Полина стояла рядом с Наташей. В руках она держала маленький глиняный флакон.
— Я сделала для неё... — тихо сказала она подруге, вытирая слёзы. — Я выварила смолу сосны и добавила туда мед. Это чтобы её духу было сладко идти к предкам.
Она осторожно поставила флакон у изголовья Миры.
— Спасибо тебе за всё, — прошептала Полина на ухо старухе, будто та могла её слышать. — Ты научила меня большему, чем я тебя.
Внуки и правнуки Миры развели под помостом небольшой костер из сухих ароматных трав, чтобы дым помог душе найти дорогу в верхний мир.
Бор, уже совсем седой и опирающийся на посох, произнес прощальную речь:
— Мира была достойной женщиной. Хорошей женой, заботливой матерью и бабушкой. Она умела мирить. Умела сказать свое слово так, что спорить уже не хотелось Она знала язык старых трав и язык новых знаний. Теперь она ушла к духам, чтобы рассказать им о нас. Пусть её путь будет легким.
Люди начали расходиться, оставляя Полину одну у помоста. Она села на землю, обхватив колени руками.
— Почему? — спросила она пустоту. — Почему те, кто учит нас жить, уходят так рано?
Ветер тихо шелестел в кронах дубов, легко касаясь, словно гладил ее по волосам… Это был не ответ, а просто утешение.
Жизнь снова вошла в свою колею. Зима прошла спокойно. Весна принесла новые надежды.
Но однажды ранним утром, когда солнце только-только позолотило верхушки холмов, а над долиной еще висел густой туман, в лагерь прибежал юный охотник. Он был бледен и тяжело дышал после быстрого бега.
— Та-Гар! Бор! — закричал он еще издалека. — Там! На Большой Воде! Люди!
Все выбежали из домов. Мужчины похватали оружие и побежали по направлению к берегу.
На горизонте, там, где вода сливалась с небом, виднелись странные силуэты. Это были не тюлени и не птицы. Это были... плоты. Много плотов.
— Они идут с заката, — выдохнул паренек. — на них много людей, воинов, очень много.
Та-Гар и Бор переглянулись. В их глазах не было страха, лишь ледяная решимость.
— Собирайте людей, — приказали вожди— Пусть женщины и дети уходят в лес, в укрытие на северном холме.
Полина подбежала к нему:
— Кто это может быть?
— Я не знаю, — честно ответил Та-Гар. — Но их много. А нас... нас теперь тоже достаточно много, чтобы защитить свой дом.
Рэй подошел к Полине и крепко обнял её:
— Береги Мию. И себя.
Кай уже раздавал приказы охотникам:
— Занять позиции на холмах! Стрелять только по моей команде!
Наташа прижимала к себе испуганного Сандра, а маленький Вик сидел в плетеной корзине за её спиной.
— Папа? Что случилось? Почему мы должны прятаться? — спросил Сандр, глядя на суровое лицо отца.
— Всё будет хорошо, сынок, — Кай присел перед ним на корточки и взъерошил ему волосы. — Ты помнишь, чему я тебя учил? Будь храбрым.
Мальчик серьезно кивнул.
Племя готовилось к обороне. Женщины уводили детей в лес, мужчины занимали позиции на склонах долины, откуда открывался отличный вид на берег.
Полина смотрела на приближающиеся плоты. Их был десяток. На них стояли люди. Много людей.
— Кто они? — прошептала она Рэю.
— Не знаю, — ответил он, сжимая в руках новый лук из ясеня. — Но похоже, наше спокойное время закончилось.
Солнце поднялось выше, освещая долину, которая за эти пять лет стала для них настоящим домом. И теперь этот дом предстояло защитить от тех, кто пришел с заката в поисках новой жизни... или новой добычи.
Солнце стояло в зените, превратив песок на берегу в раскалённую сковороду. Воздух был неподвижен и звенел от напряжения. Чужие плоты, десяток неуклюжих, но больших платформ, уже преодолели половину пути. На них не было видно ни женщин, ни детей. Только мужчины. Воины.
Та-Гар и Бор стояли на вершине холма, наблюдая за приближением врага. Их лица были каменными.
— Они не похожи на переселенцев или тех, кому нужна помощь, — процедил Бор, сжимая древко копья. — Это стая волков. Смотри, на плотах нет ничего, кроме оружия и людей.
— Они пришли грабить, — кивнул Та-Гар. — Они увидят наши дома. Увидят наших детей и женщин. Они подумают, что мы слабы. Мы не должны допустить этого. Мы не можем пустить их в долину. Они должны умереть здесь, на берегу! Мы защитим свою землю.
Вокруг царила суета. Мужчины занимали позиции за валунами и поваленными деревьями. Луки были натянуты, стрелы лежали наготове. Кай и Рэй проверяли тетиву, их движения были быстрыми и точными.
К ним подбежали женщины. Впереди всех шла Полина, за ней — Ая, Лия и Зара (молодая рыжеволосая охотница из племени Бора). В руках у них были луки.
— Вы должны уйти! — рявкнул Рэй, увидев их. Его голос был хриплым от ярости и страха за жену. — Это не место для вас! Уходите в лес!
Полина даже не замедлила шаг. Она остановилась прямо перед ним, уперев руки в бока.
— Нет, — её голос был твёрд как кремень.
— Что значит «нет»? — Рэй шагнул к ней, его глаза потемнели. — Ты моя жена! Ты должна спасать мою дочь! Вы должны быть в безопасности!
— Я не вещь, чтобы меня прятать в безопасном месте! — Полина не отступила ни на шаг. — Я умею стрелять из лука лучше, чем половина твоих охотников! Я спасала жизни людям этого племени не меньше, чем ты! И сейчас я останусь здесь.
Рэй открыл рот, чтобы возразить, но его перебил Кай:
— Она права, брат. Они умеют не только варить травы и ухаживать за больными.
Ая выступила вперёд:
— Мы не будем прятаться, как испуганные дети. Это наш дом. Наши мужья здесь. Наши братья здесь. Если они будут ранены... кто перевяжет их раны? Кто вытащит стрелу из плеча? Старики? Или ты сам?
Лия и Зара согласно кивнули. Зара уже наложила стрелу на тетиву и прицелилась в мишень на берегу.
— Я попадаю белке в глаз с пятидесяти шагов, — спокойно сказала она. — Пусть эти чужаки подойдут поближе. Я покажу им, как умеют стрелять женщины долины.
Кай посмотрел на решительные лица женщин. Он видел в их глазах не страх, а ту же упрямую решимость, что горела и в его собственном сердце. Он перевёл взгляд на Наташу. Она стояла чуть поодаль, держа на руках маленького Вика,