёвка сквозила в глазах цвета стали.
Тоня пожала плечами.
— Я девочка. Кто из нас не мечтает об этом? — она сглотнула ком.
— Тот, кто делает всё не ради себя! — произнесено многозначительно.
Она напряглась. Неужели всё так очевидно? Он усмехнулся, заметив её реакцию на слова.
— Я говорю сейчас о себе…
Таня.
Появления Максима ждали. Стоило ему припарковаться, как подъехала машина полиции с мигалкой на крыше. Тане пришлось участвовать в масках-шоу, но весело не было. Их грубо выволокли из машины. Приказы сыпались один за другим, доводя трусиху до состояния зомби.
— Руки на капот, ноги в стороны!
Здоровяк выполнял всё беспрекословно. Подбадривающее:
— Не паникуй! Это за мной! — Он подмигнул: — Всё будет хорошо. Дядя меня отпустит, как только узнает правду.
— Тоня и паника? — из машины выбрался офицер. — Что-то новенькое, учитывая насколько жестоко она избила моего сына!
Не верилось, что это происходит с ней. Таня испуганно вытаращила глаза.
— Я избила? Кого, когда? — голос упал до состояния писка. — Полчаса назад меня пытались изнасиловать, а не наоборот! — Она почувствовала, как волосы встают дыбом
Офицер смотрел на неё с ненавистью:
— Разберёмся! Сейчас все дружно проедем в отделение и поговорим!
— Дядя Игорь, не делай этого! Я начистил морду Илье, но за дело. Тоня говорит правду. Она его пальцем не тронула. Придурок в очередной раз пытался её изнасиловать. Забирай меня! — Макс со стянутыми за спиной руками рычал от бессилия.
Офицер не хотел его слушать.
— В отделение, я сказал! Руки за спину! — он лично надел наручники на тонкие запястья трусихи.
Сердце рвалось из груди.
— Вы не имеете права! Только не это… — рот открывался без слов. Голос пропал окончательно. Ноги отказались держать. Таня тихо сползла на землю…
Глава 25
Тоня
Никогда не думала, что станет невестой в такой короткий срок. От подачи документов до регистрации брака прошло полчаса, как и говорил Савва. Огорошенная Тоня не представляла, когда он успел купить кольца. Или это была заготовка с прицелом на будущее?
В большом, ярко освещённом зале присутствовало четыре человека. Артём с огромным букетом красных роз стоял на шаг позади. Аромат цветов заползал в ноздри. Люстра сосулькой свисала с потолка. Удивительно, что её до сих пор не снесла голова жениха.
Невозмутимая работница ЗАГС-а читала заученный наизусть текст, заглядывая в раскрытую красную папку лишь для того, чтобы правильно произнести фамилии. Шульгин с ещё более невозмутимым лицом внимательно слушал её сказку про вечную любовь и шанежки семейной жизни. Одна спортсменка до сих пор пребывала в полной прострации.
Артём сиял от счастья, радовался, что сумел так удачно пристроить сестру. Ещё не вышла замуж, а уже все в обновах при планшете и новом смартфоне. Малыш не понимал, что расплачивается за его новую жизнь не Таня, а её двойник, наступив на горло собственным принципам.
— Согласны ли вы, Татьяна…
Она на автомате согласно кивнула и долго не могла сообразить, что нужно сказать «да». Закрепляла брачный договор под внимательным взглядом Шульгина, чтобы не поставить случайно свою, родную подпись.
— Не нервничай! Я рядом и всё будет хорошо! — горячий шёпот обжигал дыханием, вызывая трепет в теле, и от этого хотелось зареветь.
— В знак любви и верности, молодожёны, обменяйтесь кольцами.
Руки дрожали, будто держала пальцами не золотой ободок, а пудовую гирю. Ухоженные, идеально отманекюренные ногти. Длинные ровные пальцы. Тепло от прикосновения к ним разлилось по телу. Пришлось мгновенно отвести ладонь, как от горячих углей. «Успокойся! Это только на время!» Уговаривать себя не получалось. От такой фразы стало хуже. Не хотелось на время, а возможно ли навсегда?
— Посмотри на меня! — прозвучало приказом. В серых глазах предвестие шторма, а в словах солнце, не успевшее скрыться за облаками. — Улыбнись! Я женюсь на тебе, а не на держателе акций. Запомни это и расслабься!
«На тебе» прозвучало чуть громче других слов. В голубых глазах дрожали слёзы. Савва поцеловал тыльную сторону узкой кисти. Каждый пальчик в отдельности. Надел на безымянный палец ободок, усыпанный бриллиантами и поцеловал ещё раз.
Ещё раз обещанное:
— Всё будет хорошо! — он обволакивал ароматом мужских духов, уверенностью, спокойствием, но всё вместе действовало не успокаивающе, а возбуждающе и с этим нужно что-то делать.
— Поздравляю, вы стали мужем и женой! — радость в хорошо оплаченных бизнесменом словах плескалась через край.
Тоня икнула. С тем же успехом представитель мэрии