— Никто не может трогать моих девочек, — сказал он, подойдя к Лебедянскому сзади. И так крепко приложил его голову к заплесневевшей стене, что Лебедянский вырубился сразу и умер не приходя в сознание. — Никто, — бросил Рус через плечо, уже выходя из душевой.
Спустя какое-то — здесь почти не исчисляемое — время после переселения Марине повстречалась женщина, при жизни с нею не знакомая, но многим связанная. Марина мгновенно ее узнала.
И подошла к ней в страхе.
— Я давно уже поняла, что дело не в тебе, — безэмоционально отозвалась Варвара. — Так что без обид.
Марина с подозрением кивнула, озираясь на выцветших тонов мир.
— Как тебя лучше называть? Марина? Лариса?
Лара-Марина долго думала, что ответить.
— Как хочешь, — сказала она.
Варвара уже долго ходила одна, без Нины, по-прежнему тихая, но внутри злая — кайенский перец на дне стакана с водой.
— Пойдешь со мной? Я тебе все расскажу, я давно тут.
Лара-Марина снова поозиралась на еще непонятный ей мир и решила, что помощь не помешает.
— Поможешь мне с одним делом, — добавила Варвара.
— Куда мы?
— У меня был сын. Ты же знаешь?
Лара-Марина кивнула.
— Я долго ходила, слушала, смотрела. Все узнала… Но не могла решиться. А мы вдвоем — две призрачки — быстрее управимся. Навестим одного мужчину. Если бы не он, мой сын, Марк, сейчас был бы его возраста. Ну что, пошли? У тебя же остался кто-то? Сын? Можем заглянуть проведать.
Лара-Марина устала по жизни все всегда решать и делать сама. Потому согласилась.
А Варвара до встречи с ней ходила одна, потому что Нина все меньше уделяла ей внимания и больше интересовалась другим.
И они с Варварой пошли в разные стороны.
Нина стала совсем невозможной.
Приволакивалась и набрасывалась со всех сторон, размахивая своей шалью, выскакивала из-за валунов, мусорных баков, как будто ее за ними не было видно.
Когда уже? Когда уже? Когда? А что там дальше? Я все уже тут исходила, сколько можно. Не на Северный полюс же мне идти. Я тут всю жизнь прожила, в Кислогорске, тут и хочу остаться. Слышишь, а? Ты слышишь меня вообще? Ой, не надо вот только глазенки вдаль-то впяливать и уходить, я сколько лет с тобой разговариваю уже. Прекрасно знаю, что ты все слышишь, просто отвечать ни хрена не хочешь. Может, мне вообще это… ну, это… обратно мне, может?
И так было постоянно, с каждой неделей все чаще, почти каждый день. А всякому терпению есть предел.
— Ну-у? Ну чего? Че молчишь-то все? Я с кем вообще говорю?
Я вздохнул и выкрикнул:
— Нина, иди вон!
И она воскресла и зажила счастливо. Дура.
* * *
~
Меня не береги, жену не береги, братьев своих поминай как зовешь, но сына своего никому не отдавай, ни времени, ни земле.
Егор Завгородний. Пока из них не сделали почтовые марки, деревья были большими
сколько пуле первый петел
накукует на труды
жизнь всю жизнь стремится в пепел
хоть и вышла из воды
Алексей Колесниченко
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и впечет установленную законодательством ответственность.
Послесловие и список литературы
Готовя этот роман к публикации, мы с издательством подвергли его некоторым необходимым изменениям, в том числе разбили роман на подобие глав. Для меня «Тонкий дом» изначально был единым, концептуально неделимым текстовым полотном. Но в таком формате его было бы тяжело воспринимать, поэтому для комфорта читателей мы снабдили роман отбивками. Спасибо редакторам Polyandria NoAge за то, что смогли это сделать так органично.
С нарротологической точки зрения «Тонкий дом» — небольшая головоломка. Мне было интересно поместить героев в разные десятилетия, сделать нелинейное повествование, при этом не указывая годы действия каждой сцены — чтобы для читателя картинка сложилась только к финалу. Но предпосылки событий, которые с персонажами произойдут, прообразы того, кем персонажи станут, даются с самого начала. Если когда-нибудь вы решите перечитать роман, у вас будет больше открытий, чем было при первом чтении.
А еще, конечно, в «Тонком доме» много пересечений с моим первым романом «Неудобные люди».
А теперь к списку литературы (и не только).
Итак, если вы захотите написать этот роман, вам следует обратить внимание на следующие произведения и культурные пласты:
1. Книги Ветхого и Нового Завета.
2. Все основополагающие религиозные и мифологические тексты — от Корана и «Молота ведьм» до «Старшей Эдды» и разных Книг мертвых.
3. Александр Мень. «Сын Человеческий».
4. Реза Аслан. «Бог: история человечества».
5. Дуглас Хардинг. «Религии мира».
6. Дмитрий Антонов, Михаил Майзульс. «Анатомия ада: путеводитель по древнерусской визуальной демонологии».
7. Олег Ивик. «Вокруг того света: история и география загробного мира».
8. Данте Алигьери. «Божественная комедия».
9. Все связанное с религиями и мифами. Греческие и скандинавские мифы мы хорошо помним со школы, но и их прекрасно переложили Стивен Фрай, Нил Гейман, а Мадлен Миллер переосмыслила. Память о мифах других народов можно освежить. Мне, например, нравится все, что Пишет Наталия Осояну. Алексей Вдовин прекрасно рассказывает о монстрах.
10. Серия игр God of war и не такая мейстримная, но не менее прекрасная (а еще страшная) Hellblade: Senna’s sacrifice.
11. Все когда-то прочитанное фэнтези тоже пригодится.
12. Станислав Аристов. «Империя смерти: концлагеря Третьего рейха».
13. Уильям Берроуз, Томаш Пьонтек, Хьюберт Селби, Ирвин Уэлш (да, придется достать с верхней полки старенькую оранжевую серию «Альтернатива»).
14. Франк Тилье. «Лента Мебиуса».
15. Роберт Гэлбрейт. «На службе зла».
И не факт, что все это вам пригодится.
Благодарности
Любой мало-мальски приличный крупный текст — всегда немного соавторство. Приходится не только узнавать про неизвестные сферы, но и проверять на достоверность, мучить друзей и знакомых, к этим сферам причастным (с незнакомыми — знакомиться, потом их тоже мучить). Спасибо большое Тёме Горбачеву за то, что всегда помогает выбрать лучшие причины смерти или проявления болезней для персонажей и подсказывает, что на потере какого литра крови будет с человеком происходить. Недавно мы долго размышляли, как с физиологической точки зрения были бы устроены мифические гарпии — те самые, из Греции, но живущие в уральских лесах (ой, это уже для следующего романа). Спасибо Елене Владимировне Каменевой за то, что ставит верные диагнозы выдуманным мной людям и прописывает им нужные лекарства. Спасибо Дане Черникову за рассказы об армии.
Спасибо Марине Львовне Степновой