И я хороша. О чем только думала, давая слово этому... этому...
Я пометалась по комнате, как волк в слишком маленькой клетке, а потом все-таки умылась уже остывшей водой и уселась с веретеном. Внизу уже наверняка накрывали столы, но спускаться я не рисковала, а голод вскоре утих, заглушенный чарами, и я втянулась в работу.
Только достичь того расслабленно-отстраненного состояния, которое требовалось для зачарования нити, я так и не успела. Тяжелая дубовая дверь распахнулась без стука, и на пороге возникло что-то такое огромное и лохматое, что я подскочила, подумав, что виконт потерял рассудок и явился ко мне на четырех лапах.
А потом огромный бесформенный зверь повернулся, обернувшись Тоддриком с охапкой чего-то лохматого в руках. В комнату он вошел спиной вперед и, обнаружив меня бодрствующей, расцвел шаловливой улыбкой, как разыгравшийся мальчишка.
— Не спишь? Отлично, надевай!
Огромное и лохматое на поверку оказалось волчьей шубой — длинной, почти в пол, и такой тяжелой, что я едва не упала под неожиданно обрушившимся на плечи весом. Жаловаться, впрочем, не стала — шуба самого Тоддрика выглядела и вовсе устрашающе, будто на нее ушли все шкуры, добытые на охоте, — а рыцарь завернулся в нее легко, будто в льняную простыню.
— Надеюсь, виконт этого не видел, — вырвалось у меня.
Улыбка Тоддрика несколько поувяла.
— Причем здесь Лагот? — с нотками привычной настороженности в голосе спросил рыцарь. — Он заходил сюда?
— Нет, конечно, — с нарочитой беспечностью откликнулась я. — Но то, что ты принес обещанную шубу сперва своей любовнице, и лишь потом одаришь самого виконта, не говоря уже о лорде Беренгарий, — это рискованный шаг. Высокородные господа могут и не оценить.
— Во-первых, это сугубо их высокородные проблемы, а во-вторых, я обещал им шубы из шкур, добытых на совместной охоте, — отрезал Тоддрик, окончательно растеряв игривый настрой. — А это — шуба из моих личных запасов, кому хочу — тому дарю, без оглядки на титул и напыщенность. А в-третьих — пойдем со мной, сбежим от этих самодовольных индюков хотя бы до вечера, — велел он и добыл откуда-то из недр своего чудовищного одеяния ещё и остро заточенные костяные лезвия с завязками — для крепления на башмаки.
Заинтригованная донельзя, я взяла неожиданный дар и взвесила в руке. Судя по размеру, делались они для леди Сибиллы — но должны были подойти и мне.
— В замке есть где кататься на коньках?
— Нет, — ответил Тоддрик и взял меня за руку — видимо, чтобы уж точно не убежала. — Но недалеко отсюда есть озеро, от которого питается подземный ручей, снабжающий Янтарный замок водой. Лед уже встал — я проверял сегодня утром.
Так вот куда он сбежал так рано. И хватило же сил после вчерашнего! Или это он просто сэкономил на том, что вовремя вспомнил о злоупотреблении вином?..
— Не знаю, о чем ты сейчас подумала, но мне уже нравится ход твоих мыслей, — одобрил Тоддрик, и я поняла, что покраснела до кончиков ушей. — Пойдем!
И я пошла.
Но из скудно освещенного холла Тоддрик свернул не в сторону лестницы, по которой я пришла в его спальню, а повел меня к глухой стене рядом с его комнатой — и, отсчитав нужный камень, с силой надавил. Внутри что-то щелкнуло, и тяжелая каменная кладка повернулась, как самая обычная дверь.
Я невольно порадовалась, что не стала исследовать башню тайком. В ее наружной стене скрывалась ещё одна лестница — узкая, темная и тесная, но она обнимала строение расширяющейся книзу спиралью.
И, похоже, в казну Янтарного замка вел именно этот путь. Впрочем, зная Тоддрика, я бы совершенно не удивилась, обнаружив еще пару-тройку препятствий — от господских покоев лестница уходила как вниз, где я больше всего ожидала отыскать тайник с сокровищами, так и вверх, куда обычная лестница не вела вовсе.
К счастью, в сложившейся ситуации мое любопытство выглядело вполне естественно.
— А что там? — я ткнула пальцем вверх.
— Проход на крышу, — без промедления откликнулся Тоддрик. — Раньше Янтарный замок принадлежал врагу Беренгариев, и на этом берегу постоянно бушевали войны. В главной башне можно не только укрыться в случае, если падет внешняя стена, но еще и отстреливаться сверху. Прежний янтарный господин приказал убрать баллисты, поскольку они пришли в негодность, но если дела пойдут в том же духе, что и сейчас, я, пожалуй, велю заменить их новыми и доставить побольше боеприпасов.
— Прежним хозяевам они не слишком-то помогли, — вполне справедливо заметила я.
— Они не принадлежали к Янтарному ордену, — беспечно отмахнулся Тоддрик.
— Почему, думаешь, лорд Беренгарий так смиренно отнесся к тому, что Орден занял замок, который в конце концов захватили его предки?
— Из-за добрососедских отношений с Янтарным магистром, разумеется, — уверенно предположила я.
Тоддрик воспринял смену темы со старательно скрываемым облегчением и блеснул хищной улыбкой.
— Разумеется, — подтвердил рыцарь, остановившись на темной площадке — по ощущениям, где-то между этажами, но когда он снова отыскал потайной рычаг, проход открылся куда-то в совсем уж непроглядную темень. Мы спустились куда ниже, чем я думала. — Так все и было. Не боишься? — он протянул руку куда-то в сторону и нашарил на стене заранее приготовленный факел. Почему-то всего один.
— А назад мы как пойдем? — невольно заинтересовалась я, когда Тоддрик зажег огонь, и в его свете стал виден подземный ход с низкими, плохо укрепленными потолками. Похоже, его прорыли в первые же годы после стройки самого замка, и сейчас между балок то здесь, то там свисали корни, а по деревянным связям карабкался мох.
Но Тоддрик обернулся через плечо и с нескрываемым превосходством посмотрел на меня сверху вниз, словно собирался провести через королевский дворец — не меньше.
— Через главные ворота тебя устроит?
Я представила себе лица стражников, мимо которых господин совершенно точно не проходил наружу, но каким-то образом материализовался за стенами и намерен войти внутрь, и не сдержала смешок. Несколько нервный — потому что при таком раскладе Тоддрик мог быть уверен, что я не пролезу в замок по потайному ходу, даже если захочу. Все, что я видела, — это как попасть на потайную лестницу, но не как выбраться.
Такое доверие — старательно, с аптекарской точностью дозированное — потихоньку начинало раздражать.
Может, и правда стоило потребовать плату за камизу для Сибиллы куском янтаря? Пусть маленьким, на сколько хватило бы. Но сколько-то крови я бы на шабаш пронесла, верно?..
— У тебя слишком задумчивый вид, — заметил Тоддрик. — Это не к добру.
— Определенно, — согласилась я. У