Я поспешила к постели. Ждать было нельзя. Я в какой-то момент даже засомневалась, что смогу помочь королю.
Привычно взяла в свои ладони руки короля. Попыталась выпустить на волю свою магию. И не смогла ничего сделать. Моя магия была запечатана.
Что случилось?
Я почувствовала себя в невидимом коконе.
Я не могла поделиться нектаром с нуждающимся.
Взгляд короля мутнел на глазах, а я была бессильна.
Глава 51
— Что происходит? — донеслось до меня, словно мои уши были полным полны ваты.
Я не могла дышать. Замерев, стояла истуканом над постелью больного.
Я с трудом перевела взгляд от бледного лица короля и посмотрела на говорившего.
По другую сторону кровати стоял принц и переводил взволнованный взгляд с отца на меня и обратно.
— Мия, что происходит? — снова окликнул меня Корнелл.
Словно в замедленном магией времени пространстве, я наблюдала, как принц протянул руку и коснулся пальцами подушки, на которой покоилась голова его отца.
Король, будто почувствовал присутствие сына, качнул головой, тяжело вздохнул и задышал еще чаще.
Его голова подпрыгивала на подушке с каждым вздохом. Пересохшие потрескавшиеся губы открывали рот с розовым языком и белыми зубами. Ввалившиеся глаза, мокрые волосы, прилипшие ко лбу, вызывали жалость и скорбь.
Мое сердце рвалось на части от боли. Ноги застыли от холода и онемели.
Впервые я не могла помочь человеку, который почти умер на моих руках.
Но он же еще не умер? Нет?
А пока он жив, значит, есть шанс его спасти!
И такая решимость охватила меня, что я почувствовала, как кровь ускорила свое движение по моим венам, пробивая невидимую преграду.
Это стоило мне огромных усилий. Капельки пота катились по лицу, я слизнула языком с верхней губы соленую влагу.
В голове мутилось, но я возвращала себя в сознание, не позволяя скатиться в бездонную яму.
Перед глазами мелькали цветные светлячки, и сквозь них даже показалась галлюцинация: пьяный ректор нашей академии ухмылялся, глядя на меня. Он исчез, а вместо него появилась Даниелла, презрительно пялившаяся на меня.
Я с трудом, но прогнала эти видения.
Этого не может быть! Мне это только кажется!
Я сорвала невидимые оковы со своих ладоней. И во всем теле вдруг появилась такая неземная легкость. Только ноги по-прежнему не желали двигаться. Но в этом пока не было необходимости. Я не собиралась уходить из комнаты, пока не сумею хоть что-то сделать для короля.
— Король… — Послышался приглушенный шепот за спиной.
В спальне короля мы находились втроем. Принц стоит напротив. Значит, это лекарь. Ко мне вернулось ощущение реальности.
Почувствовала прикосновение лекаря к предплечью.
— Ты сможешь, Мия, — раздалось над самым ухом.
Я почувствовала, как от этой тихой поддержки моя магия возвращается ко мне, приливает к ладоням и пульсирует на кончиках пальцев, желая скорее отделиться и раствориться. Я создала мягкое сверкающее облако и направила его на короля.
Теперь в магическом коконе был король. Дыхание короля постепенно успокаивалось. Ресницы задрожали. На щеках появился легкий румянец. Только лоб по-прежнему оставался мокрым.
— Отец? — услышала я голос принца. Король наконец открыл глаза.
— Все хорошо, сын, я вернулся, — проговорил король хрипловатым голосом.
В коридоре послышался шум. Мы повернулись в сторону двери. В проеме показался слуга.
— Лекаря! — проговорил он громким шепотом, глядя на врачевателя. — Там нужна ваша помощь… — указал он куда-то за дверь.
Вслед за лекарем отправился принц. Я осталась у постели короля одна.
В моих глазах вдруг потемнело, тело охватила зябкая дрожь, стук сердца отдавался в ушах громким стуком.
Я с трудом выдохнула и провалилась в бездонную яму. Я даже почувствовала запах, влажный и затхлый, как в глубоком заброшенном колодце, в котором я однажды побывала.
Глава 52
Сколько я пробыла без сознания, не знаю. Меня привел в чувство громкий окрик почти над ухом.
— Стража!
Но кажется, я не совсем пришла в себя, потому что все остальное было похоже на продолжение вязкого колдовского сна.
В спальню короля ворвались две безликие тени. Они остановились надо мной и замерли. Одна исполинского роста, в которой просматривался человек почти великан и такого же роста худощавый мужчина.
Видимо, во дворце короля в незримом виде дворяне несли службу не только в роли бытовников, но и в роли охранников королевского дворца.
Горе тому, кто нарушит правила или совершит преступление, он даже не поймет, откуда пришло наказание. Я же видела их тени и знала, кто выполняет приказы принца.
Я повернула голову на голос и увидела принца. Он был в гневе. Ноздри раздувались от злости. Потемневшие глаза сыпали искрами.
Что произошло? Почему такие перемены? Что такого я натворила?
В поле зрения показался лекарь.
— Корнелл, что произошло? — Взволнованный голос лекаря не добавил ясности в происходящее. Принц даже не повернул к нему голову, скорее, рявкнул, чем просто сказал:
— Вернитесь к постели отца, кажется она убила его, — рыкнул Корнелл.
— Но как же… я отлучился всего на несколько минут, — услышала я растерянный ответ лекаря. — И король выглядел вполне…
Лекарь исчез из поля моего зрения.
— Я тоже потерял бдительность всего лишь на минуту, и вот… — Принц буравил меня взглядом, полным ненависти и презрения.
Мое сердце готово было выскочить из груди. Я пыталась что-то сказать, но слова застревали комком в горле. Я не чувствовала в себе свою силу, в теле ощущалась лишь полная пустота.
Наконец, принц вздохнул и с трудом отвел от меня взгляд.
— Ну что вы смотрите, пеленайте ее и несите в темницу, — приказал он теням.
Мои руки и ноги охватил ледяной холод, я попыталась поправить волосы и не смогла пошевелить рукой. Ноги тоже оказались обездвижены. Я не сумела даже закусить зубами нижнюю губу. Я могла только видеть происходящее, но что-то вымолвить не получалось. А еще мое сердце стучало громче обычного, но, кажется, его стук слышала только я.
Это состояние так напоминало мне то, в котором я оказалась совсем недавно на поляне, когда невидимая волшебница применила по отношению ко мне свою магию, но сказать об этом, увы, я не имела никакой возможности.
Я почувствовала, что плыву по воздуху, иногда касаясь носками туфель каменных плит. С двух сторон меня окружили тени. Они очень напоминали мне Себастьяна, но были молчаливыми.
Стражники те же бытовники, только служат для других целей?
Всем известно, что в темнице не полагалось разговаривать с нарушителями закона, с преступниками. Услышав дурную новость о смерти короля, я ощутила себя лиходейкой,