Мысленно ставлю себе задачу принести сюда нормальный кофе. Хотя бы для себя. Потому что вот этот я пить не буду. Увольте.
Так, Маша, стоп, притормози. Тебя еще даже не взяли на работу.
Впрочем, что-то мне подсказывает, что возьмут.
Довольная собой, собираюсь уже вернуться к этому самодуру, как вдруг в последний момент понимаю, что даже не уточнила, какой кофе он предпочитает.
Да и черт с ним, собственно.
Беру из вазочки стики с сахаром и капсулы со сливками. На сегодня сойдет. В следующий раз уточню. Наверное.
Кивнув в подтверждение своим мыслям и сделав несколько глубоких вдохов, возвращаюсь в кабинет своего потенциального начальника.
Смолин, уткнувшись в какие-то документы, не замечает моего появления, а потому не обращает на меня никакого внимания ровно до тех пор, пока я не оказываюсь в непосредственной близости от его стола.
Да и тогда не замечает.
И что, интересно, его так заинтересовало?
— Гхм… — кашляю, привлекая его внимание, а сама, вытянув шею, заглядываю в документ.
Ну правда же любопытно.
Он, резко повернув голову в мою сторону, переворачивает лист, в содержимое которого только что так внимательно вчитывался.
Ну и ладно, не больно-то мне и хотелось знать, что там.
— Кофе, — уточняю очевидное, ставя кружку на свободный от бумаг и прочего бардака край стола.
Вячеслав Павлович окидывает меня снисходительным взглядом, его губы трогает едва заметная усмешка.
— Садись, — указывает на мое место.
Вздохнув, выполняю.
Сажусь напротив и выжидательно смотрю на Смолина.
Заодно его рассматриваю, уже не стесняясь, потому что терять мне нечего.
В целом, не такой уж он и страшный. Внешне так вообще — десять из десяти. Во всяком случае на мой, пока еще весьма скромный взгляд.
— Ты не уточнила, какой кофе я пью. — он, вполне ожидаемо, озвучивает недавно посетившую меня мысль. — Ты понимаешь, что это уже жирный минус?
— Так это вы должны были мне сообщить, какой кофе пьете, вы не уточняли, я сделала вывод, что вам все равно, — пожимаю плечами и натягиваю на лицо свою самую невинную улыбку.
Не признавать же за собой косяк.
Я с удовольствием наблюдаю, как лицо Смолина удивленно вытягивается. За тот неполный час, что я нахожусь в этом здании, я успела сделать некоторые выводы.
Главный — Смолин не привык к тому, чтобы ему перечили.
Как там было? Четко отвечать вопросы и ни в коем случае перечить?
— Я пью кофе без сахара, и не со сливками, а с молоком. В соотношении два к одному. И важно, у меня сильнейшая аллергия на корицу.
— Учту на будущее.
— С чего ты взяла, что у тебя здесь будет будущее? — щурится, наклоняет голову набок и смотрит так, как хищник смотрит на свою добычу.
— Ну зачем-то же вы мне эту инструкцию выдали.
Нет, все-таки не такой уж он и страшный.
Не орет даже.
— Испытательный срок неделя, — ставит меня перед фактом спустя несколько секунд давящего молчания.
Офигеть.
Нет, правда. Охренеть.
Это он что же, он сейчас согласился взять меня на работу? Меня?
Девчонку с улицы, вчерашнюю выпускницу колледжа?
Вероятно, все мысли, стремительно пронесшиеся в моей голове, сейчас очень хорошо отражаются на лице, потому что Смолин практически сразу опускает меня с небес на землю.
— Я повторяю, срок испытательный, и ты наверняка не справишься, — и снова эта кривая ухмылка на весьма красивом лице.
Вот же гад.
Мог бы и не быть мудаком, хотя бы недолго, исключения ради.
Впрочем, куда там. Учитывая ходящие о нем слухи, хорошо, что не выставил за дверь сразу, как я появилась в его кабинете.
— Посмотрим, — улыбаюсь приторно, просто на зло.
А потому что не надо меня пугать. Я и без него — пуганная.
— Твой первый рабочий день начинается сейчас, — ставит меня перед фактом, да таким тоном, что даже если бы у меня и были возражения, озвучить их я бы не осмелилась.
Все-таки зачатки инстинкта самосохранения у меня имеются. Я, конечно, за словом в карман не лезу, но и когда нужно промолчать, отлично понимаю.
Можно сказать, чуйка у меня имеется, врожденная.
— Надеюсь, это не проблема? — интересуется вкрадчиво.
— Не проблема.
Он еще раз проходится по мне взглядом, как-то странно морщится, после чего откидывается назад, сует руку под лацкан пиджака и выуживает из внутреннего кармана бумажник.
Достает из него пластиковую карту и протягивает ее мне.
Я недоуменно пялюсь на этого ненормального. Это еще что значит?
— Чего смотришь, бери, — кивает на карту.
— Зачем мне ваша карта?
— Затем, что на твоей денег не хватит, — отвечает ехидно, — ты будешь сидеть в моей приемное, первое, что видит каждый посетитель — моего помощника, у меня здесь бывают серьезные люди, ты должна выглядеть соответствующе. Одежда, макияж, прическа, маникюр. Поэтому сейчас ты берешь карту и идешь наводить красоту и менять тряпки из своего гардероба на что-то приличное.
Неприятно, конечно, но логично. Я бы могла сейчас обидеться, но не буду. В конце концов не каждый день богатеи предлагают мне свою карту.
— А вы не боитесь вот так отдавать свою карту в распоряжение совершенно незнакомому человеку? А что если…
— Давай без если. У меня есть все твои данные, далеко не убежишь.
Протягиваю руку и беру карту.
— Свободна, — бросает коротко, — и кофе забери.
Я мгновение рассматриваю карту, кручу в пальцах.
— А лимит по покупкам и прочим радостям какой? — уточняю на всякий случай.
— В пределах разумного.
— Это сколько?
— Ну ты же умная девочка, подумай и удиви меня, — смотрит пристально, клянусь, я вижу интерес в его взгляде.
— Окей.
Встаю, беру нетронутый кофе со стола и отчаливаю, чувствуя прожигающий спину взгляд Смолина.
Выхожу за дверь и облегченно выдыхаю.
А потом смотрю на зажатую между пальцами карту и едва успеваю подавить в себе восторженный визг.
Обалдеть же. Удивить говоришь? Это я могу!
Глава 5
— Вот твой пропуск, в карту встроен чип, система фиксирует пробитие, вплоть до секунды, впрочем, — Алена, девушка с ресепшена, одаривает меня сочувствующим взглядом, — в твоем случае вовсе не нужно напоминать о том, что незаметно ускользнуть пораньше не получится.
Момент, когда мы вдруг перешли на “Ты”, я как-то упустила из виду.
Я непринужденно пожимаю плечами и беру из ее рук пропуск, она, правда, сжимает его пальцами и отдавать мне не спешит.
— Как тебе удалось? — щурится подозрительно.
— Удалось что? — уточняю намеренно, пусть и понимаю, о чем она спрашивает.
— Не вылететь из его кабинета в