Не спешу ими воспользоваться. Лениво обвожу глазами соседние столики.
А вот и перспектива на этот вечер.
Нет, не хочется сегодня уединяться. Вопреки всему жду лишь легкого, ни к чему не обязывающего общения и флирта.
Девушка за столиком у окна выглядит прилично. Дорого, эффектно. Мне бы хотелось сейчас обыденной простоты, но ничего более подходящего не нахожу. Ладно.
Может, хоть так драть грудь изнутри сегодня перестанет.
Подзываю официанта и прошу передать девушке какой-нибудь десерт. Мне до лампочки какой.
Она лениво смотрит в тарелку, на официанта, оглядывает зал.
Осторожными изучающими взорами мы встречаемся не сразу. Я слабо киваю, подтверждаю ее догадки.
Жду, пока блондинка закончит подробный осмотр.
Да — и отлично. Нет — не беда. Я на отказах не зацикливаюсь. Меня только одна женщина умудрялась злить и доводить до белого каления своим «нет». И естественно, это была Настёна-сластена.
Отвлекаюсь ненадолго и запоздало возвращаюсь задумчивым взглядом к блондинке. Она уже расправилась с пирожным и аппетитно потягивает кофе.
Жду еще немного.
Поднимаюсь.
— Привет, — начинаю разговор приблизившись. — Не возражаете?
— Присаживайтесь, — отзывается она.
Ну это уж слишком легко, даже как-то неинтересно…
— Денис.
— Татьяна.
Завязывается легкий разговор, после чего я приглашаю девушку прогуляться, а потом на ужин.
— С удовольствием, — призывно улыбается она. А я чувствую укол разочарования. — Сто баксов.
Укол становится неощутимым. Эм… Что она сейчас сказала?!
— Я не расслышал немного: что, прости?
— Сто. Баксов.
У меня сначала вырывается неуместный смешок, а затем я тщательнее приглядываюсь к девушке. А она точно того стоит?…
— Ты не поняла, — неосознанно перехожу на ты. — Я не к себе зову. Просто. Пойдем, погуляем.
— Ногами, что ли? — кривится она.
— А что? Сотрутся?
— Ну, в любом случае. Дешевле не будет.
— Ты ненормальная? — развожу руки в стороны. У меня в голове не укладывается. Она серьезно?! — Я не прошу интимных услуг. Я предлагаю пройтись, пообщаться. Вечером поужинать.
— Ужин — плюс еще сотка. Думай.
Мои настройки сбились. Я возмущен настолько, что мне срочно требуется немного остыть.
— То есть я должен тебе заплатить за то, что ты со мной в ресторане посидишь и набьешь живот?
Но мадам ничуть не смущается:
— Да. Если только это.
— А за ночь сколько? — уточняю просто ради интереса.
От услышанного внутри гаснет что-то. Нет, не потому что я финансово не потяну. А потому что вокруг — вот это. Полное дерьмо. Блестящая дешевка. Уму непостижимо. Я просто поболтать хотел. Да, готов заплатить за нее в ресторане, вообще не вопрос. И цветов не жалко. И на такси домой ее отправил бы. Но вот с такими запросами?!
— У тебя с головой проблемы? — ужасаюсь я. — Или другие способы заработать закончились? Да я лучше бывшей жене тачку новую куплю, чем тебе бабки скину за прогулку.
— Ну, не нравлюсь, не плати. Какие вопросы? Кому надо — платит.
Еще так противно глаза закатывает и губы дует.
Это отвратительно.
— И видимо, очень сильно потом жалеет. Не буду мешать охотиться. Пойду после твоего столика руки продезинфицирую.
Она что-то хочет сказать в ответ, наверное, уколоть как-то. Но выходит у нее только смешное:
— Да сам ты заразный! Придурок!
Куда этот мир катится?
Глава 4
АНАСТАСИЯ
— Как все прошло? — интересуется сестренка и сует свой разлюбезный любопытный нос в мой холодильник.
— Терпимо. Только я осталась без машины. А Денис меня выручил.
Леркина спина застывает, так и не успев распрямиться.
— Что?!
— Опять какие-то проблемы с двигателем. Дэн посоветовал мне хороший сервис. И нечего так лыбиться!
— А ты его точно разлюбила?
Мелкая ехидна.
— Точнее некуда. И куда это мы торт потащили?!
Я принимаю в руки квадратную картонную коробку и ставлю на стол.
— Именно поэтому ты ни с кем не встречаешься после вашего развода?
— Лер, я ни с кем не встречаюсь после развода, потому что мне некогда. И потому что я дышу полной грудью, и новых мужиков мне обстирывать очень уж неохота! Вырастешь — поймешь!
— По-дууу-маешь… — тянет Лера с обидой в голосе. — И вообще-то я уже взрослая!
— Взрослая — я. А ты мелочь пузатая.
Сестренка кривится и, облизываясь, косится на торт. Я понимаю, что Лерка уже и правда выросла, но для меня она — козявка, которая пыталась столкнуть меня с кровати в детстве, перетягивала мое одеяло и жаловалась маме, что все конфеты я смолотила в одно лицо.
Лера торжественно поднимает картонную крышку.
— Ммм, крем-чиз? — расплывается в улыбке.
— Точно. Угощайся. Я пока в душ.
— Тебе чай наливать?
— Обойдусь.
На ходу раскладываю вещи. Торт на ночь?! Утром я себя прокляну!
Через две минуты Лерка уточняет с набитым ртом:
— Насть! А ты мне второй комплект ключей оставишь на утро?
Я, потирая глаза от усталости, вновь заглядывая на кухню:
— Зачем это?
— Занятия начинаются в одиннадцать. Я бы выспалась.
Как будто у меня есть выбор.
Закатываю глаза. Лерка с мамой живет, но ко мне частенько приезжает с ночевкой.
В душе стою долго.
Воду включаю погорячее, подставляя спину.
Тяжелые крупные капли обжигают. Хочется согреться. Потому что как-то зябко внутри.
И до сих пор пальцы ласкает мягкость его губ, и внутри все сжимается от трепетного «Настёна».
И вообще, он сказал, что счастлив свободе. Какие тут могут быть комментарии?
«Номер поменял… Запишешь?»
Ой, да что толку? Так бывает, порознь лучше, чем вместе!
И прошедший год нам это доказал!
Из душа выползаю разморенной. Сейчас кремом лицо намажу и…
Ступив в коридор, замираю, уставившись на порог.
— Лера! — грозно зову сестру.
Что это вообще такое?!
— А? — показывается довольная моська из-за двери. — Увидела уже.
Скалит зубки.
— Лер. Что это за букет?
— Понятия не имею. Пока ты в душе была, курьер приехал. Сказал, для Анастасии. Я и забрала.
Ступор проходит быстро.
Кроме бывшего, больше некому.
— Записки нет, я проверяла, — ликует сестренка. — Думаешь, Денис?
— Это его стиль. Но странно.
— Да это ты странная, Насть. Тебе цветы домой привезли. Посмотри, какой букет роскошный. А тебе странности мерещатся. Широкий жест!
Поднимаю руку и медленно веду