— Я не стану отвечать на твои вопросы, владыка!
— Не отвечай, мне этого уже не нужно. Ваш безумный король отправился в Аш'Фар, где четверо его магов сорвали четыре печати с могилы Мор'Таагра. Печати огня, камня, грозы и хаоса. В качестве дара тёмному богу вы принесли жизнь невинной девушки, принцессы Реджины.
Магистр Майрон поймал мой взгляд — нет, он не догадывался, что часть правды пришла к Эйдену из моих уст, он словно хотел спросить меня, что же нам теперь делать. Маг выглядел растерянным, хотя и хорохорился перед драконом. Я видела страх, скрытый под показной уверенностью.
— Реджина думала, что исполняет долг перед страной, — глухо сказал Майрон.
— А чародеи? Вам ли не знать, как опасно заигрывать с древним злом?
— Я был против, — помолчав, ответил Майрон, вскинув голову и посмотрев на дракона. — Но ты, как правитель и как воин, должен понимать, что вассалы короля исполняют, что им прикажут.
— Всегда есть выбор, — задумчиво сказал Эйден.
— Ты прав, я мог отказаться и меня бы казнили, — улыбнулся Майрон. — Я не единственный маг в Альмерании. Моя смерть ничего не даст этому миру. Ни миру, ни Ренвику, ни тебе.
С улыбкой Первого чародея с его лица ушёл и страх — я видела лишь человека, смирившегося с собственной участью, а потому отчаянного и решительного. Я вспомнила его слова о выборе — о том, как он мечтал улететь со мной далеко-далеко, сделать меня своей ученицей, а затем женой.
— Эйден… — прошептала я, но тут же осеклась и замолчала.
Владыка Драскольда посмотрел на меня с нежностью и кивнул — понял меня без слов.
— Ты можешь вернуть память Талисе? — спросил дракон.
— Нет, — покачал головой Майрон.
Он больше не лгал и не изворачивался. Он словно чувствовал, что чёрные тени Хранителей дышат ему в затылок. Я всхлипнула и подала голос:
— Она никогда и ничего не вспомнит?
— Возможно, если у неё будет сильное потрясение или пробудится дар, то память вернётся. Ни один целитель или чародей не сможет дать вам точных гарантий.
— Благодарю за честность, — Эйден смерил взглядом Первого чародея.
За дверями тронного зала послышался топот, и вот они снова распахнулись, впуская генералов Ларриса и Риваля. Синие драконы несли ларец, светящийся изнутри красным.
— Простите за вторжение, владыка! Вы просили доставить это сразу к вам!
Ларец поставили на стол, и Эйден незамедлительно откинул крышку. Внутри сиял сосуд, заполненный жидким огнём. Меня, стоящую в двух шагах, обдало сильным жаром.
— Эссенция огня, — сказал Эйден. — Эссенцию камня обещали доставить пещерные эльфы. Грозовую эссенцию соберут маги Лансвельда и Тагроса в обмен на нашу защиту от Альмерании.
— Вы хотите восстановить печати, — негромко произнёс Майрон.
— Кажется, ты придумал способ избежать немедленной казни? — хмыкнул мой муж.
— Да, владыка. Я знаю, как создать эссенцию хаоса.
Глава 51
Белла
Наши дни наполнились подготовкой к сражениям и тревожным ожиданием. Никто из живущих ныне доподлинно не знал, каким оружием можно сразить Мор'Таагра и его приспешников. Шаманка Сильвенея вычитала в древних эльфийских свитках, что безымянный герой, первым бросивший вызов тёмному богу, использовал Копьё Света, дарованное ему посланниками небес.
— Так вот откуда взялась эта сказка! — как обычно саркастически хмыкнул Майрон. — Я читал, что сотню лет назад король Каймир из Альмерании разыскивал это копьё. Люди болтали, что даже видели сияющее оружие в самой битве, но после оно исчезло без следа.
— Всё может быть, — улыбнулась шаманка и разлила свой ароматный чай по четырём чашкам.
Сегодня мы пришли к старушке все вместе — и владыка Эйден, и Майрон, и я. Всем нам не помешало бы успокоиться и выслушать совет от мудрой эльфийки.
— Это копьё было выковано из металла? — спросил Эйден. — Если так, то Каймир и его потомки сохранили бы его для истории.
— А может его попросту украл какой-нибудь коллекционер. И оно до сих пор пылится где-нибудь в его сокровищнице на краю мира, а то и вовсе в гробнице. Ты не смотрел у себя в пещере, владыка? Вдруг мы зря ломаем голову и легендарное оружие лежит у нас под носом!
Майрон был невыносим. Он, разумеется, не верил в Светлых богов и чудеса, но всё же его беспокоила угроза, нависшая над миром. Он чувствовал, как разрастается проснувшаяся тьма, как тянутся во все стороны её щупальца, заставляя людей покидать свои дома и бежать, куда глаза глядят. Драконы не раз летали над Альмеранией и собственными глазами видели реки чёрного тумана, что вытекали из Безмолвной Пустоши, словно кровь из глубокой раны.
Эйден поначалу противился тому, что я совала свой нос в военные дела, но я не сдавалась. Я не собиралась отсиживаться в тёплой пещере в тот день, когда в Драскольд явится Ренвик и его злобное божество. Каждый день я оттачивала огненные заклинания и выходила на взлётную площадку для драконов, чтобы учиться укрощать ветер.
— Мой народ добудет для тебя эссенцию камня, Эйден, — сказала шаманка. — Наберись терпения.
Эльфы, которые прежде беззастенчиво воровали драконьи яйца, решили стать союзниками Драскольда. Они понимали, что перед лицом грядущей угрозы лучше будет помириться с сильными мира сего. Король пещерных эльфов даже прислал в подарок Эйдену нескольких наложниц. Я сделала вид, что возмущена, хотя и знала — мужа они не заинтересовали.
— Сколько у нас времени? — владыка посмотрел на Майрона, но тот пожал плечами.
— Дни… Три, пять? Пробуждение Мор'Таагра длится сорок дней, но мы не знаем, чем он займётся, когда встанет из-под земли.
— Надеюсь, он для начала позавтракает Ренвиком! — сердито сказала я.
— Это вполне возможно, — вздохнула шаманка. — Но если у короля людей хватит силы удержать и направить тёмного бога, то нас ждут большие разрушения.
— Мы запечатали Красную пещеру, спрятали беременных женщин, детей и стариков, — ответил Эйден.
— Эльфы, гномы и гоблины сделали то же самое. Белла, я надеюсь, ты примешь моё предложение.
— Спрятаться? — я отставила чашечку с недопитым чаем и взглянула старой Силь в глаза. — Нет.
Шаманка едва заметно нахмурилась и покачала головой. Она уже схватила ртом воздух, чтобы сказать что-то ещё, но я неожиданно выронила ложечку и вскочила.
— Нет, я буду сражаться рядом с моим мужем! Ничего не говорите!
Взгляды Эйдена и Майрона устремились на меня, и я демонстративно вышла из пещеры прочь. Они только начали подозревать то, о чём я узнала три дня назад. Я выжидала удобный