— Я… в институт опоздал… — пробормотал Ярик, размазывая по тарелке кашу. — Даш, как я вообще здесь…
— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — поинтересовалась она. — Или, может, вообще жалеешь, что очнулся здесь, а не в подворотне?
— Это не то, Даша. Не недоверие, — твердо произнес он. — Я не хотел тебя волновать.
— Да уж понятно, — согласилась она. — Но если ты все же здесь, у меня… Может, объяснишь, что случилось?
— С отцом поругался, — коротко ответил Ярик и набросился на кашу.
Даша дождалась, когда тарелка опустела.
— Он узнал о нас?
— Нет. — Ярик поднял на нее тоскливый взгляд. — Он видел нас с Русланом. Не знаю, следил или случайно. Потом заметил маникюр. И… В общем, он решил, что я гей. И отказался от меня.
— Сильно… — выдохнула Даша и взяла Ярика за руку. — Яр, возможно, он просто вспылил. Еще раскается в своих словах. А если нет… Ты можешь на меня рассчитывать.
— Спасибо. Думаю… все еще образуется…
— И ты пригласил Руса выпить?
— Он пригласил. Так это он… привез меня сюда?
— По моей просьбе, — пояснила Даша.
— Я опять его подставил… Даш, мне так стыдно…
— Не похоже, чтобы он обиделся. Но… Яр, если будешь терзаться, мне придется тебя наказать.
Увы, но так и есть. Ярика прилично приложило чувством вины. Можно, конечно, оставить так, как есть, но ведь необязательно пороть. Просто дать ему возможность искупить, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему.
— Накажи, — покладисто согласился он. — Накажите, госпожа. Я виноват. И еще… я матерился.
— Сколько? — поинтересовалась Даша, подпирая рукой голову.
— Дважды.
— По-моему, кому-то просто нравится, когда его шлепают, — проворчала она. — Встань, убери со стола.
Ярик составил посуду в мойку, смахнул крошки.
— А теперь грудью на стол. И штаны спусти.
Даша выудила из ящика деревянную лопатку.
— Считай, заяц.
Лопатка оставила на ягодицах легкие розовые следы. Ярик даже не вскрикнул ни разу. Еще и недоуменно оглядывался через плечо. Мол, почему не больно?
— Как хочу, так и шлепаю, — сказала Даша, убирая лопатку. — Но это только за мат. За пьянку… остаешься на хозяйстве.
— В смысле? — нахмурился Ярик, натягивая штаны.
— Институт ты все равно прогулял. Мне сейчас на работу уходить. А ты займешься физическим трудом. Полы вымоешь, посуду. В магазин сходишь, я список оставлю. Картошку чистить умеешь?
— Э-э…
— Ничего, это несложно. Сваришь картошку, морковку и свеклу к моему приходу. Винегрет будем готовить на ужин. Все понятно?
— Да, — кивнул Ярик. А потом поморщился и спросил: — Может, лучше выпорешь?
= 61 =
Ярик и сам не понял, как ляпнул про порку. Рили? Ему проще вытерпеть боль и унижение, чем вымыть пол?
Бред!
Но, прислушавшись к себе, он понял, что это искренне. Ведь ничего делать не надо! Лежи кверху задом, терпи. И все. А потом тебя еще и пожалеют.
В Дашиных глазах плясали смешинки. Похоже, она прекрасно поняла его мотивы. Еще и пальчиком поманила.
— Подойди ближе, заяц.
За-а-аяц… Ярик млел, когда она так к нему обращалась. Правда, подошел с опаской. Даша могла и за ухо оттаскать за попытку манипуляции.
А она обвила руками шею. Прижалась щекой к щеке. В нос ударил парфюм — терпкий, с перчинкой. Ярик крепко сжал ее в объятиях, дурея от нечаянной ласки.
— Это все необязательно, Яр, — шепнула Даша. — Если нехорошо себя чувствуешь, полежи, выспись. Можешь не ждать моего возвращения. Я оставлю тебе ключи, поезжай домой.
— А как же… — растерялся он. — Я же…
— Тогда мой пол, — хихикнула Даша. — И не забывай, кто назначает наказание.
Поцелуй, жаркий и сладкий, окончательно убедил Ярика, что она не сердится. Ему просто предложили выбор: отлежаться или занять себя делом. Он недолго размышлял, как поступить.
Даша ушла, и в квартире закипела работа. После вчерашних излияний Ярика немного поташнивало, но он быстро забыл о недомогании: то ли лекарство подействовало, то ли «наказание». К концу уборки и от плохого настроения не осталось ни следа.
Жизнь продолжается!
Ярик всегда знал, что папаша у него с придурью. Ладно! С непростым характером. И как-то приспособился же. А сейчас… В чем-то Ярик сам виноват. Мама права, он давно приучил родителей, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Вот отец и психанул. Гей, не гей… Не так уж это и важно. Мама его поддерживает. Даша — тоже. И Руслану спасибо. Кстати! Надо ему позвонить. А отец… Отцу Ярик докажет, чего стоит. Добьется успеха — и докажет. И первую сессию сдаст! Тем более, всего ничего осталось, больше половины зачетов Ярик получит автоматом, да и экзамен всего один. Из вредности сдаст, да! А потом уж решит, учиться дальше или в армию, с весенним призывом.
Руслан позвонил сам, когда Ярик, воодушевленный трудовым энтузиазмом, раздумывал, оценит ли Даша мытье окон и не нужно ли одновременно стирать шторы.
— Живой, — облегченно выдохнул Руслан, услышав бодрое приветствие. — Сильно досталось?
— Да вообще не досталось, — уверил его Ярик. — Ты сам как? Я твой должник.
— Яр, за меня можешь не переживать, — хмыкнул он. — У нас с женой полное взаимопонимание. Кстати, она не прочь познакомиться поближе, и с тобой, и с Дашей.
— Двойное свидание? Круто!
— Только я тебе ничего не говорил. Наши дамы сами договорятся о встрече.
— Ага, ага, — согласился Ярик. — Конечно, сами.
Руслан — прекрасный друг. И пусть заметно, что он взял над Яриком шефство, оттого и возится с ним, поддерживая и помогая, но это не обижает. А еще Руслану ничего от него не надо, как тем «приятелям», что вечно крутились рядом, в надежде на халявную выпивку и прочие… блага. Даша как-то обмолвилась, что Рус унаследовал чуть ли ни миллионное состояние, да и сам не дурак, умеет деньги зарабатывать. То есть, если он дружит с Яриком, то исключительно искренне, без подтекста.
Прикинув, сколько часов осталось до возвращения Даши, с мытьем окон Ярик решил не связываться. Лучше метнуться домой, взять ноут и поработать со снимками с фотосессии.
Все шло по плану, пока возле машины, оставленной во дворе дома, где Ярик снимал квартиру, он не увидел Асю.
— Ты следишь за мной, что ли? — нахмурился он, подходя ближе.
— Следила бы, знала бы точно, где ты, — парировала она. — Я в дверь звонила, ты не открыл. Но машина здесь, и я хотела записку оставить. На звонки ты не отвечаешь.
— Я твой номер заблокировал и удалил.
— Спасибо, я поняла, — огрызнулась Ася. — Быстро ты о нашей дружбе забыл.
— Ась, хватит, — попросил Ярик. — Ты меня использовала. Я тебя использовал. Это не дружба.
— Мне казалось, тебя