Он не выходит. За все наше время вместе он ни разу этого не сделал. Он даже не притворяется, что должен это делать.
Я не забеременею.
После всего того страстного секса, который у нас был в этом году, если бы я была способна забеременеть, это уже наверняка случилось бы.
Эта мысль на мгновение мелькает у меня в голове, когда мы целуемся и обнимаем друг друга после всего. Я пытаюсь отмахнуться от этого, но не могу, и в конце концов Эйдан приходит в себя настолько, что замечает.
— В чем дело, любимая?
— Ничего. Ничего важного. Это было так здорово.
— Это было невероятно, — я растянулась на нем, и его рука скользит вверх и вниз от моих волос к ягодицам. — Но сейчас ты думаешь о чем-то, что тебя беспокоит, и тебе не удастся скрыть это от меня.
Я целую его в плечо. В грудь. Дышу, пока не набираюсь смелости.
— Тебя… тебя это не беспокоит? То, что у нас, вероятно, не будет детей?
Его рука все еще лежит у меня на спине. Он молчит, обдумывая вопрос.
— Нет, — говорит он через минуту. — Честно говоря, не беспокоит.
Я поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в лицо. В моей груди вспыхивает надежда.
— Серьезно?
— Да, серьезно. Я не думаю, что хочу еще одного ребенка. Я любил Уилла и Хэла. Я всегда буду любить их. Но тогда я был другим человеком. Мужчина, которым я был тогда, хотел стать отцом. Мужчина, которым я являюсь сейчас… не хочет. Может быть, это эгоистично. Или, может быть, все дело в грузе, о котором ты говорила раньше, но я, честно говоря, не хочу жить в постоянном страхе, что с другим моим ребенком случится что-то ужасное, — он прерывисто вздыхает. — Я этого не хочу.
Я неуверенно улыбаюсь ему.
— Ладно. Хорошо.
— А как насчет тебя?
— Я тоже этого не хочу. И никогда не хотела. Мне казалось, что я выполняла все родительские обязанности, с которыми могла справиться, заботясь о Дел все эти годы. Я знаю, что это не то же самое, но именно так я себя чувствовала. Я так счастлива. Только с тобой. На самом деле я больше не хочу… чтобы на мои плечи ложился такой груз. Но я также не хочу, чтобы ты упускал все, чего тебе хочется, только потому, что мое тело отказывается сотрудничать.
— Твое тело идеально подходит мне. Таким, какое оно есть, — Эйдан наклоняется, чтобы легонько поцеловать меня. — Это не значит, что, если что-то изменится, я не приспособлюсь. Я обещаю, что буду полностью предан нашей семье, как бы она ни выглядела. Если у нас родится ребенок, я буду любить его и с радостью снова возьму на себя этот груз ответственности. Но я не… не жду этого.
— Ладно, хорошо. Я тоже.
— И приятно, что не приходится всегда выходить, поскольку я явно не очень хорош в этом.
Я хихикаю и прижимаюсь к его теплому, стройному телу.
— Да, это точно.
— Я хорош в других вещах.
— Бесспорно. И вместе мы хороши во многом.
— Это правда. Так что ты скажешь, милая? Хочешь, чтобы мы вечно были хороши вместе?
— Да, — я улыбаюсь, уткнувшись ему в грудь. — Да, хочу.
Конец