— На том острове были маги, — Хараш посмотрел на мужчину таким взглядом, что тот сразу почувствовал неладное. И предчувствия оправдались. — Такие как ты. По моим расчётам численности и силы им хватит на то, чтобы захватить остров. А будут они его ронять или нет, пусть сами разбираются. Абсолютов там не было.
— Зорги песчаные, вы столкнулись с людьми? — охнул Дармин. В голове тут же полетели сцены одна ужаснее другой. — Был бой⁈
— Нет, — глава качнул головой. — Так, небольшая стычка. Мы ушли.
— Правильно сделали, — быстро выговорил мужчина, судорожно пытаясь придумать, как же разобраться с этой ситуацией. Предполагалось, что контактов с людьми не будет в принципе. — Вам нельзя с ними сражаться, слышишь?
— Они на нас напали первыми, — в голосе Хараша не было угрозы, но зарождение какого-то оттенка злости Дармин ощущал.
— Неважно! Увидел таких магов — сразу улетаете! — повысил голос мужчина. Вот об этом и предупреждал Раст, он предвидел, что такое возможно…
Глава сощурился, сделал к Дармину два шага, оказываясь впритык, и посмотрел сверху вниз.
— Я не позволю убивать своих. Будут мешать, будут устранены, — коротко, но весомо уронил Хараш. — Первыми мы не нападали.
Дармин заскрипел зубами, сжимая кулаки. Воздух между ними сгустился, но отступать никто из них не собирался.
— Может, написать какое-нибудь письмо? — вдруг подал голос Йорал, слегка разряжая обстановку. — Раскинуть пару сотен листовок над гарнизонами людей? Сказать, что они — союзники? Слухи о них уже давно должны ходить по всем армиям, всё-таки не каждый день довольно небольшое войско роняет алларийские города. Да и незаметными их не назовёшь.
Дармин моргнул, отступил первым. Пожевал губами, прикидывая, что бы такого сочинить.
— Фадира позвать, что ли. Он, может, что толкового предложит, — заставил себя сказать. — Бумага и чернила у тебя есть? — он вновь посмотрел на Хараша.
Тот тоже словно сбросил напряжение, кивнул на стол.
— Ну так садись и пиши что-нибудь, что ты хотел бы сказать этим людям, — бросил Дармин, понимая, что реальную листовку придётся писать ему и Йоралу, вряд ли тёмные хоть что-то приемлемое смогут создать при их-то менталитете, но хотелось увидеть, на что они вообще способны.
— Писать? — Хараш с недоумением посмотрел на мужчину, даже не двинувшись с места.
— Ну да, — Дармин с лёгким раздражением повторил. — Пиши. Сам же сказал, что чернила и бумага у тебя есть.
Но больше понимания в белых глазах главы от его пояснения не появилось.
— Погоди, — с нехорошим подозрением Дармин дошёл до стола, глянул на карту лагеря и увидел то, чего опасался: там не было ни одной подписи, только рисунки. — Вы не умеете писать… — выдохнул он ошарашенно, перевёл взгляд на Йорала. — Это как вообще?.. как такое возможно?
Порывисто схватил со стола лист бумаги, быстро написал там имя Хараша, продемонстрировал тёмному.
— А это ты понимаешь? — спросил с надеждой. Была же у них необъяснимая связь с их именами при полной амнезии.
Но Хараш качнул головой.
— Вот это фокус, — Дармин потёр затылок, коротко выругался, но взял себя в руки. — Кто-нибудь из воинов при столкновении разговаривал с теми магами?
— Нет, мы не говорим в прямом смысле этого слова во время вылетов, — глава дошёл до своего спальника, сел, вытягивая уставшие ноги и считая текущий разговор бессмысленным.
Дармин кивнул сам себе, вспоминая, как один раз слышал массовый приказ Раста. При таких способностях нет смысла раскрывать рот, тем более там, где могут оказаться абсолюты-оракулы. Это могло быть просто опасно.
— Так, с этим разберёмся, — не стал дальше развивать тему мужчина. — Но открытие так себе… В общем, я тебя очень прошу, не вступайте в стычки с людьми, если в этом не будет необходимости, хорошо?
— Если не будет необходимости, — кивнул Хараш, соглашаясь.
Больше никакой информации получить не удалось, Дармин с Йоралом вернулись в их палатку.
— Я просто с ума сойду с этой выборочной амнезией. Стихия что, издевается? Тут сожгу память, тут не сожгу! — сокрушался мужчина, мечась по палатке. — Как вообще можно забыть язык, на котором говоришь? Нет, у них со словарным запасом и построением сложных предложений, конечно, дикие проблемы, но говорят же! Мысли свои максимально чётко формулируют.
— Знаешь, я мог бы помочь с этим, — медленно проговорил Йорал, задумчиво потерев недавно выбритый подбородок.
— Чем? — тут же замер Дармин с надеждой.
— Есть один древний алларийский диалект, он вымерший и не используется уже даже в хранилищах информации. Но я мог бы дать его письменность и произношение тёмным, — предложил аллар, осторожно смотря на мужчину, не зная, как тот отреагирует на такое.
Дармин сощурился, рассматривая эту идею с разных сторон. Вроде и разновидность бреда — давать убийцам алларов алларийский же язык. Но какие были варианты?
— Его точно никто не сможет распознать из твоих? — уточнил он.
— Точно. Я его знаю только потому, что в своё время был объявлен последним книжником. Это… — Йорал пощёлкал пальцами, пытаясь подобрать аналог в человеческом языке. — Что-то вроде хранителя древних неиспользуемых вещей, до которых больше никому нет дела.
Мужчина невольно усмехнулся такой формулировке.
— Давай попробуем. Других вариантов всё равно нет. Люди не должны понять, что такое эти тёмные воины, — решительно согласился Дармин.
Внедрять новое знание решили через шаманов — те, как управленцы тени, быстро приобрели среди войска большое уважение и почёт, хотя сами выдающимися воинами были далеко не всегда. Фадир их задумку поддержал и оказывал всяческое содействие. Оказалось, что беспрекословное подчинение — это полезная вещь, если ты хочешь чему-то научить огромное количество разумных. Никаких саботажей, никаких недовольных, только рвение выполнить приказ в полной мере.
А Йорал, казалось, язык стёр, тренируя произношение у шести шаманов — Хараш в этом на первых порах не участвовал, у него было и других дел по горло. Но его потом лично обучал Фадир, так что от остального войска глава не отставал.
— Ты хоть представляешь, какой обман века мы тут сейчас пытаемся создать? — со вздохом уточнил у аллара Дармин как-то вечером, таращась на костёр рядом с их палаткой. — Мы хотим выдать