Мир будто завис.
Я не дышу.
Он тоже.
В груди резко вспыхивает паника — горячая, обжигающая. Щеки тут же вспыхивают алым, жар разливается по всему телу.
Я судорожно хватаю полотенце, прижимаю его к себе, но черт подери, кажется, уже поздно — Назар уже все увидел.
Сердце грохочет в ушах, кажется, даже воздух в ванной становится тяжелее.
— Ч-что ты… — мой голос предательски срывается.
Назар моргает, будто только сейчас осознает, что произошло. Лицо мгновенно меняется — глаза расширяются, скулы напрягаются.
— Черт, — выдыхает он, и резко отворачиваясь.
Я чувствую, как меня буквально прожигает стыд. Такого позора в моей жизни еще не было.
— Прости, — глухо бросает он и, наконец, закрывает дверь.
Я стою посреди ванной, вцепившись в полотенце, и чувствую, как сердце бешено колотится.
Все. Теперь мне точно никогда не забыть этого позора.
Глава 5. Назар
Я захлопываю дверь и бью себя по лбу. Сердце стучит, как бешеное, а в голове мелькает образ, от которого сносит башню.
Горячо.
Блядь.
Я веду себя так, словно впервые бабу голую увидел. Но это не просто баба. Это Рая. Рая, у которой нежная, гладкая кожа, тонкая талия, изгибы, от которых у нормального мужика сносит башню. Все это мелькнуло перед глазами в один неожиданный миг, как кинематографическая вспышка, и оставило после себя возбуждение, которое никак не гаснет.
Черт.
Мне срочно нужен холодный душ.
Только вот проблема.
В душе — она.
Я делаю несколько глубоких вдохов. Ну все, хорош. Контролируй себя. Выдох. Вдох. Но член налился и уперся в ширинку, будто отказываясь уступать место здравому смыслу.
Я сжимаю кулаки, впечатывая ногти в ладони, и заставляю себя отвести взгляд от двери ванной.
Я резко разворачиваюсь, выхожу в коридор и направляюсь на кухню.
Вода. Мне нужна ледяная вода.
Открываю холодильник, хватаю бутылку и прикладываю ко лбу. Не помогает. Делаю несколько жадных глотков — бесполезно.
Господи, мне двадцать шесть, а я стою тут, как долбаный подросток, которого срубило от первого же намека на голую женскую грудь.
Я скриплю зубами и снова пытаюсь вытолкнуть из головы ощущение, что ее кожа была бы горячей под моими пальцами.
Черт.
Нужно проветриться.
Я хватаю сигареты, выхожу на террасу и, пока закуриваю, повторяю про себя, как мантру:
Рая под запретом. Она — сестра друга. Ее нельзя портить. Запомни это, идиот.
Немного успокоившись — насколько это вообще возможно в такой ситуации, — я направляюсь в гостиную искать мать. Полное спокойствие. Никаких тревог.
В отличие от меня.
Она в гостиной, с книгой и чашкой чая.
Я останавливаюсь напротив, скрещиваю руки на груди.
— Мам, — начинаю спокойно. — Ты же сказала Рае, что у нас смежная ванная комната?
Она поднимает голову, моргает, будто не сразу понимая, о чём я.
— А?
Я сжимаю челюсть.
— И что дверь с моей стороны надо закрывать, когда она ею пользуется?
Мамины глаза расширяются. Она резко ставит чашку, встает.
— Ой… забыла.
Ну, это я уже понял.
Я сжимаю челюсть, но внешне остаюсь спокойным.
— Ладно, я сам предупрежу.
Хотя вообще-то в этом уже нет никакой надобности. Она наглядно все поняла десять минут назад. Мне срочно нужно выметаться из дома, потому что если я останусь…
Я качаю головой, хватаю ключи и направляюсь к выходу.
— Мне нужно идти. Буду поздно.
Мама хмурится.
— Что-то случилось?
Да, мать. Твой сын стоит на грани того, чтобы сотворить херню века.
Но вслух говорю:
— Нет, просто дела. Буду поздно.
Пауза.
Потом, не удержавшись, усмехаюсь:
— Ты же всегда о дочке мечтала. Вот тебе шанс примерить на себя роль матери. Свози ее куда-то, развлекитесь, как это девочки обычно делают.
Мама закатывает глаза, а я е открываю дверь и выхожу. Свежий воздух не помогает.
Вот это друг мне подкинул проблему.
Глава 6. Рая
— Может, в торговый центр съездим?
Я моргаю, переводя взгляд на Оксану Рудольфовну. Сначала даже не понимаю, всерьез ли она. Я собиралась тихонько отсидеться в своей комнате после того, что произошло. Я все еще чувствую глубокий стыд и мне страшно встретиться с Назаром. Честно говоря, проскользнула даже мысль вызвать такси и тихонько сбежать из этого дома, лишь бы с ним не видеться.
— Вам не нужно обо мне беспокоиться, — смущенно улыбаюсь я.
— Глупости, — мягко отмахивается она. — Ты же гостья. Да и после дороги всегда полезно размяться, проветрить голову.
Я не спорю.
Во-первых, она действительно приятная женщина — ухоженная, элегантная, с какой-то материнской теплотой в голосе. Во-вторых, хоть я и не фанатка шопинга, но мысль провести время подальше от этого дома меня определенно радует.
— Хорошо, поехали, — соглашаюсь я. — Только дайте мне минутку, а волосы досушу.
Я быстро собираюсь. Бросаю в сумку телефон, расчёску, хватаю свою куртку. Мы выходим на улицу и идем к гаражу. Внутри стоит машина, которой я раньше не видела. Не та, на которой Назар меня встретил.
Я незаметно осматриваюсь. Но ни Назара, ни его машины нет. Он куда-то уехал и мне становится спокойней дышать. Я не решаюсь спросить у его матери вернется ли он, разве это не будет странно? По дороге в торговый центр Оксана Рудольфовна расспрашивает меня чем я занимаюсь и где учусь. Торговый центр огромный. Я не привыкла к таким. Людей много, но мне нравится этот ритм.
Оксана Рудольфовна уверенно ведет меня по магазинам и, если честно, мне с ней неожиданно легко. Такое ощущение, будто я прогуливаюсь с подружкой.
Когда я признаюсь, что приехала на танцевальный турнир, она хвалит мою целеустремленность.
— Это такой труд, — говорит она. — Бальные танцы — это же не просто кружок для развлечения. Это дисциплина, годы тренировок. Ты молодец, Рая.
Я смущенно улыбаюсь. Приятно, когда твое увлечение хвалят.
Мы прогуливаемся по галерее бутиков, и вдруг Оксана Рудольфовна останавливается.
— О, посмотри, какая красивая вещь, — она указывает на витрину.
Я машинально оборачиваюсь. Кофточка и правда шикарная. Бросаю взгляд на ценник и разочарованно вздыхаю. Слишком дорого.
— Давай зайдем, — прежде чем я успеваю что-то сказать, женщина хватает меня за руку и затягивает в бутик.
Я сразу чувствую себя немного не в своей тарелке.
Оксана Рудольфовна уверенно подходит к стойке, берет кофточку в руки, оценивает ткань.
— Она просто чудо, правда?
Я киваю. Кофта правда красивая. Нежный, бежево-кремовый оттенок, тонкое кружево по краям рукавов.
— Ты должна её примерить, — решительно заявляет Оксана Рудольфовна.
— Ой, нет… — я тут же мотаю головой.
Но она уже машет рукой