Куча мыслей в голове, главная из которых, что можно выдохнуть, снимая с себя хоть часть вины. Не заметно, что Таня выросла счастливой в богатой семье. Чтобы довести Тоню до слёз, нужно очень постараться.
Приходилось прятать эмоции, рвущие душу. Винить себя не имеет смысла. Жалость к потерянной девочке сжимала сердце. Непреодолимое желание обнять, поцеловать, пообещать лучшее будущее.
— Идём, накормлю тебя ужином, и всё расскажешь.
Мягкие ладони прижали худышку к груди. Та замерла, не сопротивляясь, наслаждаясь тем, что происходит. На глазах слёзы от ощущений, заполнивших душу. Забытое наслаждение — слышать ритм ударов доброго сердца. Таня незаметно втянула аромат матери двойника. Приятный запах парфюма с нотками сладковатой свежести вкупе с уютом дома. Тонкие руки несмело обняли в ответ.
Из карих глаз по щекам текли слёзы. Татьяна гладила худенькую спину, обещая то, что намерена превратить в реальность.
— Свяжемся с Тоней. Пусть знает, я в курсе происходящего и готова во всём помогать. Может, получится перевезти твоего брата сюда? Вместе решим, что делать дальше.
Она не бросит детей женщины, у которой украла ребёнка. Пока не знает, как рассказать, что они одна семья, но точно не оставит в беде!
Тоня
Попасть в кабинет дяди оказалось не так просто. В последний момент выяснилось — Савва забыл сказать, что дверь будет закрытой.
Чуть слышный шорох за спиной заставил замереть на месте. Сердце быстро забилось. Страх, что кто-то обнаружит её, холодом сдавил желудок. Тоня осторожно вернула массивную ручку в прежнее положение и оглянулась.
В полутёмном коридоре брат показался маленьким привидением. Босые ноги перетаптывались на прохладном полу. Он приложил пальчик к губам и прошептал чуть слышно:
— Ты забыла про ключ… — Вытянутый вперёд маленький кулачок разжался. На ладошке «шпиона» лежал резной кусочек жёлтого металла.
Спрашивать, как он у него оказался, не имело смысла. Возможно, когда-то украли его вдвоём. Если есть ключ, то зачем спотыкаться ночью о мебель? Тоня чмокнула брата в щёку:
— Ты мой маленький супермен! Что бы я без тебя делала?
Он мгновенно уцепился за возможность избежать одиночества в тёмной комнате:
— Можно остаться ночевать с тобой?
Оставалось вздыхать. Ещё немного и он переберётся жить в её спальню.
— Конечно, куда мне деваться от супергероя?
Тёма быстрее сестры зашлёпал в её комнату.
Тепло, уютно… Тихое сопение мальчика рядом. Просыпаться не хотелось.
— Ты ещё спишь? — голос Лиды раздался, как шёпот монстра из подземелья. Тоня приоткрыла глаза. Толстые портьеры разошлись в стороны, запустив в спальню яркое солнце. — Завтрак не готов, дом не прибран! Поднимайся и вперёд! — перечисляла она тихим спокойным голосом, не подходящим под содержание. Хитрый взгляд брошен на циферблат дорогих ручных часов. — Надеюсь успеть выпить кофе до того, как поеду в салон.
Тёма прижался к тёплому боку. Тонкие руки полезли под одеяло. Пальцы вцепились в пижаму. Голубые глазёнки выпучены от страха. Он умоляюще смотрел на сестру, пообещавшую вчера, что теперь всё будет по-другому. Пришлось обнять малыша, чтобы успокоить. За каждый его страх готова растерзать родственничков. Она, зло зыркнув на тётку, прошипела сквозь сжатые зубы:
— Что из сказанного вчера ты не поняла?
Лида бросила взгляд на дверь, словно ожидала подмогу.
— Это ты, похоже, плохо расслышала. Мы с Валерой ваши опекуны! Ты должна нас уважать.
Тоня прислушалась к происходящему за стенами. Скрип ступеньки под поднимающимися по лестнице людьми. Савва предупреждал, что опекуны свяжутся с покровителем. Интуиция кричала, что вызов Лиды — подстава.
Она бросила взгляд на мигающий экран смартфона. Сообщения от Саввы. Первое из которых: «Приготовьтесь, сегодня с проверкой придёт управляющий трастовым фондом!» несколько запоздало. Но раз так…
Глава 17
Тоня
— Да ну, нафиг! — решение пришлось принимать моментально.
Через несколько секунд в спальне появится человек, от которого зависит финансовое обеспечение Тани с братом. У неё есть мгновение, чтобы показать реальное отношение опекунов к детям Королёва.
Тоня села на край кровати, оказавшись на уровне кулаков рыжей сволочи и резко наклонилась вперёд. Лида не успела отскочить. Пальцы автоматом сжались в кулаки и по привычке полетели в лицо нападающей подопечной. Тоня правильно подставила губы. Кровь хлынула из-под лопнувшей тонкой кожи. Привыкшая терпеть боль нагло ухмыльнулась в лицо опекунши. Она ещё раз ударилась о кулак жадной сволочи, размазав кровь по когтистым пальцам, и громко запричитала:
— Пожалуйста, пожалейте! Не бейте нас больше! — Дело секунды — рвануть на груди старенькую пижаму. — Мы помоем полы и приготовим вам завтрак. Я руками постираю ваше бельё. Простите, что проспали. Тёма всю ночь температурил. Дам лекарство, чтобы мог стоять на ногах, и он почистит вам обувь… — Получалось очень жалобно.
Тёма, завыл в голос, повторив за сестрой:
— Не бейте, пожалуйста, тетя Лида, хватит! Простите нас! Мы всё сделаем…
— Что здесь происходит? — на пороге возник пожилой седовласый мужчина. Он с ужасом переводил взгляд с окровавленного кулака рыжей лисицы на разбитые губы Тони и заплаканного малыша. — Вы утверждали, что дети агрессивные, отказываются вас слушать. Но здесь вижу совершенно противоположную картину! Я обязан вызвать полицию и заявить на вас!
Появившийся следом Валера попытался протестовать, но с фактами не поспоришь.
Старик побагровел, с трудом сдерживая злость. Вопросы вонзались гвоздями в крышку гроба опекунов.
— Почему дети готовят вам завтраки, моют дом, стирают бельё и чистят вашу обувь? Эксплуатируете детский труд? Выделяемых средств недостаточно на прислугу? А во что они одеты? Прав был Савва Николаевич! Стоило прийти на час раньше запланированного вами времени, чтобы увидеть реальную картину их рабской жизни!
Лида пробовала оправдываться:
— Это не то, что кажется. Она сама ударилась о мой кулак. Мы, я… — Женщина мычала, переводя изумлённый взгляд со старика на мужа. — Я как к детям к ним отношусь! Тёмочка, детка, иди ко мне… — Приторно-сладкий призыв стал последней каплей страха в душе малыша.
Вскочив с кровати, мальчик интуитивно бросился к защитнику. Слова плачущего ребёнка стали для того ещё одним шоком.
— Таня сама убирает дом, стирает, гладит и готовит. Мы всё делаем сами! — Испуганный взгляд брошен на дядю. — Они постоянно нас бьют! Обещают отправить жить в психушку.
Морщинистые руки гладили по светловолосой голове мальчика.
— Больше такого не будет! — старик с сочувствием смотрел в окровавленное лицо перепуганной,