— Это очень важно, поверьте мне. Как для меня, так и для Руслана. Вы же не хотите ему зла?
Мужчина немного помялся, подумал, потом сказал:
— Хорошо, садитесь ко мне в машину. Перекинемся несколькими словами.
Мужчина нажал на кнопку брелока, дистанционного управления — щелкнул центральный замок, открывая двери. Обрадованный согласием мужчины ответить мне на несколько вопросов я открыл переднюю дверцу и скользнул на сиденье. Мужчина обошел автомобиль, сел на водительское место.
— Извините, для начала скажите, как вас зовут? — спросил я.
— Вадим Алексеевич, — ответил тот.
— А меня Сашей, — соврал я на всякий случай.
— Так что же вы хотели узнать о Руслане Семеновиче? — спросил он.
— Видите ли, Вадим Алексеевич, — начал я разговор на интересующую меня тему. — В прошедшее воскресенье Руслан Семенович был в гостях у некой Марии Горбуновой, и там произошло убийство.
— Да-да, — поддакнул Вадим Алексеевич. — Руслан Семенович упоминал об этом, говорил, что произошло убийство в стиле романов Агаты Кристи… Однако насколько я знаю, преступник уже известен, но он, правда, сбежал.
Я кашлянул, чувствуя как по моей спине вдруг поползли мурашки. Неужели Руслан Семенович, черт бы его побрал, в стихах и красках описал мое бегство? И, возможно, называл мое настоящее имя, фамилию и отчество. Счастье, что я додумался назваться не своим именем.
— Да нет, — сказал я тоном беспечного человека. — Преступника поймали, но вскоре отпустили за неимением улик, и теперь подозрение пало на всю компанию, бывшую у Марии Горбуновой на дне рождения. Ее муж, не очень-то надеясь на профессионализм полицейских, на всякий случай поручил мне параллельно расследовать это убийство и выявить настоящего убийцу.
— Гм, — сказал Вадим Алексеевич. — А я-то тут причем?
— Да в том-то и дело, что вы ни при чем, — я безмятежно улыбнулся. — Но я расследую это дело и хочу поговорить с попавшими под подозрение людьми.
— Вы что, подозреваете в убийстве Балагурова? — прямо спросил меня Вадим Алексеевич.
— Под подозрением пока находятся все присутствовавшие в воскресенье на дне рождения Марии Горбуновой, — безапелляционным тоном изрек я. — И мне очень хотелось бы узнать ваше мнение о Руслане Семеновиче.
— А что я могу сказать? — пожал широкими плечами мой собеседник. — Мужик как мужик, нормальный семьянин, непьющий…
— А как на ваш взгляд, мог бы Руслан Семенович совершить убийство?
— Убийство? — кустистые брови Вадима Алексеевича взлетели вверх. — Кто Руслан?… Да что вы… Он хороший мужик. Да и зачем ему убивать какую-то там Горбунову?
— Вот это мне тоже интересно. — Я побарабанил пальцами по «бардачку». — Ну, может быть, у него есть какое-нибудь хобби, страсть, увлечение…
— Ну, увлечения Балагурова вряд ли помогут вам в расследовании дела.
— Кто знает, — заметил я философски. — И все же?
Мой собеседник надолго замолчал. Теперь Вадим Алексеевич забарабанил указательными пальцами обеих рук по баранке.
— Понимаете, Александр, — наконец проговорил он, нарушая молчание. — Руслан Семенович, владелец фирмы. Он мой хозяин. Я не могу укусить ту руку, которая кормит меня. Надеюсь, вы меня поняли.
— Другими словами вы не хотите стучать на своего шефа, — сообразил я.
— В общем-то, да.
— Ну, так все же, есть у него увлечения или нет? — настаивал я.
— Все мы не без греха, — снова уклонился от прямого ответа Вадим Алексеевич. — Если хотите, я могу вам дать адрес человека, который охотно захочет с вами поговорить о Руслане Семеновиче.
— С чего это вдруг? — удивился я.
В карих глазах моего собеседника промелькнули веселые искорки.
— Понимаете, не так давно, этот человек работал в нашей компании, но в пух и прах разругался с Русланом Семеновичем и уволился.
— Ага, вы думаете, что тот в отместку расскажет какие-либо интересные факты из жизни своего бывшего начальника?
— Я этого не говорил, — хмыкнул Вадим Алексеевич. — Обратите внимание, вы это сами сказали.
Дальше говорить на тему о Балагурове не имело смысла. Вряд ли Вадим Алексеевич расскажет о своем начальнике что-либо интересное. Так что отказываться от его предложения не следовало.
— Что ж, давайте назовите имя и координаты этого человека.
— Где он живет, я не знаю, — ответил мой собеседник. — Где-то на улице Пионерской. Точнее сказать не могу. А вот работает он на Рязанском проспекте неподалеку от метро, в магазине стройматериалов. Консультант. Улица Линейная дом 25, кажется. Я случайно его встретил, когда ездил по делам фирмы. Зовут же его Потапов Антон Михайлович. А наша фирма называется «Стройбат».
— Что ж, спасибо за информацию, — поблагодарил я и стал прощаться. — Всего доброго.
Открыв дверь, я выбрался наружу и двинулся к метро. Доехав на подземке до Рязанского проспекта, вышел на поверхность земли и забил в телефон адрес места работы этого самого Потапова Антона Михайловича. Идти оказалось не так уж далеко, и я с удовольствием прогулялся по летнему городу. Мрачное настроение потихонечку начало развеиваться. «Не так уж пока все плохо, Игорек, — подбадривал я себя. — Я найду, обязательно найду этого проклятого убийцу Маши Горбуновой, так подло подставившего меня».
Я свернул на улицу Линейную, прошлепал по ней, примерно с полкилометра и отыскал нужный мне 25 дом. Он стоял в глубине квартала рядом с отделением почты и нескольких магазинов. Здание было одноэтажным, но довольно-таки вместительным. Я вошел в открытую нараспашку дверь, глянул по сторонам. Чего здесь только не было — все для нужд покупателя решившего сделать дома или на даче ремонт — от кафельной плитки и до громадных листов ДСП. Пахло краской, цементом, замазкой и еще чем-то, чем пахнет в магазине стройматериалов. Здесь было не так многолюдно и по большей части было больше зевак, чем покупателей. Я потоптался немного на месте, осматриваясь, засек снующего между штабелей, мешков с наливным полом и сухой штукатуркой мужчину в спецодежде защитного цвета. Подошел к нему.
— Извините, мне нужен Потапов Антон.
— А-а, консультант! — откликнулся мужчина на ходу. — Он вон там на другом конце магазина стоит. Высокий такой, круглолицый. — И мой собеседник устремился к мужчине и женщине, разглядывающим обои. — Могу чем-нибудь помочь? — изрек он с дежурной улыбкой.
Я же двинулся к человеку, на которого мне указал продавец. Он действительно был высок ростом, круглолиц, с мелкими чертами лица и неожиданно большой нижней челюстью. Узкие плечи, узкие бедра, делали его фигуру похожую на фигуру танцора, обычно они бывают такими вот шнурками, одинаковой ширины почти по всему телу, начиная от плеч и кончая стопами.
Я подошел к нему.
— День добрый! Извините, вы Антон? Консультант?
— Да, это я, — кивнул он, и на его лице тоже зажглась дежурная улыбка. Все они продавцы, менеджеры консультанты и прочий торговый люд одинаково улыбаются: