Когда город медведей скрылся из вида, а солнце поднялось к зениту, я прошёл в трюм галеры, куда оборотни сгрузили запасы еды. Нашёл бочку со странным красным луком. В отличие от того, что выращивали в Империи для нужд легиона, красный лук был более сладкий, сочный и не такой горький. Очистив кожуру, я откусил, чувствуя, как пробирает горечь, затем быстро сменяется сладким привкусом. Покачав головой, я захватил пару сочных морковок, направился к выходу, но остановился у ряда бочек. Постучал по крышке одной из них.
— Не сиди долго в бочке, заболеешь, — сказал я и вышел из трюма. Увидев рядом Рикарду, протянул ей вторую луковицу с морковкой. — Хотите?
— Что, наконец едем домой?
— Домой, — сказал я. — Заберём золото и прямиком в Виторию. Знаете, о чём я сейчас вспомнил?
— Не знаю. Соглашусь с Илиной, понять, что происходит у тебя в голове, невозможно, даже если намерения чисты и открыты, — она забрала луковицу и принялась зубами срывать кожуру.
— Это потому, что вы всё и всегда усложняете, — отозвался я. — А вспомнил я о том, что мы забыли Персиваля и его друга.
— И не напоминай, — она поморщилась. — Если они в этих краях сгинут, Империя вздохнёт спокойно. Но что-то мне подсказывает, что большие неприятности ждут не их, а этого демона чернокожего. Не знаю более целеустремлённого человека, чем Персиваль. И только потому, что они поехали за головой демона, я их не убила.
— Кстати, как Вам путешествие?
— Знаешь, а это было увлекательно, — она рассмеялась. — Прогулка на огромном черве, наги, медведи, жуки-людоеды. Впору идти к Эрнесту Солу, чтобы он сочинил ещё одну героическую балладу. Ты знал, что, когда северяне разрушили Толедо, он перебрался в столицу?
— Нет.
— Зайди к нему, — сказала она. — Расскажи о Мон-Бевре, о медведях и болотах. Чтобы у людей не возникали глупые вопросы, где герцог Хаук пропадал целый месяц.
— Так он до лета её писать будет.
— Ты его плохо знаешь. Если хорошо заплатить, управится недели за три.
Мы посмеялись, постояли минут пять, глядя на проплывающий мимо берег.
— Все огненные псы настолько же сильны, как Аш? — спросила она.
— Нет. Это как сравнивать обычного целителя, с пятого курса академии, со мной. Они сильные, да, но Аш… Теперь представляете, что я чувствовал, когда стоял лицом к лицу с главной самкой огненных псов? А она была огромной. Для неё заклинание Фракты не страшнее комариного укуса.
— А ты пошёл к ней один, — она ткнула меня пальцем в плечо. — Беспечный мужчина.
Рикарда видела, что я серьёзно поговорил с Аш, поэтому не стала затрагивать эту тему. Хотя намерение у неё такое было.
— Ладно, пойду спать, — я зевнул. — Хорошо бы уснуть и проснуться уже в Лекке.
— Как ребёнок, — она покачала головой и подтолкнула меня в сторону палатки.
Незваная гостья на галере, о которой не знали только Клаудия и Вигор, решила выйти из своего убежища только утром второго дня, когда до устья реки было рукой подать. Точнее, она выбралась тайком ещё вечером, но ночь провести решила в бочке. Можно было догадаться, что она захочет отправиться с нами. При этом и сын князя, и старая бабка хотели посадить её на галеру едва ли не силой, но девчонка оказалась любопытной и умной, поэтому устроила всё без чьей-либо помощи. Монна её поймала утром недалеко от палаток асверов и, пока все просыпались, успела накормить и немного привести в порядок. Собственно, перед нами Маргед предстала не в платье, а в мужской одежде наёмника, немного великоватой, которую она умудрилась стащить у сына князя. Увидев меня утром, она сразу и заявила, что я должен взять её в ученицы, потому что она умная, старательная, а главное — одарённая. Я бы поправил, что главной её чертой была наглость, но это присуще всем оборотням в её возрасте.
Брат князя советовал мне высадить нахалку, говорил, что это забота старой бабки учить таких, как она. Если честно, я думал так и поступить, но для начала решил рассказать ей о целителях и магии. И это заняло целый день. Маргед оказалась хорошей слушательницей, впитывая каждое слово. К нам ещё присоединилась Кифа и несколько любопытных девушек из числа асверов. Потом прошёл ещё один день, затем ещё. А потом от Монны я узнал, что её брат был влюблён в красивую девушку, старше его на год. Она была ученицей старухи, но знания давались ей с большим трудом. После какого-то обряда девушка долго болела, а её лицо покрылось страшными серыми пятнами. Гайра это не испугало, и он даже обещал взять её в жёны, когда ему исполнится пятнадцать лет, но до этой даты девушка не дожила. Сгорела буквально за несколько месяцев. И такая участь ждала восемь из девяти одарённых, попавших на учёбу к бабке. Как я понял, старуха и сама рада была передать знания о магии, но многого просто не понимала, а её объяснения были путанными и туманными. Гайр и сбежал из дома, когда услышал, что по реке идёт галера торговца желаниями. Сказал Монне, что хочет сделать так, чтобы одарённые дети больше не умирали в муках.
Обратный путь до Лекки занял на три дня меньше по времени. Всё дело в крепком попутном ветре, норовившем отбросить галеру далеко от берега, но Родри оказался опытным капитаном, и берег из виду мы не потеряли ни разу. Единственной проблемой стал проход по реке в сторону Лекки, но и он не занял много времени. Долгая дорога изрядно утомила всех, в том числе и меня. Не передать те ощущения, которые мы испытали, услышав голос одного из оборотней, когда он крикнул, что впереди появилась крепость. К четырём часам дня мы вошли в порт Лекки, где нас встречала городская стража и пара чиновников. Они наверняка ждали торговца, чтобы взять с него пошлину, поэтому сильно удивились, увидев отряд сердитых асверов и большую чёрную собаку.
— Спасибо, что доставили нас в Империю так быстро, — сказал я Родри, крепко пожал ему руку. — Буду на юге, обязательно