— Честно я пожалел тогда, что позвонил тебе и взбаламутил. Но видимо эмоции взяли верх и я просто не мог спокойно сидеть дома. Но потом понял, что лезть в чужую семью это неправильно.
— Но ты уже приехал. Ты уже здесь. Поэтому выкладывай всё, о чём хотел сказать, — настаиваю.
Глава 21 У тебя талант, Маруся
— Вот, возьми, — подаёт мне небольшой запечатанный конверт.
— Что это? — верчу конверт в руках, пытаясь определить содержимое.
— Я думаю ты догадываешься, что там, — мягко улыбается. — Марусь, я же был рядом, когда ты открыла дверь в кабинет мужа. Я видел твоё лицо. Когда мы ехали в больницу к твоей дочери я не стал поднимать эту тему. Ты и так была вся на нервах, — втягивает воздух между зубами, как будто бы хочет сказать, что-то ещё.
— К чему такая конспирация? — кидаю конверт в сумочку. — Если ты намекаешь на то, что мой муж мне изменяет, так бы сразу и сказал.
Внутри меня всю трясёт, а к горлу подкатывает неприятный горький ком. Смотреть содержимое конверта не было никакого желания. Я наперёд знала, что внутри и от того становилось невыносимо больно.
— Я даю тебе право выбора. Ты можешь смотреть, что там, а можешь не смотреть, — пожимает плечами. — А, что здесь за конкурс проходит? Ты участвуешь?
Надежда, на то, что у нас в семье всё будет хорошо постепенно начала угасать. Хотя в голову все равно просачивалась мысль, что Руслан просто положил в конверт фото, где Людка в очередной раз уселась на стол к моему мужу. А это доказывает только то, что эта девка в край оборзела, а мой муж валенок не может указать ей на своё место.
— Да, я среди участников, — говорю чуть охрипшим голосом.
Прокашливаюсь и достаю из сумки небольшую бутылочку с водой. Всегда беру с собой воду в дорогу, эта привычка укоренилась ещё со времён беременности, когда меня укачивало в машине.
Делаю два маленьких глотка и прикрываю глаза, сдерживая слёзы.
Нет, я не должна плакать на людях. Не должна раскисать. В конце концов сегодня день, который я очень долго ждала и я не позволю Вите и его любовнице испортить мне настроение.
— Покажешь мне свою работу? — Руслан указал рукой в сторону зала, где были выставлены работы участников.
Я встряхнула головой и молча направилась в сторону соседнего зала. Руслан пошёл за мной.
— Вот моя работа, — останавливаюсь возле полотна с изображением моря и лодки качающейся на волнах. Я писала эту работу по воспоминаниям из нашего медового месяца с мужем. Мы отдыхали в Турции и в один из солнечных дней поехали кататься на яхте. Это было незабываемое, романтическое приключение: море, солнце, вино и любовь… много любви.
Меня передёргивает от холода и вырывает из воспоминаний. Окно в зале не выдержало очередного порыва ветра и распахнулось, обдувая меня морозным воздухом. Шмыгаю носом и приобнимаю себя руками, чтобы согреться.
— Извините, — к окну подбегает сотрудница галереи. — Я на проветривание приоткрыла, а оно вон как, распахнулось. Не выдержало такого ветра.
— Ничего страшного, — услужливо отвечаю.
— Очень красивая картина. А я и не знал, что ты пишешь, — Руслан с интересом рассматривает мою работу.
— Когда мы общались я ещё не увлекалась этим. Не до картин было. Медицинский отнимал всё свободное время.
— У тебя талант, Маруся, — проходится по мне оценивающим взглядом.
Не могу объяснить это чувство, когда нахожусь рядом с ним. Между нами ничего не было тогда, в студенческие годы. Неловкие поцелуи в щёчку, не более. Но от чего-то сейчас, когда он так пристально и изучающе смотрит, у меня потеют ладони и по телу пробегают мурашки.
— Спасибо, — выдавливаю из себя улыбку.
— Как твоя дочь? Всё хорошо с рукой? — задаёт банальный вопрос, после паузы.
— Да, ей уже лучше, — также банально отвечаю и туплю взгляд куда-то в пол.
Неловкость — так я могу описать наш диалог сейчас.
— Руслан, ты меня прости, но я, наверное, пойду, — вскидываю руки и разворачиваюсь к выходу.
— Подожди, — аккуратно берёт меня за руку. — Ещё же не объявили результаты конкурса.
— Да, я все равно уверена, что не выиграю, — отмахиваюсь и издаю истеричный смешок.
В животе всё сдавило. По телу бегали мурашки от нервов. На глаза наворачивались слёзы. Я понимала, что мне лучше уйти и подождать, пока прилетит подруга, где-нибудь в кафе. А если я вдруг выиграю в конкурсе, то мне об этом сообщит организатор.
— Ну перестань, у тебя потрясающая работа, — пытается меня успокоить и чуть крепче сжимает мою руку. — Давай я уйду, если дело во мне.
— Нет-нет, ты что, — протестую. — Ты наоборот так помогаешь мне в последнее время. Я тебе очень благодарна. И на самом деле мне даже немного неловко, что у нас тогда с тобой так всё скомкано получилось.
Не знаю зачем я вообще вспоминаю прошлое… На нервах я начинаю говорить, всё о чём болит моя душа. Не контролирую себя.
— Мне тоже жаль. Но как ты и сказала это в прошлом, — пожимает плечами. — Что было, то было. И это уже неважно.
Облегчённо выдыхаю и немного успокаиваюсь.
— Маш, ты не подумай. Я сейчас не в коем случае не пытаюсь восстановить наше прошлое. Я помог тебе, просто по старой дружбе вот и всё. Но я правда не хочу, чтобы ты плакала или нервничала, — отпускает мою руку.
— Всё в порядке, я не плачу, — улыбаюсь.
Руслан аккуратно убирает рукой покатившуюся по моей щеке слезу и достаёт из кармана пиджака платок.
— Возьми, — протягивает мне.
— Спасибо, — промакиваю слёзы. — Пойдём к фуршету. Там бутерброды с красной рыбой очень вкусные.
Глава 22 Ты сейчас шутишь?
— Марусь, мне на самом деле и правда нужно идти, — смущённо пожимает плечами. — Я же ещё в университете преподаю. Нужно на завтра подготовиться к лекции.
— Ты преподаёшь? Ничего себе.
— Да, для меня это отдушина. Мой отец мечтал, чтобы я стал доктором наук. Гордился мной, когда я принял решение начать писать диссертацию и посвятить себя науке.
— Это же очень здорово, — улыбаюсь и с неким восхищением киваю головой. — Я уверена у тебя всё получится.
— Спасибо. Но и ты не отставай, — по-дружески хлопает меня по предплечью. — Сделай на этом конкурсе всех!
— Обязательно, — вяло улыбаюсь.
Не помню, как закончился вечер. Я на автомате ходила по залам. На автомате разговаривала с коллегами-художниками. Помню только, что в конкурсе я не выиграла. Да и это меня не сильно расстроило.