— Вот так, — говорит Жоаким. — Отпусти себя.
Урано равномерно толкается в ней, пока не останавливается через несколько сантиметров. Жоаким удерживает её лицо, тоже достаёт свою твёрдость и открывает ей рот.
— Соси его, пока он трахает тебя в зад. Давай, маленькая шлюха.. — Жоаким встаёт на колени перед слегка приподнятой кроватью и засовывает свой член ей в рот. Покорно, потому что у неё нет выбора, она принимает его. — Вот так, послушная. Дальше… глубже.
Я массирую её клитор. В это время Урано снова входит в неё — более властно и глубже.
— Чёрт, я почти полностью… в ней. — Он раздвигает её ягодицы, выходит и снова с гортанным стоном входит. — О да!
Мэдисон мучительно стонет с членом Хоакима во рту. Я трахаю её киску пальцами. Тут подходит Сатурно, хватает Мэдисон за ошейник и даёт блеснуть лезвию. Ох, чёрт. Он и правда это сделает. Прямо сейчас? И хочет её пометить?
Урано резко ускоряется, так что Мэдисон скулит и воет, пока Жоаким распускает её хвост, жёстко хватает за волосы и трахает ей рот.
— Чёрт, ты идеальна… давай, не останавливайся, — хрипит он, пока по её щекам текут слёзы.
Я чувствую, как её киска сжимается, как дёргается её жемчужина, и тру её ещё сильнее, пока она не извивается и не кончает во второй раз. Причём так громко, что её крики слышны далеко, потому что Жоаким на мгновение вынул из её рта свой огромный член и водит головкой по её щеке.
— Отлично, кричи! Кричи громче!
Тем временем к павильону подходят другие мужчины — Марс, Деметриус и Кэлвин, — а женщины, расположившиеся дальше на пляжных полотенцах, глазеют на нас. Все слышат, что мы с ней делаем.
— Сатурно, подожди. Начинай только когда я буду её трахать, ясно? — приказываю я ему, прежде чем он её порежет.
Урано, тяжело дыша, останавливается, выходит из Мэдисон и освобождает мне место. Я избавляюсь от шорт, встаю на колени между её ног, широко раздвигаю их и резко вхожу в её киску.
— Только не заходи слишком далеко… — угрожает она, оглядываясь через плечо.
— Не переживай. Я очень осторожен, — издеваюсь я.
Как давно я так не трахал её — быстро и по-звериному. Это словно состояние опьянения. Пока она продолжает сосать член Жоакима, я сжимаю её запястья и другой рукой вцепляюсь в её упругие ягодицы. Наверняка завтра она обнаружит на себе мои отпечатки пальцев. Я люблю оставлять следы на своих женщинах. Я даже всё ещё вижу слабые полосы от Сатурно на её заднице.
Сатурно по-прежнему держит её за ошейник, позволяя Жоакиму закончить. Рядом с кроватью Урано массирует свой член.
— Делите её, — предлагает Жоаким.
— Большое спасибо.
Я, каменно твёрдый, на мгновение замираю в ней, делаю вдох, затем выхожу. Жоаким тоже вынимает свой член. И вместе мы переворачиваем её на бок. Я ложусь под неё.
— Привет, птичка. Сейчас продолжим.
Сатурно удерживает её так, чтобы она могла сесть на мой член.
— Оседлай его, жемчужина. Понятно?
— И как? — запыхавшись и дрожа, спрашивает она. — Вы, ублюдки, связали мне руки!
— Верно. Я освобожу тебя.
Сатурно развязывает верёвки. В тот же миг, как она свободна, я тяну Мэдисон на себя и вхожу в неё. Ритмично и глубоко. Она даже подаётся мне навстречу — она никогда не показывает слабость. Это хороший знак, хотя не было бы катастрофой, если бы она дошла до предела.
— Хорошая девочка.
Грациозно она скачет на мне, откидывает волосы с лица, и тут Жоаким стаскивает её вниз.
— Ты ещё не закончила свою работу. Больше не можешь?
Иногда Жоаким бывает чертовски коварным.
— Ты этого хочешь? — провоцирует она его, хотя я держу её бёдра и трахаю.
Жоаким смеётся.
— Я хочу с тобой совсем другого. А теперь продолжай.
Когда грудь Мэдисон нависает надо мной, я зубами срываю тейп с её правого соска.
Её снова подчиняет Жоаким, и она продолжает сосать. Я лижу и сосу её сосок, кусаю его и затем чувствую, как становится чертовски тесно — Урано входит в её анус. Я на мгновение останавливаюсь, чтобы он привык к тесноте. Мэдисон стонет, напрягается и дрожит так сильно, что мне кажется, она раздавит меня своей маленькой киской.
— Чёрт! Как же это охуенно ощущается, — рычу я, фиксируя её ягодицы.
— И выглядит это тоже охуенно, — отвечает Урано. — Тебе бы видеть то, что вижу я.
Давно не было ни тройника, ни тем более четвёрки. Сейчас я даже немного завидую тому, какое зрелище ему открывается — два члена в Мэдисон.
И вот мы с Урано двигаемся в ней ритмично и глубоко. Она кричит от удовольствия с членом Жоакима во рту, едва в состоянии продолжать. Какой же чёртовски охуенный гэнгбэнг.
Чистое безумие!
Глава 9
Мэдисон
Моё тело больше не принадлежит мне. Мужчины пользуются им, управляют им, забирают всё. Поглощают меня.
Моя голова словно выметена начисто. В ней есть лишь эта чистая, необузданная, животная похоть. Я отдаюсь под их руками и хочу большего. Хочу чувствовать глубже, пробовать, слышать, парить.
Пока Урано и Нептуно одновременно двигаются во мне, Жоаким заставляет меня как следует довести минет до конца. И я хочу довести его, хочу быть лучше, чем Венера прошлой ночью, показать Жоакиму, что я умею, и что он больше никогда не испытает того, что происходит здесь.
Вдруг рядом с ним на колени опускается Сатурно, обхватывает моё запястье и ведёт мои пальцы к своему большому, наполовину эрегированному члену.
— Массируй его. Жёстко и быстро, пока тебя трахают. Меня это заводит.
В его лице отражается чистая жадность. Мы на мгновение встречаемся взглядами. Он проверяет по моим глазам, всё ли для меня в порядке. Конечно. Я не слабая.
Я делаю то, что он говорит, выполняю ручную работу, хотя это чертовски сложно — сосредоточиться сразу на четырёх — чёртовых четырёх — мужчинах одновременно, которые делят меня между собой.
Я стону, всхлипываю, хриплю и чувствую, как снова надвигается неизмеримый оргазм, готовый в любую секунду разорвать моё тело. Мой клитор дёргается и сильно пульсирует, соски болезненно напрягаются, а Нептуно крепко кусает меня за сосок, так