В 1934 г. в этом районе был осуществлен тотальный снос всех зданий, и вместо необыкновенно живописного уголка города с главами и куполами церквей, башней и старинной крепостной стеной явилось взору унылое пустое пространство, окруженное глазницами плоских стен.
Храм Владимирской иконы Божией Матери у Владимирских ворот
Вместе со стеной Китай-города, с Никольской, или Владимирской, крепостной башней уничтожили и изящную небольшую церковку, уютно устроившуюся у самой башни. Ее забавная главка вся, как еж, ощетинившаяся колючками, выглядывает на многих фотографиях старой Москвы из-за высокой стены Китай-города.
Это был интересный образец скромной приходской церкви, выстроенной в стиле так называемого московского, или, как еще его называли, нарышкинского барокко. Название это было обязано многим постройкам, появившимся в конце XVII в. в усадьбах рода Нарышкиных, особенно таким ярким, как Покровская церковь в Филях или Братские кельи Рождественского монастыря.
Храм Владимирской иконы Божией Матери у Владимирских ворот. 1882 г.
Церковь около Владимирской башни также была связана с Нарышкиными – на этот раз с Натальей Кирилловной, той самой, благодаря которой и возвысился этот небогатый и невидный мелкопоместный род из Тарусы после того, как Наталья Кирилловна стала в 1671 г. царицей, женой царя Алексея Михайловича.
Уже царицей-вдовой Наталья Кирилловна выстроила эту церковь в Китай-городе. Начатая строением из доходов Стрелецкого приказа 30 июля 1691 г., она была освящена 29 октября 1694 г. во имя Владимирской иконы Божией Матери – наиболее почитаемой святыни Русского государства. Наталья Кирилловна считала эту икону и своей покровительницей, ибо ее день ангела приходился как раз на тот же день, когда празднуется память Владимирской иконы. И в новую церковь Наталья Кирилловна пожаловала именно ту икону, которой ее перед свадьбой благословили родители. Икона эта много лет бережно хранилась в церкви.
Выбор места для строительства храма был отнюдь не случаен. На воротах башни Китайгородской стены с давних пор находился список с иконы Владимирской Божией Матери (отчего и башня называлась часто Владимирской). Место для иконы было выбрано в связи с тем, что башня стояла на той самой дороге, на которой москвичи в 1395 г. встретили саму икону, перенесенную из Владимира в ожидании страшного испытания – неминуемого нашествия полчищ Тамерлана. Предводитель Орды, однако, внезапно повернул назад, москвичи поверили в чудесное заступничество Богоматери и через два года после этих событий на Сретение (слово, означавшее встречу) основали монастырь на месте встречи иконы.
С постройкой Китайгородской стены список с иконы поместили на воротах, а позднее устроили часовню, вместо которой затем построили храм Владимирской иконы Божией Матери.
Храм всегда был небольшим и бесприходным, приписанным обычно к Заиконоспасскому монастырю. Однако внутреннее его убранство отличалось богатством – есть сведения, что в храме находился иконостас, выполненный по рисунку В.И. Баженова (указ о создании иконостаса датируется 23 марта 1772 г.).
Интерьер церкви поражал великолепием: иконостас блистал золотом, икона Владимирской Божией Матери была в драгоценном жемчужном окладе с драгоценными каменьями, у Царских врат была икона Спаса Нерукотворного, написанная знаменитым изографом Симоном Ушаковым, в ризнице храма хранились старинная утварь, пожертвованная царицей Натальей Кирилловной, и пелена, шитая шелком по серебряной парче императрицей Елизаветой Петровной.
Все это было разграблено, а летом 1934 г. храм Владимирской иконы Божией Матери снесли.
Часовня Пантелеймона Целителя у Владимирских ворот
Из-за стен Китай-города, если смотреть на них с Лубянской площади, этаким гигантом казалось высокое сооружение с измельченным сложным декором, увенчанное куполом на высоком барабане, прорезанном узкими окнами. Можно было подумать, что перед зрителем большая соборная церковь, однако это была всего-навсего часовня.
Часовня Пантелеймона Целителя у Владимирских ворот. 1884 г.
При Богоявленском монастыре, на том месте, где на Никольскую улицу выходил монастырский участок (современный дом № 6), в 1873 г. по проекту П.П. Зыкова была построена небольшая часовня, посвященная св. Пантелеймону, прославившемуся исцелениями, и принадлежавшая русскому Пантелеймоновскому монастырю на Афоне.
Часовня была совсем небольшой, а молящихся в ней всегда было множество. В то время журнал «Всемирная иллюстрация» сообщал: «С раннего утра и до позднего вечера видите целыми группами входящих и выходящих людей, а также стоящих близ часовни в ожидании очереди приложиться к мощам св. великомученика и целителя Пантелеймона».
В 1880 г. потомственный почетный гражданин И.И. Сушкин, чей брат, архимандрит Макарий, был настоятелем русского Афонского Пантелеймоновского монастыря, пожертвовал монастырю участок земли в конце Никольской улицы у Владимирской башни, и там в 1881 г. началось строительство грандиозного сооружения – новой часовни Святого Пантелеймона. Автор проекта, архитектор А.С. Каминский, задумал создать новую высотную доминанту, отмечавшую выход Никольской к Лубянской площади и перекликавшуюся с целой системой вертикалей Китай-города. Любопытно отметить, что А.С. Каминский полностью перенес фасад старой Пантелеймоновской часовни на фасад своего здания.
Освящение построенной часовни состоялось 2 июня 1883 г., а в 1932 г. ее отобрали у верующих. Тогда в протоколах заседаний Моссовета опубликовали его решение: «Принимая во внимание, что группа верующих так называемой Пантелеймоновской часовни от пользования ею отказалась, подав о том письменное заявление, руководствуясь циркуляром ВЦИК и СНК от 8/IV-1929 г., указанную часовню закрыть, а помещение передать Управлению милиции гор. Москвы». Это решение было подготовительным этапом к сносу часовни вместе с уничтожением Китайгородской стены, церкви Троицы Живоначальной в Полях, храма Владимирской иконы Божией Матери.
В 1934 г. незаурядное произведение известного московского архитектора было сломано. Теперь тут располагается чахлый скверик, огражденный слепой стеной соседнего здания[6].
Церковь Николая Чудотворца «Большой Крест»
«Одной из наиболее серьезных утрат следует считать снос церкви Николы „Большой крест“» – этот спокойный тон авторов книги «Памятники архитектуры Москвы», изданной в 1982 г., вызывает сожаление, если представить значение потери и для Москвы, и для русского и мирового искусства.
Летом 1933 г. разрушители культуры снесли одно из красивейших московских зданий – церковь Николая Чудотворца, стоявшую на старинной московской улице Ильинке и прозывавшуюся в народе «Никола Большой Крест».
Церковь Николая Чудотворца «Большой Крест». 1882 г.
Возведена она была в 1680–1688 гг. богатыми купцами из Архангельска – братьями Филатьевыми, заказавшими построить себе такое великолепие, которое бы прославляло не только Господа, но и самих храмоздателей, их щедрость и ревность к богоугодным делам. Как и водилось тогда, часть церковного здания была оставлена храмоздателям – нижний этаж служил усыпальницей, а в собственно же церковь вели два входа через крыльцо, поднятое на трех арках и прекрасно украшенное резьбой по белому камню. Изящное здание было почти квадратным в