– Я сделал вашему батюшке укол, – обратился он к девушке. – Минут через десять он заснёт, можете пока посидеть с ним.
Николь поднялась в спальню. Хаим присел за стол. Лицо его, и без того с вечно печальными глазами, было сейчас крайне обеспокоенным:
– Завтра утром я попросил бы вас привезти господина Авенса в клинику колледжа. У нас есть новый лучевой аппарат Конрада, с его помощью можно получить снимок лёгких больного. Однако, – он вздохнул, – эффективных методов лечения у нас для таких случаев нет. Остаётся только облегчить симптомы и надеяться на силу организма. В конце концов, он сопротивляется болезни уже полгода.
– Облегчить симптомы? – будто заворожённый, повторил Лайош.
– Щелочные ингаляции, диета, прогулки. Я дам мадемуазель все необходимые наставления, это не составит сложности.
– У Николь больное сердце, – с трудом выговаривая слова, пробормотал сыщик. – Ей тяжело много ходить. Тем более по Лестницам.
– Тогда эту обязанность мы возложим на вас, – ободряюще улыбнулся доктор Герш. – Парк у маяка Королевы Анны вполне подойдет.
– У маяка?
– Он ведь ближе всех, – неуверенно заметил Хаим.
– Простите, доктор. Я немного…
– Понимаю. Не стоит извиняться. Господин Шандор, – медик теперь тщательно подбирал слова, – скажите, откуда вообще к вашему тестю попал тот злополучный металл?
– Купил у какого-то матроса. Тот считал, что это серебро, и хотел продать его ювелиру, другу господина Авенса. Томас как раз был в гостях у ювелира… А что? – взгляд Лайоша стал более осмысленным. Он оправился от первого потрясения, и в нём постепенно оживало вечное стремление действовать.
– Дело в том, – Герш говорил всё так же осторожно, явно опасаясь сказать лишнее, – что я однажды уже видел подобные признаки. Собственно, почему я и хочу прибегнуть к методу Конрада – если на снимке обнаружится то же, что мне доводилось встречать прежде…
– У кого вы встречали подобное, доктор?
Хаим печально шевельнул своими моржовыми усами:
– У трупа. Меня приглашали провести вскрытие. Простите, но больше я ничего сказать не могу. Врачебная тайна.
– И государственная, – понимающе кивнул Лайош. Герш удивлённо вскинулся:
– Я этого не говорил.
– Не говорили. Но, если возможно, ответьте: это случилось с полгода тому назад? Покойный – человек со шхуны «Русалка», стоявшей тогда в порту? Торговый агент с Валькабары. Как бишь его… – Шандор смотрел в потолок, припоминая. – Ре… Ро… Райерс. Острая сердечная недостаточность. Так? – сыщик перевёл взгляд на медика.
Доктор едва заметно кивнул, всё ещё пребывая в изумлении. Лайош не смог сдержать торжествующую улыбку: вся картина вдруг разом предстала в его мыслях, цельная и полная. Сыщик посмотрел на Ла-Киша и сказал:
– Кажется, Гарольд, у меня всё-таки есть шанс выиграть эту партию.
* * *
В половине седьмого старый эсквайр, но теперь с небольшим мешочком в руках, вновь появился на Лестницах, поднялся до уже знакомого перекрёстка и, свернув влево, зашагал к Дубовому Холму. Если агенты СКС сумели взять след Шандора, сейчас для них был самый подходящий момент, чтобы покончить с нежелательным свидетелем.
«Забавно, – подумалось сыщику, – я ведь в самом деле нежелательный свидетель. Хотя и не в том смысле, как думает Ардаши».
Однако ни на подъёме, ни в закоулках, ни на хорошо знакомой маленькой площади с крохотным сквером, Лайошу не встретилось никого подозрительного. Это, впрочем, ничуть не успокаивало, и большую часть пути сыщик держал руку за пазухой, готовый в любую секунду выхватить револьвер.
Почти все лавки и конторы в честь праздничной недели работали только до четырёх часов, так что сейчас прохожие торопились либо по домам, либо в пабы, в каждом из которых за счёт казны выставлялся сегодня вечером большой бочонок эля. Разумеется, «за счёт казны» означало за счёт городских советников и, таким образом, за счёт самих же горожан, но мало кто задумывался об этом, наслаждаясь «дармовым» угощением.
На улице Возчиков навстречу Шандору попалось всего два-три человека. Сыщик миновал дом Папаши Стэна и свернул влево. Небо уже украсили первые звёзды, но фонарь всё ещё стоял погасшим, и в тупичке не было не души. Добравшись до калитки последнего дома, Лайош толкнул её и вошёл во двор. Без стука отворил не запертую дверь, прикрыл за собой и негромко позвал:
– Мадемуазель Айви?
– Я здесь, – отозвались из комнаты справа.
Она стояла у небольшого журнального столика, наливая себе кофе. На этот вечер женщина предпочла «раздвоенную юбку», только-только вошедшую в моду и вызвавшую массу споров, в основном со стороны поборников нравственности. По сути, это были очень широкие брюки, не стеснявшие движений – а двигаться сегодня графиня явно предполагала много. Более того, на столике перед Айви лежал револьвер Жирара: шестизарядный вариант с дополнительным однозарядным стволом-картечницей.
– Макс? – увидев «эсквайра», женщина расхохоталась. – А у вас, оказывается, актёрский талант. Хотите кофе?
– Не откажусь.
– Вы не думали, вдруг я вас отравлю? – иронично поинтересовалась Айви, наливая в фарфоровую чашечку ароматный кофе.
– Но ведь не раньше, чем мы встретимся с графом Ардаши. Хотя у вас и так было немало возможностей убить меня.
– Верно.
– К тому же если вы решите расправиться со мной, то останетесь без подарка, – предупредил Шандор, садясь в кресло.
– О-о-о! – протянула графиня, опускаясь во второе кресло. – Какой вы любезный кавалер, Макс. Знаете, я даже немного завидую вашей невесте.
– Вряд ли в нынешней ситуации есть хоть малейший повод для зависти.
– Ситуация разрешится, – изящно повела рукой Айви. – Так или иначе. Вы прибережёте подарок на потом, или покажете сразу?
– Думаю, я могу отдать его сейчас, но объясню суть позже. Люди барона уже здесь?
– Дежурят в саду.
– Я никого не видел.
– Так ведь в этом и суть, нет? – улыбнулась собеседница.
– Они просто позволили мне пройти, – упрямо продолжал Лайош. – А если бы это оказался сам граф?
– Они начнут действовать, только если услышат в доме выстрел, либо звонок, – Айви легонько похлопала по столешнице. – Снизу кнопка, трезвон будет на всю округу. Но тут уж или дело – или спокойный сон добропорядочных горожан. В этом тупичке всё равно нас никто не побеспокоит, а, учитывая недавние события, вряд ли соседи вообще рискнут высунуть нос на улицу.
– Вот, – Лайош положил к ногам женщины свой мешочек.
– Что там?
– Детали для часов.
– Как мило. Вы умеете заинтриговать, Макс.
– Как и вы, мадемуазель, – заметил он. – Скажите, откуда вы так хорошо знаете планировку дома Папаши Стэна?
– Что-что?
– Сегодня в конторе. Вы описывали его дом так, словно бывали там. Тоже брали кредиты?
– Думаете, мне нужны кредиты? – насмешливо фыркнула графиня.
– Что же тогда? Или это секрет?
– Секрет. Страшный и опасный.