— Да… — голос сорвался и был скорее всхлипом, — ты полный дурак, чертяка!
— Ну, перестань, — притянул ее к себе. Сердце кровью обливается от ее слез. С меня словно шкуру на живую сдирают. Обнял, положив светлую головку на грудь. Почувствовал, как футболка намокла от ее беззвучного плача. Да и плевать.
— Ну… — взял ее за подбородок и повернул к себе, сокращая между нами расстояние до минимума. Хотелось успокоить ее как-то, но я не умел успокаивать девочек. Раньше не доводилось. Да и женские слезы на меня никогда так не влияли, обычно вызывая раздражение. Не нашел ничего лучше, чем примкнуть к ее губам. Нежно, мягко, словно вбирая ее какую-то внутреннюю боль.
Она ответила мне тут же, словно ждала, что я сделаю этот шаг. Или просто сорвавши клапаны, открывая в своей стене дверку ко мне.
Мы захлебывались в этом поцелуе, забыв обо всем. О разбитой тачке, гонках, Дене и еще каких-то проблемах, которые только мешали нам. Растворились друг в друге, вытеснив боль и оставив спокойствие. Наш маленький, уютный мир.
Рина зарылась рукой в моих волосах, и я практически зарычал от удовольствия, уже страстно кромсая ее губы, раздвигая их и нагло впиваясь в ротик. Находил ее язык и доводил ее до сумасшествия, до тихих стонов, которые я тут же ловил ртом и заглушал, словно не мы одни в большом пустом доме.
Я хотел ее всю. Здесь и сейчас. Как в тот, наш первый раз, перевернувший мою жизнь. Больше, кроме нее, у меня никого не было. Не хотелось и, видимо, никогда не захочется. Только она. Только здесь. Только на мне.
Словно услышав мои мысли, сводная порывисто дернулась поменять наше положение и сесть сверху. Но, как по какому-то злому року ногой задела раненую стопу. Резкая боль ударила по расслабленному мне, и я болезненно застонал.
— Ой… — Оторвалась от меня, виновато смотря на ногу и садясь рядом. А потом, словно очнувшись, стала торопливо собирать аптечку, отодвинувшись на безопасное расстояние, на котором я не смогу ее подцепить обратно к себе. — Тебе нужно отдыхать. Спокойной ночи.
Я не успел сообразить и остыть как ее и след простыл из моей комнаты. Упустил…
Отвернулся к окну, бездумно пялясь в окно. Когда я начал скучать по отсутствию ее в своей постели? И вообще, когда она стала такой холодной, что я столько дней не могу согреться?
На телефон пришло СМС от нее. Резко схватил трубку, разблокировав в надежде, что там не будет ничего плохого.
— Знаешь что… — Загадочно начала.
— Что?
— Мы, кажется, забыли там Юлю)
По дому раскатился громкий смех из обеих комнат. Мы оба знали, что она не пропадет.
Глава 33
Рина
Спала с глупой улыбкой на лице.
Еще чуть-чуть, и я бы шагнула в пропасть. Да что уж там, я уже висела над ней. А вроде бы пообещала себе не наступать на одни и те же грабли. Но так тяжело, когда они настолько притягательны…
Когда я спустилась к завтраку, Кир уже был там. Стоял за плитой, насвистывая какую-то песенку. В сковородке что-то шкворчало, но по запаху мало напоминало яичницу.
— Не свисти, денег не… — я начала бурчать и запнулась, — а, собственно, тебе это не грозит…
Кирилл повернулся. Легкая, ехидная улыбка говорила все за хозяина — он был рад меня видеть.
— И тебе доброе утро, чудовище. Как спалось?
— Ты дурак? — Я опустила взгляд на его еще вчера больную ногу, — ты почему стоишь? Или все-таки съездить с тобой к врачу?
— А я вот, готовлю завтрак, — продолжал стоять на своей теме разговора, упорно игнорируя собственную травму.
Я в три шага оказалась рядом, пытаясь отобрать сковородку. Так называемая яичница уже была подгоревшей, но он упорно продолжал ее жарить, потому что закинул лук намного позже, и он до сих пор был сырым.
— Просто сядь за стол и подожди. — Я потянула за ручку, но он с уверенностью шеф-повара отстранил меня от плиты.
— Подожди, женщина. Сейчас лук дожарится, и все будет чики-пуки.
С важным видом накрыл крышкой.
— Черт, ты спалил ее! — Мы стали возиться, пихая друг друга. Мне приходилось делать это осторожно, потому что этот дурак ходит с больной лодыжкой. — И вообще, прекрати травмировать ногу и дальше! Сядь уже, прости господи.
Кир сдался и немного отошел, демонстрируя из-под носка мой эластичный бинт. Немного криво повязанный, он явно с утра его пытался обновить.
— Я перевязал покрепче. Когда стопа зафиксирована, я отлично себя чувствую.
— Ой горе ты мое… — пробурчала под нос, и уже громче: — Сядь, перевяжу нормально.
Пока я бинтовала, со стороны плиты запахло горелым. Глянуть на рану я не успела.
— Да блин! — Вскочила спасать плиту, но Кир меня опередил, схватив сковородку и побежав в ней во двор. Ну и правильно, пусть там дымит.
Пока его не было, открыла окна проветривая. Это уже похоже на какой-то ритуал, спаливать еду. На кухню залетела утренняя прохлада, пробуждая меня окончательно. Как хорошо, что у нас на день вперед готовит Валя, а то даже не знаю, через какое время я бы померла от голода с этим супер поваром. Но за старания плюсик в карму.
Достала нежную на вид запеканку, отрезая нам по кусочку. Еще и фруктов в вазочке разложила.
Телефон, оставленный на столе, завибрировал. Звонила мама.
— Хэй, как у вас дела? — Я перешла на видеозвонок, махая в экран. Мама с отчимом сидели в номере.
— Привет, солнышко, — она прям светилась счастьем, — у нас все здорово. Жаркий климат мне не подошел, поэтому мы улетели из Дубая. А во Франции очень романтично. Да, мон амур?
— Главное, чтобы тебе нравилось, — Артур приобнял ее, и они заворковали.
— У нас все тоже классно! — Рядом со мной плюхнулся Кирилл, притягивая к себе и закинув свою лапищу мне на плечо. — Учеба, учеба, учеба. То, что доктор прописал.
Принялась щипать его, чтобы этот остолоп додумался снять свою руку, продолжая при этом улыбаться родителям. Но его стойкости можно было позавидовать, даже бровью не повел, за исключением короткого наглого взгляда в мою сторону.
— Он тебя не обижает? — Засмеялся Артур.
Кирилл состроил серьезное лицо, насколько может этот лжец.
— Нет, конечно. Мы с ней живем душа в душу.
— Да-да, — я закивала, — он мне и завтраки готовит. А хотите, покажу его яичницу? Она как раз во двор…
— Э-э-э, не стоит, — он быстро дотянулся